Politicum - историко-политический форум


Неакадемично об истории, политике, мировоззрении, своих регионах. Здесь каждый вправе мнить себя пупом Земли!

Расцвет и падение великих империй

Как правильно понимать события минувшего

Империя США

Новое сообщение ZHAN » 20 фев 2021, 13:01

Опубликовав в 1776 г. «Богатство народов», неизменно проницательный Адам Смит оказался лишь отчасти прав в прогнозах, касающихся Америки. Он не предвидел ее независимости, хотя она наступила в один год с публикацией его шедевра. С другой стороны, он действительно предсказал величие Америки. В один прекрасный день, говорил он, центр Британской империи переместится в Новый Свет.
Изображение

В том же 1776 г. Томас Джефферсон написал Декларацию независимости США. При этом он учитывал некоторые из лучших философских идей эпохи Просвещения. Томас Пейн, Джон Локк, Жан-Жак Руссо, Дэвид Юм, – нельзя было и мечтать о более прекрасных истоках. А вот и еще более теплое и звучное свидетельство:
«Мы исходим из той самоочевидной истины, что все люди созданы равными и наделены их Творцом определенными неотчуждаемыми правами, к числу которых относятся жизнь, свобода и стремление к счастью».
К сожалению, этот энтузиазм не относился к коренным американцам или привезенным африканцам, во всех тринадцати штатах считавшихся рабами. Действительно, к этому времени в штате Виргиния проживало более 187 000 рабов, а в Джорджии больше 60 % населения были рабами (цифры 1770 г.). При этом англичане, запоздало пытавшиеся отвоевать американские колонии, и не остановились даже перед тем, что сжечь в 1814 г. Белый дом, не боролись за освобождение рабов. Так же, как и французы, которые помогли изгнать англичан: их собственная эпоха «Свободы, Равенства, Братства» наступила только через тринадцать лет после американской независимости.

Но рассмотрим Декларацию во всей ее красе. Не случайно эти само собой разумеющиеся слова напоминают математические аксиомы (прямо как философия еврейско-голландского пантеиста – если не атеиста – Спинозы; в этом смысле неосознанное влияние). На таких аксиомах можно построить абстрактные истины, выходящие далеко за пределы их основного происхождения. Действительно, рост Америки можно увидеть в этой математической метафоре. Сложнейшая структура, воплощающая сегодня идею западной либеральной демократии, исходит из признания первоначального видения Джефферсона.

Для американцев и в той или иной степени для их союзников, а также для всего свободного мира эти само собой разумеющиеся основы олицетворяют то, каким должно быть общество. Они выступают в качестве морального императива. А общества, отклоняющиеся от этих основ, непременно воплощают зло. Такое зло, которое совпадает по характеристикам, данным Рейганом «империи зла» – России, и данным Рузвельтом нацистам, «врагам всякого закона, всякой свободы, всякой морали, всякой религии». Такое зло, которое сродни описанию войны Миллером в фильме «В петле»:
«однажды побывав на войне, однажды увидев ее, ты больше никогда не захочешь туда идти, только если тебе это чертовски нужно… Она как Франция».
При этом, американцы живут в стране, где все граждане (за исключением коренных американцев) из иммигрантских семей, большинство даже всего три поколения после прибытия из «родной страны». Здесь кроется ответ на вопрос, почему американцы, в целом дружелюбный общительный народ, часто за несколько минут разговора показывают иностранцу,
• во-первых, какие они американцы (а ты нет!);
• во-вторых, насколько они ирландцы / евреи / турки и т. д.

В этом парадоксе нет никакого противоречия. Патриотизм невозмутим и гораздо сильнее, чем в большинстве стран Старого Света; и он должен быть таким, поскольку сосуществует с глубокой «этнической» привязанностью, в основном, к Старому Свету. Мы всегда должны об этом помнить, говоря об империи США. Еще до того, как Америка стала нацией, участники Бостонского чаепития надели костюмы коренных американцев, даже если они сами называли их красными индейцами.

Как и в случае с англичанами в XIX в., многие говорят, что если кто-то и должен был стать главарем стаи в XX в., то это, вероятно, американцы. Естественно, как и в случае с англичанами, в этом утверждении есть просчеты. Тем не менее американцы все же одержали верх – в первую очередь нарушив равновесие в двух мировых войнах, взяв на себя роль мировой сверхдержавы в противостоянии Советам и распространении поп-культуры по всему миру. Многие негодовали и смотрели свысока на культуру «Кока-Колы», но нельзя отрицать, что она стала и популярной, и доступной, ни в коем случае не элитарной, и многим это нравилось.

Именно эта нация подарила миру не только кока-колу, но и голливудские фильмы, гамбургеры, жевательную резинку, суматоху вокруг выборов президента США и другие великие состязания. Ни одна другая страна не осмелилась бы ежегодно проводить «мировую серию» между двумя собственными командами [Признаю ошибку. Команда Toronto Blue Jays из Канады – единственный международный участник этого «мирового» события. И даже дважды победитель].

Американские выборы президента и их результаты – современное воплощение джефферсоновской демократии. Достаточно обратить внимание на сегодняшние результаты [писал во времена Трампа]. Однако следует иметь в виду, что даже благородный Джефферсон счел необходимым написать «Заметки о штате Виргиния». По словам Алана Дугаткина, американского эксперта в сфере человеческого поведения, Джефферсон написал эту работу
«в ответ на мнение некоторых влиятельных европейцев, которые считали, что национальная флора и фауна Америки, включая людей, выродилась».
Американский философ XIX в. Томаса Дьюи, отбросив все предубеждения, двинулся ближе к истине. Он понял, что, несмотря на присутствовавшее неравенство, дух демократии царил во всех сферах американской жизни. Дьюи признавал, что
«демократия – нечто большее, чем просто форма правления, это форма совместной жизни, форма обмена опытом».
В Америке индивидуализм сосуществует с преувеличенным стремлением к успеху. Французский революционный лозунг «Свобода, Равенство, Братство» (который остается национальным девизом и по сей день) – не что иное, как противоречие. Свобода, в конце концов, обгоняет равенство. Американский образ жизни признает этот факт. Даже если у всех будет одинаковый старт в жизни, кто-то обязательно выиграет гонку. В XX в. Америка выиграла гонку. Победители редко пользуются популярностью. Я помню, как в студенческие годы путешествовал по Европе, где один американский студент спросил меня: «почему они все так ненавидят нас, американцев?» И я не нашелся, что сказать, кроме как: «в прошлом столетии именно мы, англичане, командовали в курятнике, и нас искренне ненавидели во всем мире за это достижение. Теперь ваша очередь».

Возникает вопрос: что такое империя США? :unknown:

В 1776 г. тринадцать штатов, провозгласивших независимость, расположились непрерывной линией на восточном побережье от Мэна до Джорджии на тысячу шестьсот километров. Границы штатов вглубь материка уходили в среднем на триста двадцать километров, где-то чуть больше, где-то чуть меньше. К северу располагалась недавно отвоеванная англичанами у французов Восточная Канада, после расширения включавшая в себя весь район Великих озер, а также территории, ныне занятые Огайо, Иллинойсом, Мичиганом и другими штатами.

К западу от первых штатов, дальше по Атлантическому побережью располагалась обширная территория, достигавшая в ширину тысячу двести километров, французской Луизианы, простиравшаяся на северо-запад от Нового Орлеана до территории нынешней Канады. На юге находилась испанская Флорида. Остальная территория, ныне занятая США, принадлежала Испании, включая нынешние Калифорнию, Нью-Мексико и Техас. Аляска и береговая линия, протянувшаяся на юг более чем на восемьсот километров, принадлежали Российской Империи.

В совокупности тринадцать штатов населяли около два с половиной миллиона человек, включая рабов и коренных американцев, живших на отведенных территориях. Тогда страна занимала меньше одной десятой территории нынешних США.

Русские считали Сибирь и Аляску частью своей империи. США же расширила свои территории за счет экспансии на Запад.
Есть ли разница между этими двумя экспансиями? :unknown:

Казалось бы, они одинаковы. Обе экспансии несли разрушение или способствовали переселению коренных народов, на место которых пришли новопоселенцы (колонисты). Существенное отличие все же есть: США фактически купили два серьезных ломтя своей территории.

В 1803 г. Джефферсон выкупил у Наполеона всю территорию Луизианы за 15 миллионов долларов. Если переводить на современную валюту, то от 300 миллионов долларов до 1,2 триллиона, в зависимости от того, какое федеральное ведомство делает расчет. Может, они и могли поторговаться, ведь сумма все же огромная, но Наполеону срочно понадобились деньги, чтобы финансировать войны в Европе. Возникла одна загвоздка: в Америке не хватало средств. Но Джефферсон понимал, что покупка Луизианы закладывала будущее великой нации. Поэтому он обратился в Лондонский банк братьев Бэринг, чей финансовый опыт помог справиться с выплатой. Треть предполагалось заплатить в американским золоте, все остальное – государственными облигациями, первыми ценными бумагами, выпущенными американским правительством на международный рынок. Банк договорился с французами и согласился выкупить облигации у французского правительства в обмен на наличные. Затем банк продал облигации покупателям на рынках Лондона и Амстердама, чтобы окупить расходы (и, конечно же, получить прибыль).

Дело было рискованным, но финансовая сфера на них и зиждется. Верили ли люди в будущее Америки до такой степени, что готовы были выплачивать проценты по этим облигациям и примерно через десять лет выкупить их? Банк братьев Бэринг представлял клиентам так, что вроде бы обе стороны в выигрыше. Покупка Луизианы удвоила размеры страны. Облигации вскоре окупились: люди начали верить в Америку. (Даже если девять лет спустя англичане сожгли Белый дом и попытались взять реванш).

Спустя чуть больше полувека после покупки Луизианы, госсекретарь США Уильям Сьюард купил еще один огромный кусок земли для Америки. В 1867 г. он приобрел Аляску у Российской империи за 7 миллионов 200 тысяч долларов. Русские нуждались в деньгах, чтобы оплатить потери Крымской войны, но и финансы Америки после Гражданской войны пребывали в беспорядке. Над покупкой неизведанной территории стали насмехаться, и вскоре прозвали ее «глупостью Сьюарда». Шаг Сьюарда оказался стратегически верным – ведь Аляска могла попасть в руки англичан. Однако, в отличие от покупки Луизианы, стратегическая победа Сьюарда повлекла за собой финансовые потери. Расходы на покупку в пересчете на современные доллары меньше того, что федеральное правительство получило от Аляски за 150 лет с момента покупки. Вопреки современной мудрости (как в США, так и за их пределами), деньги – это еще не все, даже если речь идет об Америке.

К этому времени США отняли Калифорнию у Мексики (1847). Техас также отказался от мексиканского правления в 1836 г., но вместо этого решил стать независимой республикой. Республика просуществовала десять лет, пока Конгресс ее не аннексировал. Затем, в 1861 г., началось самое тяжелое внутреннее событие в истории Америки – Гражданская война (1861–1865 гг.). Юг с преобладающим сельским хозяйством в экономике использовал рабов на хлопковых плантациях, в то время как все штаты индустриального севера отменили рабство в 1804 г. Дело дошло до того, что Конфедеративные Штаты на юге пригрозили отделиться, в результате чего вспыхнула война.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 60670
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Империя США (2)

Новое сообщение ZHAN » 21 фев 2021, 15:10

Война стала первой «механической» в истории, потому что обе стороны использовали такое современное оружие, как винтовки, картечницы Гатлинга, металлические корабли и даже подводные лодки. Она же стала первой индустриальной войной, эффективность которой возросла благодаря фабричному производству оружия, новым технологиям, таким как скоростные поезда и телеграф для быстрой связи, разведывательные зонды. В результате общее число погибших составило около 700 000 человек – больше, чем совокупные потери США во всех остальных конфликтах, включая две мировые войны, в течение еще одного столетия. Только во время войны во Вьетнаме США потеряли больше.

Союз севера победил Конфедерацию юга, когда генерал Роберт Э. Ли наконец сдался генералу Улиссу С. Гранту 9 апреля 1865 г. Через пять дней Джон Уилкс Бут, сторонник Конфедерации, убил президента Авраама Линкольна. Во время Гражданской войны Линкольн произнес знаменитую речь в Геттисберге. Считается, что именно она заявляет о цели американской нации. Декларация Джефферсона повлияла на речь Линкольна, который заявлял, что Америка была нацией, «зачатой в свободе и верящую в то, что все люди рождены равными». Он выступил с речью в ноябре 1863 г. сразу после победы севера над югом в кровавой трехдневной битве при Геттисберге. Здесь погибло более 23 000 солдат севера (и еще больше конфедератов), и Линкольн решил:
…Они погибли не зря, наша нация с Божьей помощью возродится в свободе, и власть народа, волей народа и для народа не исчезнет с лица Земли.
Полезно сравнить эту речь с коммунистическим манифестом, написанным пятнадцатью годами ранее Марксом и Энгельсом и ставшим современником революциям в Европе в 1848 г. В послании Маркса подчеркивается конфликт между классами и содержится призыв к объединению трудящихся всего мира. Обращение Линкольна, напротив, призывает свободный народ управлять самим собой.

Нельзя отрицать, что уже тогда в Америке существовали свои классовые различия, не говоря уже о расовом разделении, которое привело к гражданской войне. Однако речь Линкольна обращена к новому народу, к новой земле. Подавляющее большинство этих людей стали свободными без революции, всего лишь путем пересечения Атлантики на кораблях иммигрантов. Через двадцать один год статуя Свободы провозгласит: А мне – на волю рвущихся рабов…

Все, кто ступал на берега Америки, начинал жизнь заново. Именно в этом лежит радикальное отличие этоса Дьюи от «диктатуры пролетариата».

Даже те, кто бежал от ирландского голода, еврейских погромов в Восточной Европе, нищеты – для тех амбициозных личностей, которые стремились сбросить оковы европейского общества, а также для беглецов и бездельников, Америка не стала утопией. Возведение статуи Свободы также ознаменовало эпоху «баронов-разбойников». Могущественные и безжалостные предприниматели-капиталисты эксплуатировали массы рабочих, трудившихся на их фабриках. Корнелиус Вандербильт, Эндрю Карнеги, Джон Пирпонт Морган, Генри Форд и другие создавали огромные коммерческие империи, уничтожая всех конкурентов, которые стояли у них на пути, используя последние инновации и эффективность бизнеса для накопления состояний. Эти беспощадные люди сделали Америку великой страной – за счет других.

Правительство «народа, избранное народом для народа» сделало все возможное, чтобы противостоять «баронам», чья власть проигрывала власти правительства и закона. Так однажды Морган дерзко заявил судье:
«Мне не нужен адвокат, который говорит мне, чего я не могу делать. Я нанимаю его для того, чтобы он сказал мне, как сделать то, что я хочу сделать».
Но такие люди бывали и совсем другими. Дважды тот же Морган спасал США. В 1895 г. он купил достаточно золота, спасая доллар и удерживая его в рамках золотого стандарта. А в 1907 г. предоставил финансовые гарантии, предотвратившие крах Уолл-Стрит. Правительство пришло к определенному выводу: никто не должен обладать такой силой, даже если он использует ее во благо; и в ответ на это правительство в конечном итоге создало Федеральную Резервную Систему.

Генри Форд изобрел сборочный конвейер на Детройтском заводе, выпустившем первый доступный «народный автомобиль» – «Форд-Т», ласково прозванный «жестяной Лиззи». Сам Форд однажды выразился так: «цвет автомобиля может быть любым, при условии, что он черный». Правительство преследовало Рокфеллера, захватившего нефтяной бизнес, в соответствии с антимонопольным актом Шермана. Рокфеллер боролся изо всех сил, регистрируя компании в разных штатах, но в 1911 г. его, наконец, вынудили разделить «Стандарт Ойл» на тридцать две компании. Некоторые из них сохранились по сей день: например, Chevron и ExxonMobil.

Никто не замечал, что Америка постепенно становилась величайшей страной на земле, само собой разумеется, империей, хотя было бы лучше ее назвать мировой державой. В прошлом страна не вторгалась на чужие земли, по крайней мере, нечасто. Например, в 1836 г. Мексика угрожала новому штату Техасу, поэтому США пришлось начать вторжение. В течение двух лет Мексика потерпела поражение, а границы между двумя государствами были перекроены: Нью-Мексико, Юта и вся Калифорния вошли в состав США. (Это были новые государства, а не колонии.) В 1902 г. США освободили Кубу от Испанской империи. Куба стала независимой, но только до тех пор, пока справлялась сама с собой.

В 1903 г. после неудачной попытки французов США получили право построить канал на принадлежавшем тогда Колумбии Панамском перешейке. Строительство канала, пожалуй, было тогда самым крупным инженерным проектом и должно было завершиться к 1914 году. Панамский канал, длиною в восемьдесят километров, и гигантские шлюзы обеспечили жизненно важную торговую связь между восточным и западным побережьями Северной Америки. Поэтому, исходя из решений Вашингтона, ценное торговое звено должно находиться под защитой армии США, занимающей «зону канала», выходящую за пределы канала с обеих сторон примерно на восемь километров. И даже в этом случае, эти земли не называют колониями, они входят в число «неинкорпорированных территорий США».

Вступление США в Первую Мировую войну склонило чашу весов в пользу четырех лидеров Антанты – Великобритании, США, Франции и Италии. В результате на Парижской мирной конференции президент Вильсон выступил председателем «Совета четырех»; (вскоре их осталось трое, потому что итальянский лидер Витторио Орландо, не добившись своего, разрыдался и убежал домой). Вильсон, единственный американский президент с докторской степенью, руководствовался только благими намерениями, и благодаря ему за Америкой впервые закрепился статус мировой державы. Несмотря на это, британский премьер-министр Дэвид Ллойд Джордж и французский президент Клемансо обманули и перехитрили Вильсона. Тридцатипятилетний представитель Министерства финансов Великобритании Мейнард Кейнс сложил свои полномочия и покинул конференцию, протестуя против принятых решений, которые вошли в ставшие бестселлером «Экономические последствия мира», с пониманием встреченные информированной общественностью и будущими государственными деятелями во всем мире.

И все же финальные условия договора остались такими же: они обременили Германию непосильными долгами; на Ближнем Востоке в пустынях британцы и французы, дабы следовать своим интересам, произвольно расчертили новые границы стран. Первая упомянутая «ошибка» в значительной степени стала одной из причин Второй мировой войны, последствия последней – с нами по сей день.

После чего Америка вступила в «ревущие двадцатые» Чарлстона, ликера бутлегеров и Чарли Чаплина, в празднества размаха Великого Гетсби. В Америке все было замечательно. Празднества 1920-х сменились Великим биржевым крахом 1929 г, который, в свою очередь, вылился в Великую депрессию. В это время небоскребы украсили величественный горизонт Нью-Йорка. (Ввиду того, что небоскребы стали строить еще до депрессии, их пришлось все равно закончить).

Чтобы смягчить последствия Великой Депрессии, президент Ф. Д. Рузвельт решил следовать «Новому курсу», основанному на кейнсианской теории и направленному на борьбу с безработицей. По всей стране проложили дороги, стартовали грандиозные проекты, например, строительство плотины Гранд-Кули, школ и больниц; даже писатели обзавелись работой, создавая «автопортрет США», записывая ее общую историю и историю штатов.

Великая депрессия повлияла на мир, настолько экономика других стран зависела от Америки. Кризис подошел к концу только тогда, когда США совсем отказались от своей изоляционистской политики с удвоенной силой и всецело занялись военными действиями, вступив во Вторую Мировую войну. Внезапная японская бомбардировка Перл-Харбора в декабре 1941 г. стала тому причиной. Японский адмирал Ямамото, скептически относившийся к «японской мечте» о гегемонии на Востоке, предупреждал: «мы разбудили спящего гиганта». Одновременно с этим Гитлер, мастер принимать пагубные решения, превзошел самого себя, без всякой необходимости объявив войну США. Осажденный Черчилль пил шампанское с кабинетом министров: Европа спасена, войну теперь выиграют союзники.

Невозможно представить, сколько жизней унесла война. По примерным подсчетам 150 миллионов жертв – почти в четыре раза больше, чем в Первую Мировую войну. Европа, Япония и большая часть Китая превратились в руины. Переход власти в Японии мастерски срежиссировал генерал Макартур, фактически став императором в большей части Восточной Азии. (Через шесть лет мания величия привела генерала с его кукурузной трубкой к отставке во время Корейской войны).

Западную Европу спасли щедроты плана Маршалла. Сталин, утвердившийся в Восточной Европе, отказался от «капиталистической взятки». План Маршалла предложил на восстановление коммерции в Европе двенадцать миллиардов долларов (в десять раз больше по нынешним меркам), и на экспорт вышли и процветали американские кока-кола, Голливуд, Ford Motors. Тем временем две новые мировые сверхдержавы (СССР и США) начали серию «опосредованных войн», которые включили Корейскую войну (1950–1953) и войну во Вьетнаме (1955–1975).

Именно в этот период жители Америки избрали президента, олицетворяющего нацию точно так же, как Юлий Цезарь римлян, – Джона Кеннеди, хотя его жизнь больше напоминала жизнь амбивалентного Гэтсби, чем Цезаря. Харизматичный, молодой и красноречивый Кеннеди вступил в должность в 1961 г., воплощая в себе надежды Америки, безоговорочно принявшей свою мощь, молодость и перспективность. «Не спрашивай, что твоя страна может сделать для тебя, а спрашивай себя, что ты можешь сделать для своей страны!», – заявил Кеннеди во время инаугурации. Кеннеди ясно дал понять, что будет отстаивать гражданские права чернокожих в стране и свободу от коммунистического гнета за рубежом.

Южные штаты, захваченные демонстрациями, суматохой и убийствами, открыто протестовали. На венском саммите, первой конференции на международном уровне для президента, Кеннеди был унижен жестким и дерзким коммунистическим лидером Никитой Хрущевым. Провалившаяся операция в бухте Кочинос с целью вторжения в Кубу, растущая конфронтация вокруг Лаоса (прелюдия к войне во Вьетнаме) и советские притязания на Берлин остались без ответа. «Он избил меня до полусмерти», – признался Кеннеди. Год спустя во время Карибского кризиса Кеннеди уже мог ловко и спокойно противостоять Хрущеву. И в том же году, в ответ на превосходство СССР в освоении космоса, он смело заявил, что через десять лет Америка достигнет Луны и высадится на нее, «не потому, что это легко, а потому, что трудно».

Кеннеди в образе энергичного мальчишки, в сопровождении своей привлекательной, говорящей на нескольких языках, получившей образование в колледже Вассара, одетой по последним веяниям моды жены Джеки захватил сердца людей всего мира. Белый дом, где проходили дипломатические вечера и сложные культурные мероприятия, стали называть «Камелотом», словно двор короля Артура. Образ Кеннеди сродни портрету Дориана Грея: за первым слоем скрывался еще один, более мрачный – столь же сомнительный, как и прошлое Гэтсби. Отец Кеннеди Джо, используя огромное состояние, которое он накопил за счет фондового рынка и вроде бы бутлегерства во время сухого закона, купил выборы сына. Джо обладал связями с мафией, симпатизировал фашистам (однажды даже пытался встретиться с Гитлером), а позже поддержал фанатичную антикоммунистическую «охоту на ведьм» сенатора Маккарти.

От Джона Кеннеди, по-видимому, все это скрывали. И все же здоровый президент-мальчик с плаката тоже был не совсем тем, кем казался. В течение многих лет его мучили тяжелые болезни, в том числе гипертиреоз и редкое эндокринное расстройство (болезнь Аддисона). Лечение требовало постоянных лекарств и инъекций, которые вызывали гипертонию, перепады настроения и сексуальную зависимость. Однажды он признался ошеломленному премьер-министру Великобритании из высшего класса Гарольду Макмиллану: «если я не занимаюсь сексом каждый день, у меня болит голова». И девушки по вызову, тайно доставленные в Белый дом, когда Джеки отсутствовала, и даже сами Мэрилин Монро, Марлен Дитрих и более опасная Джудит Экснер, любовница главы мафии Сэма Джанканы, встречались с Джоном Кеннеди. Как ни печально это вспоминать, убийство Кеннеди в Далласе в 1963 г. произошло как раз вовремя. Волна потрясения и горя захлестнула западный мир. Во всех крупных городах на всех континентах есть бульвар Кеннеди. Даже Хрущев слезно заявил, что смерть Кеннеди стала «тяжелым ударом для всех людей».

Чуть более четверти века спустя Советский Союз рухнул, оставив Америку единственной сверхдержавой. Либеральная демократия стала конечной формой успешного правления, и под эгидой Соединенных Штатов она неизбежно распространилась по всему миру. Между тем Америка, выступая «мировым полицейским», способствовала этой эволюции. Вторжение в Ирак, Афганистан, Сомали и даже на крошечный Карибский остров Гренаду доказало, что такие мечты всего лишь иллюзия.

Америка, никогда не обладавшая имперскими колониями, таким образом, никогда их и не теряла. Суррогат территориального колониализма, представленный Америкой, то есть ее мощь, – несомненно под угрозой. И по иронии судьбы угроза исходит из того самого источника, который, вроде как был уничтожен: от коммунизма – на этот раз формирующийся в новом обличии в Китае и России. Кажется, не только капитализм может выживать за счет преобразований.

Но пока что Дядя Сэм – главный в родне.

Пока что. 8)
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 60670
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Расцвет и падение великих империй. Перспективы

Новое сообщение ZHAN » 22 фев 2021, 19:52

«Многое может произойти, пока подносишь стакан ко рту», – правдивое выражение для описания чуть более двух последних тысячелетий. Никто не мог и представить еще несколько десятилетий назад, что Япония возглавит экономику Азии. Подошла очередь и Китая. По общему мнению, около 500 лет назад, когда возник капитализм, ему уже предрекали конец. И все же он продолжает развиваться в новых формах. Капитализм стал движущей силой экономики, вызволив большую часть мира из нищеты, эксплуатируя тех, кто извлекал из него наименьшую выгоду.

К словам Иисуса «ибо нищих всегда имеете с собою» можно добавить, что и неприлично богатых тоже. И вопреки опросам общественного мнения, пристрастной статистике, практикам хитроумной эконометрики и прочим магам нашего времени, разрыв между двумя слоями общества остается во всем мире неизменным со времен Античности.

В 1909 г. итальянский экономист Вильфредо Парето заявил, что «в любом человеческом обществе, в любой эпохе и в любой стране» 20 % населения владели 80 % процентами богатства, а 20 % процентов от этих 20 % процентов владели 80 % процентами от этих 80 % процентов. Согласно принципу 80/20, самые властвующие 0,6 % населения должны владеть 38,4 % богатства. Согласно данным ОЭСР за январь 2019 года, эти 0,6 % населения мира владеют 39,3 % мирового богатства.

Утверждение о том, что «мир катится к чертям» обросло длинной бородой и восходит к самым ранним расшифрованным светским надписям Древнго Египта. Английский экономист и священник Роберт Мальтус в XIX веке пришел к неприятному заключению и доказал, что население земного шара превысит лимиты запаса продовольствия. Но, выражаясь словами персонажа Чарльза Диккенса, Мистера Микобера, «что-нибудь да подвернется».

Так оно и вышло. Люди научились добывать больше пропитания. Немалую роль в этом сыграл великий немецкий химик Фриц Хабер, который открыл способ синтеза аммиака из азота и водорода, тем самым совершив революцию в производстве удобрений. Однако Хабера канонизировать не стоит, ведь он же создал ядовитый газ, применяемый в военных действиях.

Преобразования человечества почти всегда свершаются неожиданно: за счет случайностей (например, открытие Флемингом пенициллина), упрямого отказа принять «факты» (Луи Пастер с его случайностью, благоприятствующей лишь подготовленному уму), а также вспышек вдохновения (открытие Архимедом свойства плавучести: «Эврика!»). Многие подобные неожиданности сыграли свою роль в изменении хода истории совершенно непредвиденным образом.

Революция в области информационных технологий – одно из последних изменений жизни. Еще тридцать лет назад человека, идущего по улице, оживленно разговаривающего с самим собой, считавшего необходимым передавать каждую мимолетную мысль сонму воображаемых друзей, ждать одобрения или неодобрения, скорее, отвезли бы в лечебный центр для их же блага. Теперь же это просто мир социальный сетей. Очередной причиной конца света считают глобальное потепление. В моей же юности мы считали, что конец света наступит из-за ядерного взрыва: мало кто верил, что доживет до шестидесяти лет. И каждый раз мы верим в то, что «на этот раз все будет по-другому». Хорошо информированные финансисты-оптимисты в дни затянувшегося «бычьего рынка» часто используют это выражение, полное надежд на светлое будущее, в то время как скептики, напротив, утверждают о катастрофе, которая разрушит мировую экономику.

Демократия краткосрочна, и такие правительства вряд ли смогут сообща принять все радикальные решения, необходимые для предотвращения глобального потепления. Эмиграция на Марс, например, как одна из альтернатив будущего цивилизации, – касается только Илона Маска и его психиатра. Мы давно ждем и таких чудес, как холодный ядерный синтез или мощный поглотитель углекислого газа.

Спасительным чудом, если оно произойдет, будет библейское облако, «размером с ладонь», которое, возможно, уже сейчас материализуется вне пределов нашего зрения. Будущее великих империй и геополитическую картину мира вряд ли можно охарактеризовать жестокой и непрерывной войной, описанной Джорджем Оруэллом в романе-антиутопии «1984», но возможно, что он точно предвидел империи и соперников за сферы влияния. Он выделил три страны: Океанию (включая Америку, Австралию, Южную Африку и Великобританию), Евразию (простирающуюся от Португалии до Тихого океана) и Восточную Азию (включая Китай).

Можно ли говорить о неизбежности того, что одна из них станет править миром? :unknown:

Один мой знающий друг однажды преподал мне урок, касавшийся лошадиных скачек. Шансы на победу у коня-любимчика близки к нулю: лучше всегда ставить все, что можно, на другую лошадь. Во время скачки так и вышло: любимчик упал прямо у ближайшего барьера, оставив поле свободным для лошади, на которую мы поставили. Увы, под весом наших слишком больших ожиданий лошадь упала с сердечным приступом, не добежав до финиша.

Таковы и предсказания относительно будущего мира и великих империй, формирующих историю. :)

По материалу: Пол Стретерн. Расцвет и падение. Краткая история 10 великих империй. Эксмо. 2020.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 60670
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Пред.

Вернуться в Общие вопросы и проблемы исторического знания

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

cron