Politicum - историко-политический форум


Неакадемично об истории, политике, мировоззрении, своих регионах. Здесь каждый вправе мнить себя пупом Земли!

История библейских стран

Сирия времени независимости (5)

Новое сообщение ZHAN » 26 мар 2020, 09:17

Поражение в войне с Израилем стало толчком для проведения в Араме важной политической реформы. Сам царь и в еще большей степени его окружение сочли главной причиной поражения относительную структурную рыхлость царства и армии. Поэтому были ликвидированы "цари", то есть представители династий, стоявших во главе каких-то отдельных территорий или родо-племенных групп, признававшие власть дамаскского царя и выставлявшие воинов в его армию. Они были заменены "областеначальниками" — царскими чиновниками высокого ранга. И уже в новой войне с Израилем в подчинении у дамаскского царя было не 32 царя, а 32 начальника колесниц. Даже если число "32" — преувеличение, само по себе совпадение числа царей и начальников колесниц не случайно: цари заменены высокопоставленными чиновниками. К сожалению, мы не знаем, каким образом и в какой обстановке была проведена эта важная реформа. В Библии ничего не говорится о сопротивлении реформе "царей", чего вполне можно было бы ожидать. Означает ли это, что местные царьки были слишком слабы или же библейского автора это просто не интересовало? Ответить на этот вопрос пока невозможно. Мы не знаем также, были ли эти "областеначальники" лишь администраторами, или командовали военными силами. То, что в Библии при упоминании военных событий говорится о 32 начальниках колесниц, может свидетельствовать о разделении административных и военных функций на местах: иначе было бы непонятно, почему использованы два разных термина для обозначения одного и того же лица. Колесницы всегда были наиболее аристократическим родом вооруженных сил в древности. Поэтому можно думать, что начальники колесниц возглавляли и военные силы своих округов; во всяком случае никаких других военачальников царя Арама Библия не упоминает. Реформа Бар-Хадада II, вне всякого сомнения, укрепила Арам, что позволило ему и дальше претендовать на роль великой державы регионального масштаба.
Изображение

На следующий год уже с новым войском Бар-Хадад возобновил войну с Израилем. Но в битве при Афеке опять потерпел поражение. Возможно, реформа еще не успела дать свои плоды. Сам Бар-Хадад бежал и затем сдался израильскому царю Ахаву. Однако Ахав поступил с побежденным весьма милосердно. Мир был заключен на сравнительно мягких условиях; согласно одному из них, дамаскский царь пообещал Ахаву возвратить города, отнятые его отцом у Омри, и предоставить израильтянам "площади", т. е. торговую факторию, в Дамаске. Неизвестно, воспользовались ли израильтяне ею, ибо она больше никак не упоминается. Само же предоставление фактории было важной уступкой Арама. Причиной мягкости мирною договора явно была становившаяся все более реальной ассирийская угроза. Было ясно, что Салманасар III не ограничится походами в Северную Сирию, а противостоять ему в одиночку ни одно государство региона было не в состоянии. Результатом стало создание в скором будущем антиассирийской коалиции.

Ассирийский царь, сообщая о силах этой коалиции, первым называет воинов дамаскского царя, чья пешая армия превосходила подобные войска других союзникоа Бар-Хадад выставил в союзное войско 20 тысяч пехотинцев, 1200 колесниц и столько же всадников. Это говорит о первенствующей роли Арама в создавшемся военном союзе. Более того, в одной из надписей, рассказывающей о битве ассирийцев с союзниками, вообще упоминается только царь Дамаска, который, таким образом, воплощает всю коалицию. Поражение от Израиля явно не было столь катастрофическим, как это изображает Библия.

На втором месте среди своих противников ассирийский царь называет царя Хамата Ирхулени, чьи силы тоже были довольно значительны: 700 колесниц, 700 всадников и 10 тысяч пехотинцев. Это свидетельствует об относительном богатстве Хамата и его значительной роли в Сирии. К сожалению, об истории Хамата после сообщений об упомянутом выше посольстве его царя к Давиду почти ничего не известно. Как уже говорилось, вполне возможно, что хаматский царь признал свою зависимость от Давида, а при Соломоне попытался от этой зависимости освободиться. Эта попытка, если она действительно была, оказалась неудачной. Но после создания царства Арам закончилась, по-видимому, и зависимость Хамата от Израиля. Никаких признаков такой зависимости найти невозможно. Как развивалась политическая история Хамата, неизвестно. Мы только знаем, что на хаматском троне сидели цари, носящие хеттские (или хурритские) имена, а семитское имя сына царя Той — Хадорам или Иорам — осталось уникальным в известном списке хаматских царей. Да и это имя, может быть, было просто переводом хеттского Уру-Датта или Уру-Тархунда. Следовательно, можно говорить, что хаматский трон принадлежал царям неохеттской династии. Из неохеттской вотивной (то есть посвященной богам) надписи известно, что в первой половине или ближе к середине IX в. до н. э. царем Хамата был Паратас, а ею сыном — Урхулинас, т. е тот же Ирхулени.

Царство Хамат непосредственно граничило с теми районами Сирии, которые уже стали объектом ассирийской экспансии. И его заинтересованность в создании антиассирийской коалиции вполне понятна. Если верить словам Салманасара, то именно его нападение на Хамат вызвало призыв хаматского царя о помощи, ответом на что и стало объединение войск противников Ассирии. Поэтому было высказано предположение, что само создание антиассирийской коалиции явилось, вероятно, спонтанным ответом на этот призыв, ибо до него члены коалиции, как Арам и Израиль, упорно воевали друг с другом. Однако это кажется не очень-то правдоподобным. Само создание столь обширной коалиции, в которую входило не менее 12 государств, было делом довольно трудным и требовало определенной дипломатической подготовки. Когда началась эта подготовка, сказать трудно. Возможно, уже первые победы Салманасара побудили ряд сирийских царей начать переговоры о совместном сопротивлении ассирийцам. Но окончательно союз был создан, вероятнее всего, после окончания войны между Арамом и Израилем, когда к нему примкнуло и это довольно сильное государство. Война же между Арамом и Израилем закончилась за два года до того, как объединенные войска коалиции выступили против ассирийцев, и, как подчеркивает Библия, три года не было войны между Израилем и Арамом. Именно на этот временной промежуток и падает окончательное создание антиассирийской коалиции.

Состав ее весьма любопытен. На третьем месте назван израильский царь Ахав с его 2 тысячами колесниц (больше, чем у кого-либо другого) и 10 тысячами пехотинцев. Видимо, три царства — Арам, Хамат и Израиль — и составляли основу возникшего военного союза. Кроме них, в антиассирийское войско выставили своих воинов Библ, Ирката, Арвад (точнее, арвадский царь Матанбаал), Ушну, Сиану. Это все были государства центральной части сиро-финикийского побережья. К ним примкнули мелкие государства Антиливана, например Бит-Рехоб, и, может быть, аммонитяне. На помощь коалиции пришел арабский шейх Гиндибу, приславший тысячу всадников на верблюдах, а также воины из страны Муцри.

Следует ли под Муцри подразумевать Египет или какое-то небольшое государство самой Сирии либо Анатолии, спорно. Сам Салманасар, рассказывая о своих реальных или выдуманных победах над коалицией, упоминает о царях страны Хатти и берега моря. Логично и Муцри искать среди государств этого же региона. Муцри еще раз упоминается в более позднем договоре царя Арпада с царем КТК, о котором еще пойдет речь. Там говорится о стране Арама в целом, т. е. о всей арамейской Сирии, и о стране Муцри. Появление Египта в этом контексте совершенно нелогично. В то же время едва ли эту страну надо искать в Юго-Восточной Анатолии, ибо в таком случае она слишком далеко отстояла бы от основных государств коалиции и была бы отрезана от них территорией успешных действий ассирийского царя. Может быть, речь идет о каком-то сравнительно небольшом неохеттском государстве Центральной Сирии? В объединенную армию Муцри выставило тысячу воинов, что, конечно, не так уж много.

Вполне вероятно, что все эти государства были объединены не только страхом перед ассирийцами, но и экономическими связями, и прежние войны между теми или иными участниками коалиции этому не препятствовали. Уже одно упоминание дамаскских факторий в Самарии и возможных израильских в Дамаске говорит о существовании торговых связей между Арамом и Израилем, несмотря на войны между ними. Во всяком случае, целью коалиции было остановить ассирийскую экспансию, не дать ей распространиться на центр и юг Сирии, на Палестину и, вероятно, Заиорданье, укрепиться на побережье. В то время как Тир и Сидон предпочли заплатить дань Салманасару, Библ и царь Арвада попытались оказать ему сопротивление.

В 853 г. до н. э. армия Салманасара вторглась в Хамат. Завершив к этому времени подчинение Северной Сирии, Салманасар обратился к южной части страны. Ассирийцы, практически не встречая сопротивления, захватили несколько городов этого царства. В этот период, скорее всего, коалиция уже существовала, и хаматский царь Ирэкулени (Урхулинас) обратился к союзникам за помощью. Армия коалиции сконцентрировалась около Каркара, столицы Хамата. Там произошла ожесточенная битва. Ассирийский царь известил о своей блестящей победе: он утверждал, что его воины убили 14 тысяч врагов, и вся равнина была покрыта их трупами. Но только через четыре года он возобновил военные действия в этом регионе. Ясно, что в действительности ассирийцы потерпели поражение; во всяком случае, их экспансия на юг была остановлена, и члены коалиции на какой-то момент достигли своей цели.

Салманасар со своей армией ушел в Ассирию, и казалось, что ассирийская угроза исчезла. И это сразу же обострило противоречия внутри союза. Как говорилось выше, уже на следующий год после битвы при Каркаре израильский царь Ахав вместе с иудейским царем Иосафатом решили напасть на город Рамот-Гилеад в Заиорданье, принадлежавший Араму. Но на этот раз царь Арама одержал победу, причем в бою был смертельно ранен сам израильский царь. Эта победа обеспечила Араму сохранение не только важного стратегического пункта, но и общего политического равновесия у южной границы царства, а также ведущее положение в регионе. Остался Арам и во главе антиассирийской коалиции.

В 849 г. до н. э. Салманасар III повторил свою попытку прорваться на юг. И снова ему воспрепятствовали объединенные войска его противников во главе с царями Арама и Хамата. Столь же неудачны были и наступления ассирийцев в 848 и 846 гг. до н. э. И хотя Салмнасар говорил о своих победах, о разрушении городов Хайата и даже о добыче, не уточняя, правда, ее размеров и содержания, ясно, что никаких успехов ассирийский царь не добился. Ассирийцы не прорвались к Дамаску, да и Хамат был задет ими не в очень значительной степени. Ассирийские надписи не уточняют состав этой коалиции, упоминая только царей Дамаска и Хамата, а также 12 "царей берега моря". К этому времени из коалиции явно вышел Арвад, установивший хорошие отношения с ассирийским царем. Неясно, остался ли в коалиции Израиль. Отношения между двумя государствами были далеко недружественными, однако ассирийская угроза по-прежнему объединяла их. Но даже если Израиль оставался членом антиассирийской коалиции, его роль стала намного меньшей, чем во времена Ахава. Причина в том, что он столкнулся с выходом из-под его власти Моава и даже в союзе с Иудеей не сумел вернуть его под свое господство, а гем самым потерял и контроль над значительной частью заиорданских торговых путей. Видимо, решив воспользоваться этим ослаблением старинного врага, Бар-Хадад начал новую войну с Израилем. Его войска осадили Самарию, но под стенами израильской столицы снова потерпели жестокое поражение. Это поражение вызвало, по-видимому, политический кризис в Дамаске, приведший к государственному перевороту.

Один из арамских полководцев — Хазаэл — убил заболевшего царя Бар-Хадада и сам стал царем. Ассирийская надпись называет Хазаэла сыном простого человека, "ничтожества", а Иосиф Флавий — слугой царя. Это ясно говорит о том, что Хазаэл явно не относился к царскому роду. Видимо, он принадлежал к царским рабам или "царским людям", игравшим значительную роль в окружении дамаскского царя. Родиной Хазаэла была долина Башан, область к югу от Дамаскского оазиса в самой северной части Заиорданья. Тот же Иосиф утверждает, что Хазаэл пользовался поддержкой арамеев, и особенно дамаскской черни. Если правильно толкование слова "‘т" на пластинке из слоновой кости из Арслан-Таша как "армия", то можно говорить, что и войска принимали активное участие в перевороте или, по крайней мере, поддержали узурпатора.

Несколько позже в результате военного мятежа был свергнут израильский царь Иорам, сын Ахава. Исследователи отмечают сходство двух переворотов, в которых значительную роль играли пророки. Библия упоминает, что еще во времена Ахава пророк Илия должен был помазать Хазаэла на царство. Это противоречит рассказу о более поздних событиях, когда ученик Илии Елисей пришел в Дамаск и фактически стал инициатором переворота, напророчив ничего не подозревающему Хазаэлу и его воцарение, и его победоносные войны с Израилем. Разумеется, все эти рассказы нельзя принимать за чистую монету, но общее направление политики пророков передано верно. Пророки Йахве были чрезвычайно недовольны деятельностью Ахава, его жены тириянки Иезавели и их детей, поэтому их целью было свержение правящей династии любым способом.

Неудачи Бар-Хадада в войнах с Израилем вполне могли вызвать у пророков мысль о замене его более удачливым полководцем, даже с риском навлечь несчастья на свой собственный народ. Израильский царь Иорам, по-видимому, в целом продолжал политику своего отца: несмотря на отдельные и порой весьма жестокие столкновения с дамаскским царем, в целом он сохранял с ним нейтральные отношения и даже, может быть, оставался в рядах антиассирийской коалиции. Если верить Библии, то та война между Бар-Хададом и Иорамом, о которой говорилось выше, возникла по инициативе не израильского, а арамского царя. В то же время тяжелые войны с Ассирией и неудача в войне с Израилем могли вызвать определенные напряжения в Араме и недовольство населения Дамаска. Как израильский полководец Ииуй (Йеху) с помощью пророков воспользовался народным недовольством для свержения Иорама, так и Хазаэл, вероятнее всего, опираясь на тех же пророков и недовольство низов населения, сверг и убил Бар-Хадада II.

Интересно, что в своей надписи сам Хазаэл своего предшественника называет отцом и утверждает, что пришел к власти, когда его отец потерпел поражение от Израиля и умер, а бог Хадад сделал его царем. И своего сына Хазаэл назвал Бар-Хададом, как было принято в западно-семитском мире, когда сына называли именем умершего ко времени его рождения деда. В Библии ничего не говорится о детях Бар-Хадада II. Это, конечно, не означает, что их и не было: библейского автора они могли просто не интересовать. Но не исключено, что Бар-Хадад действительно был бездетным и усыновил своего верного слугу: недаром, по словам Библии, именно его он посылает к пророку узнать об исходе своей болезни. Но вполне возможен и другой вариант: Хазаэл сам оформил свой приход к власти как фальшивое усыновление предшественником. Определенную аналогию представляет, может быть, воцарение в Ассирии Тиглат-Паласара III, который, вероятнее всего, был узурпатором, но в одной из своих надписей объявил себя сыном своего предшественника Ашшур-Нирари.

Точное время этого переворота неизвестно. Когда в 841 г. до н. э. Салманасар III снова обратил свое оружие против Арама, там на престоле уже сидел Хазаэл. Следовательно, переворот произошел между 846 и 841 гг. до н. э. Если перевороты Хазаэла и Ииуя были, хотя бы частично, обусловлены деятельностью израильских пророков, то, вероятно, и по времени они были сравнительно близки. И сам Хазаэл в уже упоминавшейся надписи связывает свой приход к власти с разгромом израильских и иудейских сил, вторгнувшихся во владения дамаскского царя. В таком случае переворот в Дамаске надо отнести ближе к концу 40-х гг. IX в. до н. э.

Вероятно, Израиль и Иудея решили воспользоваться событиями в Дамаске. Их соединенная армия, возглавляемая обоими царями, Иорамом и Охозией, снова двинулась к Рамот-Гилеаду, но под стенами города Иорам был ранен и уехал в свою летнюю резиденцию Изреель, куда затем отправился и Охозия. А вслед за тем израильский полководец Ииуй по инициативе пророка Елисея поднял мятеж и сверг династию Омридов. В библейском тексте ничего не говорится о позиции дамаскского царя. Судя по этому тексту, последний соблюдал нейтралитет, что в данном случае равнялось молчаливой поддержке узурпатора. Но сам Хазаэл приписывает себе убийство обоих еврейских царей и даже, кажется, воцарение Ииуя. Рассказы о переворотах в Араме и Израиле в Библии несколько разнесены во времени, но активнейшую роль в обоих случаях играет один и тот же пророк — Елисей. К тому же, в I Книге царей (19, 15) говорится, что еще раньше Бог повелел Илии помазать на царство обоих будущих узурпаторов. Видимо, в народной памяти эти два переворота были тесно связаны. По-видимому, события можно реконструировать следующим образом.

Воспользовавшись ранением и отъездом Иорама на лечение, а также отбытием Охозии, Ииуй по инициативе пророков и под знаменем ликвидации чужеземных культов и их поклонников поднял мятеж Это было, возможно, следующим шагом в политике пророков после воцарения Хазаэла. Последний, то ли под их влиянием, то ли по собственной инициативе оказал активную поддержку мятежнику. Не исключено, что вообще мятеж заранее планировался обоими деятелями. По словам Хазаэла, он активно участвовал в походе на Израиль. Но, даже если он ограничился дружественным нейтралитетом, это было для Ииуя очень важно, ибо обеспечивало его тыл в войне с собственным царем. Результатом этих событий стал договор между Хазаэлом и Ииуем, согласно которому, как свидетельствует все та же надпись, последний возвращал тому города, потерянные его "отцом". Речь, по-видимому, идет о городах, которые Бар-Хадад II был вынужден отдать Ахаву после своего поражения при Афеке. Другим следствием победы Арама могло быть присоединение к Дамаскскому царства Хаурана в Заиорданье, что было расценено в самом Араме как одно из важнейших событий царствования Хазаэла. Таким образом, Арам резко усилил свои позиции.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 56404
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Сирия времени независимости (6)

Новое сообщение ZHAN » 27 мар 2020, 15:33

Переворот в Дамаске привел к распаду антиассирийской коалиции. Может быть, сама она была лишь результатом договора между династиями, и династическое изменение в Араме закономерно ликвидировало его. Не исключено, что сирийские и финикийские цари, участвовавшие в коалиции, испугались свержения законной династии и не захотели далее иметь дело с узурпатором. Если это так, то сирийских и финикийских царей могла напугать активная поддержка Хазаэлом узурпатора Ииуя.

Вполне возможно, что событиями в Дамаске воспользовалась ассирийская дипломатия, и именно ее усилия привели к развалу столь опасной и до сих пор практически непобедимой коалиции. Израильские пророки очень неодобрительно смотрели на союз Израиля с Тиром, и ставили себе цель ликвидировать его. Если они действительно сыграли роль в перевороте Хазаэла, то естественно, что и в политике последнего должен был произойти определенный поворот. Как бы то ни было, в 841 г. до н. э. Салманасару противостоял уже только один Арам.

Сопротивляться в одиночку мощным войскам ассирийского царя армия Арама не могла. В битве у горы Саниру она потерпела поражение. В ассирийской надписи указывается, что эта гора расположена перед Ливаном, т. е. вероятно, речь идет об отрогах Антиливана, куда Салманасар мог пройти или через Келесирию, или несколько восточнее по дороге от нынешнего Хомса. В любом случае он должен был пересечь территорию Хамата. Поэтому можно считать, хотя сам Салманасар об этом ничего не говорит, что к этому времени Хамат был вынужден подчиниться ассирийскому царю.

Разбив войска Хазаэла у Саниру, Салманасар прорвался, наконец, к Дамаску. Он утверждает, что вырубил сады около столицы Арама и приобрел большую добычу, но о взятии самого Дамаска молчит, как и о точных размерах добычи. Видимо, захватить город ассирийцы так и не смогли, а продвинулись дальше на юг к горам Хаурана, расположенным восточнее Генисаретского озера, а оттуда двинулись, по-видимому, через территорию Израиля до горы Баалираси, которую, вероятно. надо отожествить с Кармелом. Израильский царь Ииуй, а также цари Сидона и Тира подчинились Салманасару и выплатили требуемую им дань. Арам, таким образом, оказался как бы в кольце, образованном государствами, признавшими власть Салманасара.

Поэтому в 838 г. до н. э. ассирийский царь снова обрушился на Арам. И снова арамеи потерпели поражение, были разрушены некоторые города Дамаскского царства, но сам Дамаск устоял. И поскольку Салманасар ничего определенного не говорит о добыче или дани, можно считать, что особых успехов эта кампания опять же ассирийцам не принесла. После нее Салманасар прекратил свои походы в Сирию, направив усилия в основном против неохеттских государств Юго-Восточной Анатолии. Лишь в 831 г. до н. э. он вмешался в дела Унки.

В 840 г. до н. э. цари Унки подчинились Салманасару и заплатили ему дань, что, видимо, и позволило ассирийцам нарубить кедров и кипарисов в горах Амана. При этом Салманасар упоминает не царя, а царей Унки-Паттины, не называя их имен. Может быть, предыдущие поражения привели к кризису в Унки, результатом чего стало не только свержение (или устранение каким-либо другим способом) Кальпарунды, но и фактический распад и так небольшого государства на отдельные части, главы которых объявили себя царями. В следующем году эти же цари выступали уже как союзники Салманасара. Возможно, несколько позже ассирийский царь, вмешавшись во внутренние дела Унки, снова объединил государство, а на трон посадил своего ставленника Лубарну II. Не исключено, если судить по имени, что тот был родственником правившей до этого династии. Это явно не успокоило политические страсти в Унки. Теперь мы можем говорить о существовании в этом царстве антиассирийской "партии", которая была недовольна и новым царем, и его, вероятно, проассирийской позицией. В результате в 831 г. до н. э. Лубарна был свергнут, и на троне оказался некий Сурри. Это вызвало немедленную реакцию Салманасара. Он послал своего полководца Даян-Ашшура восстановить порядок в Унки. Даян-Ашшур сверг и убил узурпатора. Лубарна был, по-видимому, убит, так что восстановить на престоле было некого.

Поэтому ассирийцы посадили на престол Унки некоего Саси. Поскольку его связь с прежней династией никак не отмечается и не подчеркивается законность его утверждения на престоле, можно полагать, что к прежним царям он не имел никакого отношения. Это был чисто ассирийский ставленник. Салманасар опустошал Северную Сирию, включая неохеттские государства, в течение нескольких лет. И каждый раз местные цари, в том числе кархемышский Сангара, платили ему дань. Последний раз Сангара упоминается Салманасаром в 846 г. до н. э., когда ассирийский царь отнял у него 97 городов. Видимо, потерпев ряд поражений, он смирился и предпочел более не вступать в конфликт с могущественным царем Ассирии.

После всех этих событий Салманасар ушел из Сирии, сконцентрировал свои усилия в основном на строительстве. Вскоре после его смерти в стране начались усобицы, и ассирийская угроза на какое-то время перестала нависать над Сирией. Походы Салманасара III были по существу грабительскими, они не ставили своей целью полное подчинение завоеванных территорий и включение их в состав Ассирийского царства. Исключением было только уничтожение Бит-Адини как самостоятельной этно-политической единицы. Поэтому как только ассирийские атаки прекратились, сирийские царства вернулись к своим внутренним проблемам.

В Кархемыше правила династия, представленная Астирувасом, и Каманисом. Ее связь с Сангарой неизвестна. Когда Астирувас умер, его сын был еще слишком молод чтобы править, и власть оказалась в руках некоего Яририса, который, однако, не стал царем, а принял титул "правителя" (taiwanis). Сам Яририс гордился тем, что он взрастил Каманиса и его младших братьев. Видимо, он фактически занимал положение регента при молодом царе. Регент подчеркивал, что своим положением он обязан богам. Вероятно, он не принадлежал к царскому дому и выдвинулся благодаря каким-то обстоятельствам или своим достоинствам. Интересно, что хвастался он также своим искусством письма и знанием иностранных языков. Не означает ли это, что Яририс вышел из среды писцов?

Став правителем государства, Яририс провел важные ирригационные работы и укрепил стены города. Он утверждает, будто его прославляют "на западе и востоке". Если это не простое хвастовство, то можно предполагать, что он предпринял какие-то действия, приведшие к усилению государства. Может быть, воспользовавшись временной пассивностью Ассирии, с которой он тоже имел дело, Яририс попытался установить гегемонию Кархемыша хотя бы над частью Сирии и Анатолии — во исполнение мечты, которую, вероятно, правители Кархемыша никогда не забывали.

Когда Каманис достиг совершеннолетия, он занял принадлежащий ему по праву трон. Характерно, что первое время он называл себя просто царем, а позже также господином страны города Кархемыш и т. д., т. е. полным титулом кархемышских государей. Может быть, при жизни Яририса молодой царь еще не решался принимать полный титул. Смерть всесильного визиря развязала ему руки. Возникший на какое-то время политический "вакуум" позволил этим царям сосредоточиться на активном строительстве в своем государстве; Возможно, что умелый политик Каманис вошел в какое-то соглашение с урартским царем Сардури II, чтобы обезопасить себя от новой ассирийской агрессии. Такую же роль, как при его отце Яририс, при Каманисе играл Састурас. Его сын заявляет, что Састурас был возвеличен богом солнца. По-видимому, по своему рождению он едва ли мог претендовать на столь высокий пост. Себя Састурас называет первым служителем Каманиса, что не мешало ему вместе с царем выступить основателем одного из городов.

Как кончилось царствование Каманиса, мы не знаем. Был он свергнут и убит или умер своей смертью, причем бездетным, но после него на троне Кархемыша оказался сын Састураса Пизирис. В то же время он, как будто, выступает и как потомок Астируваса и Каманиса. Это свидетельствует о родстве двух семей — царской и визирской. Каким образом осуществилось это родство, можно только предполагать. Наиболее вероятным кажется предположение, что Састурас женился на дочери Каманиса или, может быть, заставил того признать Пизириса своим приемным сыном. И в том, и в другом случаях ясна огромная роль Састураса при кархемышском дворе. Пизирису пришлось снова иметь дело с Ассирией.

В Яуди во времена Салманасара царствовал Хайа, или Хайану, которого сменил на троне его сын Киламува. Как уже говорилось, его надпись была составлена около 830 г. до н. э., причем к тому времени должно было пройти немало лет с его воцарения. Положение Яуди было довольно трудным. Более сильные соседи стремились подчинить его. По-видимому, в начале правления Киламувы он был вынужден подчинить царю данунийцев. И только с помощью Ассирии ему удалось освободиться от этой зависимости. Поскольку, как мы выяснили, ассирийцы в Сирии действовали только до 838 г. до н. э., то и ассирийская помощь должна была предшествовать этой дате.

Киламува понял, что только относительное сплочение населения может помочь выжить небольшому государству в окружении более сильных соседей. И он провел важную реформу. Мушкабим, т. е., вероятнее всего, анатолийское население Яуди, было не только уравнено в правах с арамеями-бааририм, но и получило значительное имущество, в том числе скот, серебро и золото. В каких условиях и как конкретно была проведена эта важная реформа, неизвестно. Было ли имущество передано мушкабим из царской казны или было произведено какое-то перераспределение собственности между двумя категориями населения Яуди? В последнем случае трудно представить, что это происходило без сопротивления старых собственников, а сведений о таком сопротивлении нет.

Какой-то намек на возможный поворот событий содержится в увещевании Киламувы, обращенном к потомкам, чтобы они сохраняли надпись, дабы обе категории населения уважали друг друга. Он явно боялся возобновления прежней розни и возвращения мушкабим в подчиненное положение. В небольшом государстве едва ли царская казна располагала ресурсами, достаточными для проведения такой масштабной реформы. Царь утверждает, что именно он стал и отцом, и матерью, и братом для мушкабим. Интересно в этом отношении, что предшественники Киламувы носили арамейские имена, а он — лувитское. Будучи сыном царя Хайа, он называет себя еще сыном tm-. Этот элемент совершенно непонятен. Его считают или почетным именем, или названием родного племени Киламувы. Может быть, это дополнительное наименование связано каким-то образом с реформой царя? Тогда это свидетельствует о том, что царь противостоял арамейской части населения, до того времени господствовавшей в Яуди.

В более поздних документах ни о какой розни между ба-аририм и мушкабим не говорится. По-видимому, реформа Киламувы достигла цели. Это, однако, не обеспечило спокойного существования Яуди. Преемником Киламувы был, вероятно, Qrl, которому наследовал Панамува. Последний не называет имени деда, и поэтому можно думать, что Панамува и его отец не относились к той династии, которую основал Габар и последним представителем которой был в таком случае Киламува. Был последний свергнут или умер бездетным, мы не знаем. И Панамува, и его отец носили лувитские имена, но свою надпись Панамува, как и его внук-тезка составил на арамейском языке, который заменил финикийский в качестве официального. Сын и правнук Панамувы I носили арамейские имена. По-видимому, к этому времени рознь между двумя частями населения Яуди уже исчезла, и обе стали ощущать себя единым народом, в котором преобладание все же имели арамеи, чьи боги, судя по надписи Панамувы, и язык становятся государственными.

Правление Панамувы I было, по-видимому, довольно спокойным. Сам царь считал себя любимцем богов и подчеркивал благоденствие своей страны. После его смерти трон Яуди, как кажется, без всяких проблем перешел к его сыну Барцуру. Но в конце правления последнего произошли какие-то разрушительные события. Может быть, вспыхнул внутренний мятеж, или на Яуди снова напали более сильные враги, или столкнулись две придворные группировки, придерживавшиеся разной внешнеполитической ориентации. Как бы то ни было, Барцур был свергнут и убит, а вместе с ним были уничтожены его родственники и приближенные. Только его сын Панамува (судя по имени, старший сын и наследник, ибо назван именем правившего деда) сумел бежать. С помощью некоего Бар- (дальше имя неизвестно) он сумел договориться с ассирийским царем, который вмешался в дела Яуди и восстановил на троне Самааля прежнюю династию в лице Панамувы II. Этим ассирийским царем был уже Тиглат-Паласар III, который в обмен на помощь заставил царя Яуди признать свою верховную власть.

В Северной Сирии к юго-востоку от Яуди образовалось арамейское царство Арпад Это название впервые появляется в надписи ассирийского царя Адад-Нирари III в 805/804 г. до н. э.: там упоминается страна (kur) Арпад. Но еще раньше здесь располагалась страна Яхан (kur ia-ha-na-a-a), которой правил некий Гузи (Sader III Аа). Он стал основателем династии, по имени которой ассирийцы иногда называли эту территорию страной дома Гузи, или Агузи. Салманасар III неоднократно имел дело с сыном Гузи Араме. И ни разу в надписях этого ассирийского царя Араме не упоминается в связи с определенным государством, но о нем всегда говорится лишь как о сыне Гузи. В этом отношении интересна надпись, в которой упоминаются города страны Патина, города Кархемыша и "сына Гузи". И лишь однажды Араме называется среди царей по ту сторону Евфрата. "Царским городом", т. е., по-видимому, столицей Араме, был город Арне. Наряду с ним говорится и о других городах. Но само их огромное число — 100 городов (обычно по соседству с Арне) — свидетельствует о том, что настоящими городами они едва ли были. И только дважды упоминаются "укрепленные города" Араме — Апарасу и Муру. Может быть, только их и следует считать городами.

Положение меняется в конце IX в. до н. а, когда, как уже говорилось, появляется упоминание "страны Арпад", и потомок Гузи Матиэл выступает как царь этой страны, которая и определяется как "его страна". Царем Арпада (mlk ’rpd) именуется и его отец Атарпгумки. По-видимому, можно говорить, что Атаршумки, сын Араме и внук Гузи, и стал основателем государства Арпад и его первым царем. Как это произошло, мы сказать не можем. Возможно, Атаршумки захватил город Арпад, и этим положил начало царству. Поскольку Атаршумки упоминается ассирийским царем Адад-Нирари III в 805–804 гг. до н. э. и Арпад выступает уже как "страна" в 805 г., то ясно, что это событие произошло до 805 г. до н. э. Более поздний ассирийский царь Тиглат-Паласар III в своих победных надписях говорит о городе Арпаде (uru ar-pad-da), о стране Бит-Агузи (kur a-gu-si) и о Маттиэле из Бит-Агузи. Но несколько ранее в официальном договоре Ашшур-Нирари V с Матиэлом название Бит-Агузи отсутствует. В арамейской надписи, тоже являющейся официальным договором, но уже с неким Баркайя царем КТК, Маттиэл и его отец выступают как цари Арпада. Таким образом, для самих арамеев и в официальных документах фигурирует царство Арпад, но ассирийский царь, завоевывая Сирию, предпочитал старое название, название династии, хотя и признавал, что в отличие от прежних времен речь идет уже о "стране", т. е. об определенной территориально-политической единице.

В Хамате царю Ирхулени (Урхулинасу) наследовал его сьш Уратамис. Он утверждает, что "построил" или "перестроил" укрепления в своем царстве, особенно в столице. Это было вызвано, по-видимому, разрушениями, нанесенными ассирийцами за время нескольких военных кампаний. Едва ли Салманасар мог позволить хаматскому царю произвести эти работы. Поэтому думается, что их надо отнести ко времени уже после 838 г. до н. э. Уратамис, как и его отец и дед, носил хеттское (или хурритское) имя. Но затем в стране произошел переворот, и к власти пришел арамей Заккур. Были ли в Хамате какие-либо цари между Уратамисом и Заккуром, неизвестно. Но ясно, что Хамат долгое время не мог оправиться после разрушений, совершенных ассирийцами, и значение его явно упало.

Совершенно иное положение занимал Арам. Правления Хазаэла было, судя по всему, периодом наивысшего возвышения этого царства. Избавившись от ассирийской угрозы, Хазаэл возобновил стремление сделать свое царство ведущим государством региона. Старый соперник Израиль был ослаблен как поражениями, так и новой политикой его царя, направленной к закрытию государства и разрыву всех старых союзов. Воцарение Ииуя с помощью Хазаэла привело, возможно, к превращению Израиля в вассальное государство. Однако с течением времени, окрепнув, израильский царь попытался, по-видимому, изменить это положение. Результатом был поход Хазаэла. Израильтяне ничего не смогли ему противопоставить. Они были разбиты в ряде сражений, и Хазаэл отнял у них все заиорданские владения.

Таким образом, в пользу Арама был решен давний спор за контроль над заиорданским торговым путем. Но на этом Хазаэл не остановился. Через территорию Израиля он двинулся на Филистию и захватил город Лат. Этот город играл значительную роль в западной части Палестины, являясь в известной степени ключом как к Филистии, так и к Иудее. Хазаэл повернул к Иудее. Иудейский царь Иоас предпочел откупиться, отдав Хазаэлу все золото из царской и храмовой казны, после чего арамеи отступили (II Reg., 12, 18). Существует вариант предания, согласно которому арамеи даже овладели Иерусалимом, где уничтожили всю аристократию и забрали добычу.

Автор Книги Царей ссылается на летописи иудейских царей, а Хронист использовал родовые предания. Сделать окончательный выбор между этими двумя вариантами источников трудно. Можно лишь говорить, что описанные события означали фактическое признание Иудеей верховенства и, может быть, верховной власти царя Арама. Сам поворот арамейских войск от Гата на Иудею, может быть, был вызван не только стремлением покарать старого врага, который вместе с Израилем в свое время воевал с Арамом, но и признанием филистимскими царями верховной власти Хазаэла, так что воевать с ними ему не было резона. Арам в это время выступает гегемоном всей Южной Сирии и Палестины. Он стремился установить контроль над важнейшим торговым путем, ведущим к Красному морю и фактически сумел это сделать. Амос (1, 4), говоря о преступлениях Арама, т. е. об угнетении им еврейских царств, называет уже имя Бар-Хадада. Следовательно, к тому времени на дамаскском троне сидел уже не Хазаэл, а его сын.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 56404
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Сирия времени независимости (7)

Новое сообщение ZHAN » 28 мар 2020, 12:30

К сожалению, собственно арамейских источников по истории Дамаска-Арама очень мало. Библейский автор, естественно, занимается только отношениями Арама с еврейскими царствами. Что касается того времени, от которого не сохранилось ассирийских надписей (которые, в свою очередь, говорят только об ассирийско-арамских отношениях), то создается впечатление, будто цари Арама действовали только у своих южных границ. Но, по-видимому, сфера их влияния была гораздо шире. И здесь надо остановиться на так называемой "стеле Мелькарта", на которой вырезано посвящение этому финикийскому богу, сделанное царем Арама Бар-Хададом.

Эта стела была найдена в Северной Сирии, довольно далеко от территории Дамаскского царства. К сожалению, патронимик этого царя практически не читается, и поэтому Бар-Хадада, автора посвящения, запечатленного на стеле, разные ученые идентифицировали со всеми носителями этого имени. Было даже высказано предположение, что речь идет не о том Араме, столицей которою был Дамаск, а об одноименном небольшом арамейском царстве в Северной Сирии, зависимым от более значительного царства Арпад. Однако предложенные варианты нечитаемого патронимика далеко не бесспорны, а исторические основания такого предположения весьма уязвимы.

Конечно, термин "Арам" обозначал не только Дамаскское царство, но Сирию (по крайней мере, ее арамейскую часть) в целом. Но в Библии в этом смысле термин используется либо во множественном числе, когда говорится об арамейских царях или богах, либо когда речь идет об этносе. Б арамейской надписи из Арпада Арам тоже употребляется для обозначения всей страны, но в этом случае используется выражение "народ (или страна) Арам в целостности" (‘m ’rm klh), явно для того чтобы отличить всю страну от царства Арам. Да и трудно себе представить два одноименных арамейских царства. Предположение, что царство Бар-Хадада — это небольшое государство Рехоб в Келесирии, также основано лишь на весьма сомнительном чтении патронимика этого царя.

С другой стороны, в победной надписи хаматского царя Заккура, о которой пойдет речь ниже, упоминается об антихаматской коалиции, возглавляемой царем Арама Бар-Хададом, сыном Хазаэла. В частности, говорится о 17 царях, которых собрал Бар-Хадад, но названы только Бар-Гузи, Куэ, Амук (Унки), Гургум, Самааль, т. е. Яуди, Мелид, а из самих царей по имени назван только Бар-Хадад, что еще раз подчеркивает его ведущую роль. Все царства, названные в этой надписи, кроме Арама, расположены в Северной Сирии и Восточной Анатолии. И то, что все они ответили на призыв царя Арама, говорит о признании ими его первенства. Поэтому ничего удивительного нет и в сооружении вотивной надписи царя Арама в Северной Сирии. Этому соответствует и палеографическая датировка надписи — между 850 и 780 гг. до н. э.. На роль дамаскского царя в Северной Сирии намекает и недавно найденная надпись (точнее, две идентичные надписи) с упоминанием Хазаэла и перехода им реки. Связь бога Хадада с Унки как будто предполагает роль именно этого северо-сирийского неохеттского государства в походе Хазаэла, а рекой, скорее всего, является Оронт. Вероятно, царь Арама совершил какой-то поход на север Сирии, результатом которого и стало установление его гегемонии в этом районе.

Можно, по-видимому, говорить о гегемонии Арама в Сирии вообще, причем эта гегемония на юге распространялась также на Израиль, Иудею, может быть, Филистию, а на севере — на Восточную Анатолию. Правление Хазаэла и Бар-Хадада III было временем наивысшего расцвета Арама. Это государство бесспорно было ведущим в арамейском мире. Под непосредственной властью Дамаска находилась, видимо, вся Келесирия с ее обилием естественных продуктов и значением в международной торговле. Царь Арама стремился установить и хорошие отношения с финикийским Тиром, самым богатым городом всего переднеазиатского региона. Видимо, именно это и толкнуло его на принятие культа Мелькарта, городского бога Тира. Интересно в этом плане наблюдение, что хотя надпись в честь Мелькарта написана по-арамейски, ее окончание соответствует финикийским вотивным формулам. И это все свидетельствует об установлении или стремлении установить как можно более тесные отношения с Тиром. В событиях в Хамате Бар-Хадад явно увидел угрозу положению своего царства.

Как уже упоминалось, арамей Заккур сверг неохеттскую династию в Хамате и сам стал царем. Он, по-видимому, не был уроженцем этого царства, а прибыл в Хамат с берегов Евфрата, из района, который имел старые торговые связи с долиной Оронта. Трудно сказать, захватил ли он власть, опираясь на какой-то отрад, который привел с собой, как это сделал Давид в Хевроне, или нашел себе опору уже на новом месте. Но в любом случае его чужеземное происхождение предполагает совершение насильственного переворота. Себя он именует царем Хамата и Луаша. Последняя область располагалась к северо-востоку от Хамата, и можно предполагать, что именно Заккур объединил их в единое царство. При этом своей столицей он избрал Хазрак (Хатарикку), бывший до этого центром именно Луаша, хотя царство и сохранило прежнее название.

Причины этого не ясны. Может быть, в Луаше преобладало арамейское население, в то время как в собственно Хамате был еще очень силен лувитский элемент, и арамей Заккур предпочел перенести свою резиденцию в более близкую ему этническую среду. Возможно и то, что Заккур, будучи узурпатором, решил основать новую столицу, в которой не было бы никаких воспоминаний о прежних царях. Не исключено также, что он и до этого был правителем именно Луаша, и речь идет о присоединении Хамата к Луашу, а не наоборот, а сохранение имени Хамата в названии объединенного царства объясняется уважением к его древности.

Как бы то ни было, в результате деятельности Заккура возникло новое, довольно сильное объединенное государство, которое вполне могло поставить под вопрос первенство Арама. Ответом и было нападение Бар-Хадада и под его воздействием других царей на Хамат и Луаш.

Противники, возглавляемые дамаскским царем, осадили Хазрак. Силы были неравными, но одолеть Заккура союзники не смогли. Сам хаматский царь говорит о помощи богов, к которым он воззвал и которые освободили его от осады, в честь чего он и поставил стелу с благодарственной надписью.

Современные исследователи полагают, что речь идет о вмешательстве ассирийского царя Адад-Нирари III, который вступил на престол в 810 г. до н. э. после своей матери Шаммурамат, знаменитой Семирамиды греческих авторов. К этому времени Ассирия, преодолев внутренние усобицы, возобновила свои походы. Надо, однако, заметить, что в надписях этого ассирийского царя о вмешательстве в борьбу Хамата с враждебной коалицией ничего не говорится. Адад-Нирари говорит о своих походах на запад, но к событиям вокруг Хазрака это, как кажется, отношения не имеет. Думается, что осада Хазрака и его успешная оборона имели место еще до походов Адад-Нирари III. Предположение же, что эти события происходили уже после походов этого ассирийского царя, в 773/2 г. до н. э., едва ли может быть принято, ибо, как об этом будет сказано позже, ассирийцы нанесли Араму тяжелый урон, так что после него это царство уже не могло возглавлять союз нескольких сирийских государств против Хамата.

Первый поход Адад-Нирари на Сирию состоялся в 805 г. до н. э. Его основной целью был Арпад, который в это время встал во главе союза государств Северной Сирии. Среди городов арпадского царя Атаршумки называются и те, которые раньше принадлежали соседям, что говорит о территориальной экспансии этого молодого царства. И это явно не соответствует второстепенной роли, какая приписана этому государству в надписи Заккура. Стбит обратить внимание на то, что в этой надписи речь идет еще о Бар-Гузи (Бит-Гузи), так что возможно, что все эти события происходили еще до 805 г. до н. э. С другой стороны, известно, что основатель царства Арпад Атаршумки был современником Заккура. Поэтому относить захват власти Заккуром и осаду его столицы к очень раннему времени нельзя.

Ход событий мог быть следующим. Заккур сверг неохеттскую династию Хамата и сам стал его царем, распространив свою власть и на Луаш (или, утвердившись в Луаше, затем захватил и Хамат). Бар-Хадад, увидев в этом угрозу своему положению гегемона Сирии и окружающих территорий, мобилизовал не только свою армию, но и армии более или менее зависимых от него государств и этно-политических объединений, напал на Заккура и осадил его новую столицу. Однако осада оказалась неудачной, Заккур сумел отбить врага. И эта неудача оказалась роковой для гегемонии Арама. По крайней мере северные государства отказались признавать его верховенство. В этих условиях Атаршумки захватил Арпад и стал основателем нового государства. Вскоре он расширил его территорию за счет соседей, превратившись в довольно сильного правителя. Ряд государств Северной Сирии признали его ведущую роль. Разумеется, сфера гегемонии Арпада была гораздо меньшей, чем Арама до этих событий. И тогда Адад-Нирари, к этому времени укрепив свои позиции в Месопотамии и к востоку от нее, вторгся в Сирию, направив главный удар против Арпада. Был, по-видимому, захвачен сам Арпад, и значительные сокровища, хранимые в царском дворце, стали собственностью ассирийского царя. Конечно, это не означало еще полного подчинения Арпада, но из числа опасных для Ассирии царств он был на какое-то время исключен. Может быть, тогда был урегулирован территориальный спор между Арпадом и Хаматом, причем ассирийцы выступили в этом урегулировании посредниками, что еще больше укрепило положение Ассирии в Сирии. Непосредственным арбитром в споре между Арпадом и Хаматом выступал всесильный ассирийский вельможа Шамши-Илу, на протяжении нескольких десятилетий почти самостоятельно управлявший ассирийскими владениями по соседству с Сирией.

После этого настала очередь Арама. Видимо, уже разгромив Арпад (так как о победе над Арпадом ничего не говорится), Адад-Нирари предпринял новый поход на запад. Он прорвался к Средиземному морю, подчинил островной финикийский Арвад, нарубил ценные кедры на Ливане, а затем двинулся на Арам. В Дамаске царем был уже не Бар-Хадад III, а Мари. Был ли он сыном или братом Бар-Хадада, неизвестно, как неизвестно, принадлежал ли он вообще к династии Хазаэла. Поскольку собственных надписей этого царя нет, то и определить его отношение к дому Хазаэла мы не можем. Есть предположение, что это вообще не имя, а титул, неправильно понятый ассирийцами. Но если бы это было так, то непонятно, почему ассирийцы только в этом случае перепутали имя и титул царя Арама, ибо во всех других случаях они так царя этого государства не называют. Поэтому гораздо логичнее считать Мари собственным именем царя, тем более что подобные имена ("Господин" или "Мой господин") полностью соответствуют западно-семитским обычаям.

Поражение под Хазраком и утрата гегемонии на севере ослабили Арам, и он потерпел поражение. Ассирийские войска осадили Дамаск. Мари был вынужден заплатить ассирийскому царю дань, состоявшую из 100 талантов золота и 1000 талантов серебра. По другим данным, дань была еще более тяжелой: 2000 талантов серебра, 100 талантов меди, 2000 талантов железа и 3200 льняных одежд с цветными полосами.

В 796 г. до н. э. асссирийцы нанесли новый удар по Араму. Не решаясь вступить с ними в открытое сражение, Мари заперся в Дамаске, но отсидеться не смог. Он был вынужден "преклониться перед ногами" Адад-Нирари, т. е. официально признать его верховную власть и заплатить еще более значительную дань, включая изделия из слоновой кости. Видимо, именно тогда к ассирийцам попали те изделия из слоновой кости, которые ранее принадлежали Хазаэлу. В этих условиях цари Израиля, Эдома, Моава, Филистии также поспешили признать Адад-Нирари своим господином. Ни о какой гегемонии Арама и в этом районе уже не могло быть и речи.

Адад-Нирари, как и до этого Салманасар, не остался в Сирии. Получив довольно большую добычу, сокрушив наиболее опасных врагов и удовлетворившись формальным признанием своей власти рядом царей Сирии и Палестины, он ушел в Месопотамию. Воспользовавшись резким ослаблением Арама, израильский царь Иоас напал на него.

Библия называет врагом Иоаса Бар-Хадада сына Хазаэла. Поскольку Иоас стал царем в 800 г. до н. э., ясно, что его война с Арамом не могла случиться до нападения последнего вместе с союзниками на Заккура. Поэтому встает вопрос не заменил ли библейский автор имя Мари на более известного Бар-Хадада или же последний снова пришел к власти, свергнув потерпевшего столь тяжелое поражение и испытавшего тягчайшее унижение Мари.

Последнее не кажется совершенно невероятным. Можно выдвинуть чрезмерно смелую и ничем пока не подтвержденную гипотезу, что после поражения под Хазраком и потери гегемонии над Северной Сирией Мари, может быть даже не принадлежавший к дому Хазаэла, сверг Бар-Хадада III, но тот сумел бежать, как это произошло позже с Панамувой II в Яуди. Когда же и Мари потерпел поражение, причем еще более жесткое и унизительное, признав даже власть ассирийского царя, Бар-Хадад, опираясь на возникшее из-за этого недовольство, снова захватил трон. Но даже если это произошло именно так, и Бар-Хадад III снова стал царем Арама, вернуть прежнее влияние он уже не мог.

Израильский царь в трех битвах разбил арамеев, и Арам был вынужден возвратить Израилю захваченные ранее города. Все это привело к тому, что Арам превратился в сравнительно незначительное государство, утратив роль гегемона на территорию Сирии.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 56404
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Сирия времени независимости (8)

Новое сообщение ZHAN » 29 мар 2020, 12:26

Наиболее сильными государствами Сиро-Палестинского региона становятся Израиль и Хамат. Последний уже держал под своим контролем важный торговый путь вдоль Оронта. Но теперь хаматский царь решил выйти к побережью Средиземного моря и укрепиться там. В 30-е годы VIII в. до н. э. во времена правления ассирийского царя Тиглат-Паласара III Хамату принадлежал ряд приморских городов, в том числе Цумур. Следовательно, в период между походами Салманасара III и правлением Тиглат-Паласара III хаматский царь захватил значительную часть финикийского побережья, лишив Арвад его материковых владений. Лучше всего таким приобретениям соответствует время правления Заккура или его непосредственного преемника. Ассирийские цари на какое-то время приостановили свои походы в Сирию, Арам пришел в упадок, Израиль еще не занял ведущего положения к югу от Хамата. В условиях такого относительного политического вакуума можно было предпринять сравнительно широкую экспансию. Впервые одно из арамейских государств Внутренней Сирии вышло к побережью Средиземного моря и удерживало эти завоевания в течение многих лет.

Впрочем, ассирийские цари не оставили Сирию в покое. В 775 г. до н. э. они совершили поход к "Кедровым горам", т. е. куда-то в район Ливана, причем прошли через территорию Арпада. В 773 г. до н. э. все тот же полководец Шамшиилу от имени Салманасара IV (но вполне возможно, что по собственной инициативе) сражался против войск царя Арама Хадиана, а на следующий год объектом ассирийского нападения стала столица Хамата Хазрак, или Хатарикка. Но это были все же единичные события, сравнительно мало нарушившие жизнь в стране Более опасным для арамейских государств Сирии стало в это время возвышение Израиля.

Это возвышение связано с царем Иеровоамом II, который взошел на трон Самарии в 784 г. до н. э. Он успешно воевал с Арамом и, по-видимому, с Хаматом. Выше говорилось, что Арам потерял часть своей территории, и оба арамейских государства, вероятно, на какое-то время признали верховную власть израильского царя. На дамаскском троне в это время сидел, видимо, тот же Хадиан, который сражался с ассирийским полководцем. Его отношение к дому Хазаэла неизвестно. После этого на несколько лет царство Арам исчезает из источников, и мы ничего о его истории не знаем.

Тем временем с севера над Сирией нависла новая опасность. Урартские цари, соперничавшие с ассирийскими за власть в Западной Азии, воспользовались новым упадком и относительной пассивностью Ассирии, начали наступление, стремясь отрезать ее как от "железного пути", по которому металл шел из Закавказья в Переднюю Азию, так и от Средиземного моря.

Вступивший на престол Урарту около 760 г. до н. э. Сардури II распространил свою экспансию и на Северную Сирию. Там к тому времени сложился, по-видимому, союз арамейских и неохеттских государств, возглавляемый Арпадом и его царем Маттиэлом. Урартский царь и этот союз, по-видимому, выступили вместе против Ассирии и ее союзников в Сирии и Восточной Анатолии.

В ответ на это ассирийский царь Ашшур-Нирари V в первый же год своего правления, в 754 г. до н. э., двинулся против Арпада. Сардури, вероятно, не смог помочь своему союзнику. Неизвестно, состоялось ли сражение между войсками Арпада и Ассирии. Может быть, до этого дело не дошло, а Маттиэл, испугавшись преобладающей силы Ассирии и оставленный урартским царем, отказался от борьбы. Он заключил с Ашшур-Нирари договор, по которому обязался отныне помогать ассирийскому царю в его войнах. По существу это было признанием арпадского царя своей зависимости от Ассирии.

Приблизительно в это же время были заключены договоры между Маттиэлом и царем КТК Баргайя. В одном из них Маттиэл выступает не только от своего имени и имени своего царства, но и от стран Арам "в се целостности" и Муцри. Следовательно, речь идет еще о союзе, возглавляемом Арпадом. И в этом отношении этот договор резко отличастся от договора с ассирийским царем, в котором партнером Ассирии является только сам царь Арпада. Это может объясняться или более ранней датировкой договора Маттиэла с Баргайя, когда до поражения от Ашшур-Нирари союз во главе с царем Арпада еще существовал, либо позицией ассирийского царя, который этот союз не признавал и предпочел иметь дело только с арпадским царем. Исследование показало, что эти два договора принадлежат к двум разным типам подобных документов — ассирийскому и хеттскому. Этим может объясняться отсутствие в ассирийско-арпадском договоре союзников Арпада. Но с другой стороны, после поражения от Ассирии возглавляемый арпадским царем союз мог распасться, и Ашшур-Нирари V вполне мог заключить договор только с одним Арпадом. Надо заметить, что в другом договоре Баргайя и Маттиэла уже ничего не говорится ни обо всем Араме, ни о Муцри. Поэтому наиболее вероятно, что первый договор был заключен, когда союз во главе с Арпадом еще существовал и Маттиэл выступал как его глава, а второй — уже после поражения от Ассирии и распада союза.

Еще больше трудностей возникает при попытке идентифицировать КТК с каким-либо известным нам государством. С одной стороны, судя по тексту договора, это государство было довольно сильным, раз навязало Матиэлу почти односторонние обязательства. Так, в случае разрыва договора арпадским царем на его царство должны обрушиться самые разные несчастья, а о подобном варианте при разрыве договора царем КТК ничего не говорится. С другой стороны, никакое похожее название более не встречается.

КТК пытались отождествить с Хаматом, граничившим с Арпадом и в то время, пожалуй, более сильным государством, Урарту, каким-то ассирийским вассалом или даже ассирийским правителем области к востоку от Арпада, например, с Шамши-илу. Ни одно из этих отождествлений не убедительно. Имя царя КТК — арамейское, обозначающее "Сын величия". Возможно, конечно, что урартский царь мог принять арамейское имя в своих отношениях с арамейским царем, как позже ассирийские цари принимали вавилонские имена в Вавилоне. Но остается необъяснимым, почему Урарту называется арамеями столь странно, ибо КТК не имеет ничего общего ни с называнием "Урарту", ни с названием "Наири". Да и боги, которыми клянутся договаривающиеся стороны — арамейские и ассирийские, но не урартские. Последнее обстоятельство не дает возможности отождествить КТК с Хаматом, да и не совсем понятно, почему Хамат противопоставлен всей стране Арам. К тому же, арамеи, как это видно из надписи Заккура, называли это государство именно Хаматом, а никак не КТК.
Поскольку, как уже говорилось, договоры с Баргайя были составлены не по ассирийскому образцу, трудно приписать их ассирийскому правителю или даже вассалу ассирийского царя. Можно привести и другие возражения. Одним словом, ни одно из предложенных отождествлений КТК не может быть принято безоговорочно. По-видимому, решить эту проблему я настоящее время невозможно, и нужно ожидать новых находок, которые, возможно, прольют свет на это таинственное государство.

Пока можно лишь говорить, что в результате похода Ашшур-Нирари V сравнительно кратковременной гегемонии Арпада в Северной Сирии (а может быть, и во всей стране) был положен конец. Союз, возглавляемый арпадским царем Маттиилу, распался. Но и Ассирия была еще не в состоянии полностью подчинить себе арамейские государства Сирии.

В этих условиях вновь поднял голову Арам. Там власть захватил некий Резон. Ассирийский царь, рассказывающий об очередной войне с Арамом, называет "городом отца" этого царя Хадару. Следовательно, Резон происходил не из самого Дамаска, а имя его отца не указывается. Поэтому вполне вероятно, что речь идет об узурпаторе.

Это был достаточно энергичный деятель. Он сумел до некоторой степени восстановить силы Арама и возвратить некоторые ранее потерянные заиорданские владения. Резон заключил союз с израильским царем Факеем (Пехой), и они вместе обрушились на Иудею. Как говорилось выше, их целью было замещение на иудейском троне старинной династии Давидидов каким-то представителем рода Табиэла, что ставило бы Иудею в полную зависимость от Израиля и Арама.

Иудеи были разбиты, в руки Резона попало большое количество пленников. Израильтяне и арамеи осадили Иерусалим. Город они взять не смогли, но войска Резона прошли на юг вплоть до нынешнего Акабского залива и с богатой добычей вернулись в Дамаск. Конечно, цели цари Арама и Израиля не достигли, но урон Иудее нанесли огромный. Да и было неясно, отказались ли они окончательно от своего стремления подчинить Иудею. И тогда иудейский царь Ахаз, послав пышные дары, обратился к ассирийскому царю Тиглат-Паласару III с просьбой о помощи.

Обращение к Тиглат-Паласару не было случайным. Этот царь уже несколько лет активно действовал в Сирии, Финикии и Палестине. Тиглат-Паласар решительно изменил характер ассирийских походов; он стремился уже не к грабежу и получению дани, а к включению завоеванных территорий непосредственно в Ассирийское царство. Его походы привели к потере сирийскими государствами независимости.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 56404
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Города-государства Финикии

Новое сообщение ZHAN » 30 мар 2020, 09:35

В результате нападений "народов моря" территория, населенная ханаанеями резко сокращается и теперь ограничивается собственно Финикией. И эта территория тоже пострадала, но все же избежала не только этнической, но и политической катастрофы. Пострадали наиболее северные города Финикии, но лежавшие южнее основные центры продолжали существовать. В них сохранилась старая экономическая, политическая, культурная жизнь. В то же время упадок Египта и Ассирии, гибель микенских государств и хеттской державы пошли на пользу финикийцам, избавив их как от политической зависимости, так и от сильных конкурентов. На пользу финикийцам пошло и уничтожение Угарита. В этих условиях именно финикийские города, особенно Тир, становятся главными представителями Востока в средиземноморской торговле. Упадок крупных государств способствовал расцвету мелких, в том числе финикийских городов. В это время политическая карта Передней Азии усложнилась. В Сирии и Палестине, как мы видели, образовались новые государства, возникшие на племенной (а не городской) основе. Политической же формой существования финикийцев остались города-государства. И они заняли в политической системе Передней Азии видное место.

Крушение египетской мощи освободило финикийские города от подчинения Египту. Еще сравнительно недавно любой финикийский правитель униженно именовал себя слугой фараона и умолял его о помощи. А приблизительно около 1066 г. до н. э. библский царь Чекер-Баал гордо говорит египетскому посланцу Ун-Амуну: "Разве я твой раб? Разве я также раб пославшего тебя?" (Ун-Амун, 2, 12–13). И это освобождение произошло достаточно давно. Тот же Чекер-Баал утверждает, что уже при его отце отношения с Египтом строились на основе равноправия (Ун-Амун, 2, 12). Более того, библский царь говорит о посланцах фараона, которые семнадцать лет держались в заключении в Библе и там умерли (Ун-Амун, 2, 51–52). Неизвестны причины этого заключения, но сам его факт ясно свидетельствует о полном отсутствии почтительности библского правителя к египетскому фараону и его представителям.

Этого фараона именуют Хаэмуасом. Хаэмуас — одно из имен либо Рамсеса IX, либо Рамсеса XI. Вероятнее все же, что речь идет о Рамсесе XI. Хотя египетская власть в Сирии и Палестине, вероятно, после Рамсеса VI уже не существовала, Рамсес IX был еще относительно сильным государем, он успешно воевал с ливийцами, и Египет при нем еще сохранял единство. При Рамсесе XI положение радикально изменилось. Юг полностью отпал, а его фактический правитель Херихор, может быть, еще при жизни самого Рамсеса, принял царский титул. То, что Рамсес XI правил (точнее, царствовал) много дольше, чем его предшественники, не менее 27 лет, в условиях резкого упадка центральной власти можно объяснить только незначительностью самой этой фигуры: с безвластным фараоном можно было не считаться.

Это не означает, что связи между Финикией и Египтом были полностью прерваны. Они сохранялись на экономическом и культурном уровне. Египет по-прежнему играл огромную роль в финикийской торговле, а обаяние египетской культуры продолжало действовать на финикийцев еще не одно столетие. Но ни о каком политическом господстве фараонов в финикийских городах не могло быть и речи. Начался период независимости Финикии, продолжавшийся несколько веков.

На рубеже XII–XI столетий до н. э. несколько неожиданно для финикийцев возникла новая опасность. После времени упадка снова подняла голову Ассирия, и ее царь Тиглат-Паласар I (1115–1077 гг. до н. э.) предпринял ряд то ли грабительских, то ли завоевательных походов. Во время одного из них ассирийский царь завоевал страну Амурру (этого царства уже не существовало, и так, вероятно, называлась западная часть Сирии, прилегающая к Ливану) и, перейдя через Ливан, вторгся в Финикию. Библ, Арвад и Сидон заплатили ему дань. При этом ни о каких боях с финикийцами ассирийский царь не сообщает; по-видимому, цари этих городов, испуганные ассирийским нашествием, предпочли откупиться "добровольной" выплатой дани. Тиглат-Паласар вступил в Арвад и по морю (видимо, на арвадском корабле) дошел до Цумура, по пути убив дельфина или нарвала. Характерно, что Тир в сообщении о победах Тиглат-Паласара I не упоминается. Едва ли это надо интерпретировать как отсутствие самостоятельности этого города. Вероятнее, что по каким-то причинам ассирийский царь не двинулся на юг дальше Сидона.

В рассказе о подвигах ассирийского царя говорится о его морском путешествии из Арвада в Цумур. Следовательно, Цумур тоже входил в территорию, подчиненную Тиглат-Паласару I. В то же время не говорится о дани, взимаемой с этого города. Видимо, Цумур, игравший столь большую роль в предшествующее время, в конце XII в. до н. э. уже прежнего значения не имел и, возможно, даже не был самостоятельным. Страбон (XVI, 2, 12) говорит, что область этого города разделили между собой жители Арвада. Связь Цумура с Арвадом вытекает и из рассказа о победах Тиглат-Паласара I. Можно думать, что в период бурных событий, связанных с отступлением Египта и гибелью царства Амурру, Цумур был захвачен Арвадом и включен в его владения.

Однако это ассирийское вторжение осталось единичным эпизодом. Сам Тиглат-Паласар I даже не пытался закрепиться на заевфратских землях, а вскоре после его смерти Ассирия вновь вступила в полосу упадка, по-видимому, даже более глубокого, чем ранее. Так что это нашествие не оставило глубокого следа в финикийской истории, и финикийские города и после него оставались независимыми.

На конец XII — начало XI вв. до н. э. падает первый этап финикийской колонизации. Установление связей с Дальним Западом чрезвычайно обогатило Тир, являвшийся единственной метрополией финикийских колоний. Город стал важнейшим торговым центром Средиземноморья. И это потребовало от него определенных политических шагов. Одним из них установление тесных связей между Тиром и образовавшимся к югу и юго-востоку от него Израилем. Под властью израильского царя Давида оказались, как говорилось выше, значительные территории с выходом в Красное море. Кроме того, Тирскому царству не хватало собственных продовольственных ресурсов, которые можно было получить из Палестины. Все это заставило тирского царя Хирама пойти на союз с Давидом, а затем и его сыном Соломоном.

Эта политика еще более усилила Тир и увеличила его богатства. Притекающие в Тир богатства Хирам активно использовал. Прежде всего, они дали возможность Хираму провести большие работы по благоустройству города. Как уже говорилось, население его увеличилось, и возникла необходимость в расширении территории. Хирам при помощи насыпей увеличил площадь Тира в его восточной, т. е. обращенной к материку, части острова, а также соединил между собой острова.

Одной из главных задач любого финикийского царя было строительство, а при необходимости перестройка и украшение храмов. Естественно, что этим не пренебрегал и Хирам. По ею приказу были разрушены некоторые старые, по-видимому, уже обветшавшие жилища и построены новые, посвященные тирскому городскому богу Мелькарту и особо почитавшейся всеми финикийцами Астарте. Для украшения храмов широко использовался ливанский кедр. Царь поставил золотую колонну в храм бога, которого грекоязычный автор называет Зевсом. Филон Библский отождествляет с Зевсом финикийского бога Баал-Шамима (Владыку Небес). Этот бог весьма почитался в различных финикийских городах, в том числе в Тире. Много позже в договоре между тирским царем Баалом и ассирийским царем Асархаддоном Баал-Шамим назван первым из трех верховных богов-гарантов этого договора. Можно быть уверенным, что и в рассказе о Хираме речь идет о храме именно этого бога.

Идеологическому аспекту власти Хирам вообще уделял большое внимание. Ему приписывается введение праздника "пробуждения", т. е. воскресения Мелькарта, и постройка его храма. Это не означает, как иногда полагают, что сам культ Мелькарта был введен в Тире только при Хираме. Ведь Хирам построил и храм Астарты, а эта богиня была очень древней, и, по Филону, именно в Тире она нашла упавшую с неба звезду и именно Тир был ее "святым островом".

Что касается Мелькарта, то это был городской бог Тира. Одна из надписей именует его Баал-Цор (Владыка Тира), и, как и другие "владыки", он олицетворял все самое ценное для горожан. Ему тирийцы приписывали открытие пурпура и вина. В изображениях на воротах его храма в Ладесе Мелькарт предстает как воплощением светлого начала и сражается с темными порождениями хтонических сил. Несомненно, что "владыка" такого значительного морского центра, как Тир, должен был иметь и связь с морем. И это отражено в рассказе Нонна об основании Тира. Однако, по словам Геродота (II, 44), храм Мелькарта существовал в Тире со времени основания самого города, причем греческий историк ссылается на слова жрецов храма, который он видел собственными глазами. В то же время, как уже говорилось, известно, что Хирам заново построил святилища Мелькарта и Астарты. Иосиф Флавий, приведя сообщение об этом Менандра Эфесского, в одном месте говорит, что тот использовал туземные источники, а в другом, — что Менандр перевел тирские хроники на греческий язык. Поэтому нет оснований сомневаться и в словах этого автора.

Противоречие между сообщениями Геродота и Менандра может, как кажется, разрешить сам Геродот, который говорит, что кроме того храма, о древности которого ему рассказали жрецы, в Тире существовал храм Геракла, т. е. Мелькарта Фасосского. Представляется, что речь идет об одной из ипостасей Мелькарта, особо почитаемой на этом острове. То, что финикийские божества могли иметь несколько ипостасей, подтверждает пример Астарты, чьей сицилийской ипостасью была Астарта Эрицинская. Поэтому возможно, что храм, построенный Хирамом, мог быть посвящен этой ипостаси. Это вполне соответствует исторической обстановке: связи с золотоносным Фасосом были прерваны, и постройка храма Мелькарта Фасосского должна была помочь их восстановлению.

Интересно еще одно предположение: сообщение Менандра надо понимать так, что Хирам построил совместное святилище Мелькарта и Астарты. Если принять это предположение, то ясно, что речь идет о другом храме, чем тот, о котором писал Геродот.

Труднее решить проблему празднования воскресения Мелькарта. Мотив смерти и воскресения бога принадлежит к глубокому слою мифологии и во многом отражает (хотя и не только) аграрную природу образа Мелькарта, явно предшествовавшую морской. И все же это не основание для отрицания древности культа самого бога. Существует разница между культом и праздником. Вполне возможно, что сама по себе вера в воскресение бога была довольно древней, но сам праздник установил только Хирам. Известную аналогию представляет религиозная политика афинского тирана Писистрата в VI в. до н. э. Он первым стал праздновать Великие Дионисии и Великие Панафинеи и перестроил храм Афины, но сами Афина и Дионис почитались греками еще в микенскую эпоху.

Имя "Мелькарт" означает "Царь города", и под "городом" подразумевался именно Тир. И значит, перестройка храма и введение праздника воскресения бога возвеличивали Хирама и еще больше укрепляли его власть.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 56404
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Города-государства Финикии (2)

Новое сообщение ZHAN » 31 мар 2020, 16:00

Власть Хирама распространялась не только на Тир и ею ближайшие окрестности. Соломон просил его послать своих рабов вместе с его, Соломона, рабами нарубить кедры с Ливана. Следовательно, под властью тирского царя находилась какая-то часть Ливанских гор. Это недвусмысленно вытекает и из приводимых Иосифом Флавием сообщений Дия и Менандра, чьи данные взяты непосредственно из тирских документов и хроник. В них говорится, что Хирам сам направился на Ливан и приказал нарубить кедры для тирских храмов.

Под властью Хирама явно находились и финикийские города южнее Тира и даже некоторые северо-палестинские, как Акко, Ахзив, Дор. В Ахзиве, например, именно в X в. до н. э. отмечены изменения в некрополе, которые могут свидетельствовать об изменениях в политическом статусе города. Эти города оказались дополнительными портами Тира на средиземноморском побережье, позволив, вероятно, ему торговать еще активнее. Возможно, именно Дор был тем портом, из которого отправлялись совместные тирско-израильские экспедиции в далекое Западное Средиземноморье, и раскопки показывают, что это было временем расцвета города. К этой части Тирского царства примыкали те галилейские города, которые Хирам получил от Соломона. А к северу тирскому царю подчинялась Сарепта. Так что можно говорить, что под властью тирского царя находилась довольно значительная территория на азиатском материке. Власть его распространялась и на колонии за морем.

Сохранилось известие о карательной экспедиции, предпринятой Хирамом против одной из колоний, отказавшейся платить дань. В тексте Иосифа Флавия название этой колонии испорчено, оно дано как Ιτυκαιος; (или /τυκαιος). Одни исследователи считают, что речь идет об Утике в Африке, другие, исправляя /τυκαιος; на Κιταιος;, полагают, что здесь говорится о Китии на Кипре. Сторонники второй точки зрения ссылаются на то, что Утика находилась слишком далеко от Кипра и Хирам, отправившись на подчинение непокорной колонии в начале своего правления, не мог отойти так далеко, столь надолго оставить Тир, ибо это было очень опасно. Думается, что эти доводы едва ли обоснованы. Мы ничего не знаем о какой-либо угрозе, которая не пустила бы Хирама в карательную экспедицию. Значение африканской колонии, откуда, как и из Таршиша, приходили важные товары (слоновая кость и обезьяны — явно африканского происхождения), было столь велико, что пренебречь мятежом тирский царь не мог.

О финикийской колонизации Кипра речь пойдет позже, а пока отметим, что, судя по нынешним данным, в X в. до н. э. в Китии финикийской колонии еще не существовало. С другой стороны, уже давно палеографические резоны заставили ученых принять написание мятежного города как указание на Утику.

Итак, под властью Хирама оказалась значительная держава, в которую входили и территории азиатского материка, и колонии, разбросанные по берегам Средиземного моря. Влияние Тира и особенно тирской торговли выходило далеко за пределы этой державы, как об этом будет сказано несколько ниже.

Сыну и наследнику Хирама Баалезору уже пришлось столкнуться со значительными трудностями. Во второй половине X в. до н. э. на Ближнем Востоке происходят значительные политические и экономические изменения. В Египте к власти пришел ливийский предводитель Шешонк, ставший основателем XXII династии, с которой начинается новый период египетской истории — Позднее царство. Шешонк поставил целью возродить прежнее величие Египта и восстановить египетскую власть в Азии. Не без его помощи, как мы это видели, против преемника Соломона Ровоама восстали северные еврейские племена, в результате чего прежде единое царство распалось на Израиль и Иудею. Внимание Шешонка привлекла и Финикия. Как и в далекие времена могущества Египта, базой египетской экспансии стал Библ. Там обнаружены победная стела Шешонка, подобная найденной в Мегиддо, и статуи самого фараона и его сына Осоркона, на которых оставили свои надписи библские цари Абибаал и его сын Элибаал. Последнее обстоятельство может свидетельствовать о признании библскими царями верховной власти фараона. Никаких других следов подчинения Финикии Египту не обнаружено, хотя сам Шешонк хвалился полным подчинением стран "фенху" и данью из страны Хару, т. е. Сирии. Видимо, подчинением Библа египетские успехи в Финикии и ограничились. Да и Библ недолго оставался под властью Египта. После Осоркона этих следов уже нет и в Библе. Попытка восстановления египетской власти в Азии, в том числе в Финикии, оказалась лишь эпизодом. Торговые же отношения между двумя странами не только продолжали существовать, но и расширялись, и во всей Финикии, в том числе на севере, в Арваде, найдены, хотя и немногочисленные, египетские изделия, преимущественно скарабеи и каменные сосуды, иногда с именами фараонов.

Распад единого еврейского царства нанес определенный ущерб интересам Тира. С более отсталой Иудеей финикийцы поддерживали относительно слабые связи. Гораздо сильнее их интересовал близкий и более развитый Израиль. Отношения с ним стали важным элементом финикийской, особенно тирской, политики. Другим важным новым элементом стало образование в Сирии ряда арамейских государств, среди которых выделялся Дамаск.

И с этим тоже должны были считаться финикийские цари и их подданные. Геополитическую обстановку изменила и окончательная победа железного века. Все это оказало влияние на Финикию вообще и Тир в особенности. Тирийцы учли все эти изменения и прекрасно к ним приспособились. Размах тирской торговли был необычайно велик, город неуклонно обогащался. Недаром Исайя говорит, что тирские купцы были князьями, а торговцы — знаменитостями земли. В следующем стихе причиной Божьего гнева против Тира пророк называет стремление посрамить надменность всякой славы, дабы унизить все "знаменитости земли". Позже о богатстве Тира, его товарах, стенах и башнях, каменных домах и тенистых деревьях говорил Иезекиил. Предрекаемое Иезекиилом падение Тира приведет, по утверждению пророка, к всеобщему плачу и смятению на море и островах.

Однако богатство и блеск скрывали острые противоречия внутри тирского общества. Земледельцы — жители материковых владений Тира — с оружием в руках требовали новых земель за пределами государства. О внутренней борьбе в Тире говорит Саллюстий: он упоминает о "жаждущих власти", которые возбуждали плебс и других людей, жадных до переворотов. Этими "жаждущими власти" явно были аристократы, потерпевшие поражение во внутренней борьбе, например царевна Элисса, о которой речь пойдет позже. В другом месте Саллюстий говорит о "гражданских раздорах" в Тире.

Показателем политической нестабильности была чехарда на тирском троне. Внук Хирама Абдастарт был убит около 910 г. до н. э. в результате заговора, организованного сыновьями его кормилицы, т. е. людьми из непосредственного окружения царя. Старший из них и захватил власть. Иногда полагают , что этого сына кормилицы звали Метастарт или Метуастрат и он стал основателем новой династии, правившей Тиром 22 года. Но уже давно было обращено внимание на то, что греческий текст Иосифа Флавия не дает оснований для такого вывода. Иосиф не сообщает имя узурпатора, а лишь говорит, что это был старший из сыновей кормилицы; учитывая, что свои сведения Иосиф заимствовал из сочинений Менандра Эфесского, который, в свою очередь использовал тирские источники, можно считать, что имя узурпатора было вычеркнуто из тирских хроник, и следующие цари — Астарт (может быть, правильнее Абдастарт II), Астарим и Фелет — следуют уже за правлением сына кормилицы и не имеют к нему никакого отношения. Отношение к заговорщикам в тексте Иосифа явно отрицательное. Он говорит о коварстве, с каким они убили законного царя, и даже не упоминает о старшем из них как о царе, а лишь говорит, что тот захватил власть, а вот сменивший его Астарт уже "царствовал".

Говоря об Астарте, историк называет и имя его не царствовавшего отца — Леастарт, что было бы необычно, если бы речь шла об основателе новой династии. Упоминая позже о захвате трона Итобаалом, Иосиф его отца тоже не называет. Видимо, Леастарт, хотя и не царствовал (да и неизвестно, жил ли после переворота), но считался законным царем, и приход к власти Астарта рассматривался как восстановление законного порядка. Если же принять предположение, что полное имя нового царя было Абдастарт, то его можно считать внуком убитого Абдастарта I, ибо именование человека по умершему к моменту его рождения деду было вполне в духе финикийской и вообще западно-семитской традиции. А то, что имя узурпатора не сохранилось, легко объяснить вычеркиванием его из тирских хроник, которыми пользовался Менандр, а через него — и Иосиф. Таким образом, можно говорить, что после девятилетнего перерыва потомки Хирама вернулись на трон, а сами эти девять лет считались перерывом в законной истории Тира.

Не исключено, что воспоминания о правлении сыновей кормилицы отразились в странной истории, рассказанной Юстином. Вот что говорится в ней: многочисленные рабы захватили власть в Тире, убили почти всех господ и женились на их женах, произведя уже свободное потомство, и лишь позже, поняв, насколько свободные люди умнее рабов, сделали царем некоего Стратона, в свое время спасенного стоим рабом. Правда, Юстин в начале своего повествования говорит о многочисленных; победоносных войнах тирийцев с персами, что, как будто, относит эту историю к персидскому времени, т. е. к VI–IV вв. до н. э. Но никаких победоносных войн тирийцы с персами не вели, так что, возможно, что источник Помпея Трога, сочинение которого вкратце изложил Юстин, объединил под названием "персы" всех восточных соседей Тира, включая ассирийцем, с которыми тирийцы действительно воевали, но далеко не успешно.

Греко-римские авторы обычно называли Стратоном финикийца, в чьем имени присутствовал элемент с упоминанием богини Астарты. Но именно таково было имя царя, пришедшего к власти после сыновей кормилицы — Астарт или, скорее, Абдастарт. Из текста Юстина вытекает, что Александр Македонский после захвата Тира распял взятых в плен его жителей, считая их потомками рабов, и пощадил только потомков Стратона, которым вернул власть. Действительно, Александр часть пленных распял, а на тирском троне оставил прежнего царя Азимилка. Но ни один историк, рассказывавший о захвате Александром Тира, не говорит о мотиве распятия, да и распинание на кресте мятежных и беглых рабов было, скорее, римским обычаем, чем македонским или греческим. Трог обычно использовал источник, который в конечном счете восходит к местным преданиям. Думается, что и в данном случае речь может идти о народном рассказе, в котором смутные воспоминания о заговоре слуг и последующем возвращении прежней династии на трон смешались с такими же смутными воспоминаниями о персидском господстве, жестокостях Александра и возвращении власти прежнему царю.

Возвращение к власти потомков Хирама не принесло желанного успокоения. Сын Астарта (Абдастарта II) Астарим был убит собственным братом Фелетом, а того, в свою очередь, сверг и убил Итобаал. Итобаал был жрецом Астарты, но это не означает, что он был чужд царскому роду. Высшее жречество в финикийских городах было связано с таким родом. Это событие отражает еще один аспект внутренней борьбы в финикийских городах: между царем и высшим жречеством.

Юстин отмечает, что в Тире жрец Мелькарта был вторым человеком после царя. И при определенных условиях столкновение между этими лицами становилось неизбежным. Подобное столкновение произошло при правнуке Итобаала Пигмалионе, которое закончилось победой царя и убийством жреца. Еще позже в Сидоне власть сумел захватить жрец Астаргы Эшмуназор, передав эту власть и жреческий сан сыну Табниту, но внук, оставаясь царем, жрецом уже не был. Возможно, что и Итобаал уже снял с себя жреческий сан, ибо в тех текстах, в которых он упоминается, о нем говорится только как о царе.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 56404
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Города-государства Финикии (3)

Новое сообщение ZHAN » 01 апр 2020, 08:55

С приходом к власти Итобаала начинается новый расцвет Тира. Итобаал был заинтересован в создании новых городов, куда могли бы отправиться (добровольно или нет) его реальные и потенциальные противники, включая сторонников прежней династии. Вероятнее всего, с этой целью были основаны Ботрис в самой Финикии и Ауза в Африке.

Менандр, на которого ссылается Иосиф, сразу же перед упоминанием об основании этих горюдов говорит о жестокой годичной засухе и последующих страшных грозах, поразивших территорию Тирского государства. Это позволяет предположить, что вывод новых колоний был связан также с этими экологическими бедствиями. И если так, то основания обоих городов не должны были далеко отстоять друг от друга во времени. Их практически одновременное создание говорит о том, что и заморское, и азиатское направления политики были для тирского царя одинаково важны. К правлению Итобаала относится начало второго этапа финикийской колонизации.

Итобаал активно действовал на всех направлениях. На севере у Мириандского залива существовал финикийский город, обладание которым открывало доступ к Киликии и Северной Сирии, а через последнюю и к Верхней Месопотамии. В Киликии почитали Геракла и Нергала, а каждый из этих богов был грецизированной или ассиризированной версией тирского Мелькарта. Находки финикийской надписи в Карателе и финикийских же печатей в этом районе доказывают, что финикийцы проникли в юго-восточную часть Малой Азии. Где-то в этом районе ассирийский царь принял дань (или подарки) от Тира и Сидона. Так что, вероятно, что финикийцами, обосновавшимися у границ Малой Азии, были именно тирийцы. Отсюда они могли двигаться и в Малую Азию, и на Армянское нагорье, и в Месопотамию.

На юго-востоке Итобаал заключил союз с израильским царем Омри (Амврием), скрепив его браком своей дочери Иезавели с сыном Омри Ахавом. В религиозной сфере политический союз отразился в распространении финикийских культов, особенно культа тирского "владыки". Омри и Ахаву Итобаал оказал помощь и в строительстве. Союз Тира с Израилем был дополнен подобным союзом с Иудеей.

В это время Финикии снова стали угрожать ассирийцы. Ассирийский царь Ашшурнасирпал совершил поход на запад и, не встречая сопротивления, дошел до Средиземного моря. Финикийские города поспешили заплатить ему дань. Возможно, что в действительности собственно дань заплатил только Арвад, где ассирийский царь побывал, а цари остальных городов просто сделали ему богатые подарки, откупаясь ими от ассирийского оружия. В победной надписи Ашшурансирпала перечисляются финикийские города, и в качестве независимых друг от друга названы Тир, Сидон, Библ, Махаллата, Майза, Кайза, Амурру и Арвад. Амурру, скорее всего, — древний Цумур. О Махаллате, Майзе и Кайзе ничего не известно, ибо их названия встречаются только в этой надписи. Ясно только, что они находились между Библом и Цумуром. Во II тысячелетии до н. э. в этих местах располагались такие города, как Ирката, Улацца, Верит. Позже воины Иркаты приняли участие в битве с ассирийским царем Салманасаром III. Возможно, что Махаллата, Майза и Кайза — это ассирийские названия этих сравнительно небольших финикийских городов-государств, позже вышедшие из употребления. Надо подчеркнуть, что Сидон и Библ здесь названы отдельно, так что о подчинении их Тиру нет речи. Жители Тира и Сидона удостоились отдельного упоминания и в перечислении участников грандиозного пира в ассирийской столице Калахе (Кальху), который устроил Ашшурнасирпал для своих данников или тех, кого он таковыми считал.

Сын и преемник Ашшурнасирпала Салманасар III возобновил походы на запад. Это заставило правителей Сирии, Палестины, Финикии искать союза друг с другом для защиты от ассирийцев. Так возникла коалиция во главе с Арамом, о которой шла речь в предыдущих постах. Из финикийских городов в нее вошли Арвад и Ирката. Спорно участие в ней Библа. В тексте ассирийских анналов упоминается KUR gu-a-a. Ряд исследователей дополняют gu<bal>a-a и считают это упоминанием Библа. Тир и Сидон в коалиции участия не принимали, считая, видимо, возможным "отсидеться" за спинами союзников.

В битве при Каркаре в 853 г. до н. э. союзники остановили победоносные до того времени походы Салманасара. Однако ассирийская угроза не исчезла. Вскоре Салманасар возобновил военные действия, и на этот раз среди его целей были Тир и Сидон.

В Тире в это время правил сын Итобаала Балеазор II. И ему пришлось столкнуться не только с ассирийской агрессией, но и с изменениями у границ, приведшими к резкому ухудшению политического положения Тира. И в Израиле, и в Иудее произошли перевороты, в результате которых к власти пришли антифиникийские силы. В Дамаске тоже был свергнут прежний царь, и хотя политика нового правителя шла в русле прежнего, это привело к развалу антиассирийской коалиции. Этим немедленно воспользовался Салманасар III, чьи походы стали теперь более эффективны. Не решаясь в этих условиях вступить в открытое противоборство с ассирийским царем, Тир и Сидон предпочли откупиться от него выплатой дани. После смерти Салманасара ассирийский натиск на запад ослаб. Но и царь Адад-Нирари III еще упоминает дань, полученную от Тира и Сидона.

Во времена правления царя Пигмалиона в Тире резко обострились отношения между царем и верховным жрецом бога Мелькарта, в результате чего последний был убит, а его вдова (и сестра царя) Элисса с группой своих сторонников отплыла из города и через какое-то время основала Карфаген в Северной Африке, который позже стал одним из важнейших и крупнейших центров Западного Средиземноморья. Его основание целиком вписывается во второй этап финикийской колонизации, в ходе которой возникла обширная колониальная Тирская держава.

В этот период Тир, несомненно, был одним из самых значительных городов не только Финикии, но и всей Передней Азии. В ее северной части подобную роль играл, вероятно, Арвад. На материке приблизительно напротив Арвада заканчиваются Ливанские горы, а новая горная цепь начинается несколько севернее, так что через это понижение и по расположенной несколько южнее реке Элевтер сравнительно легко проникать в долину Оронта, а через нее во внутренние районы Сирии. По Страбону (XVI, 2, 16), именно арвадцы особенно активно использовали реки для транспортировки своих товаров. Греческий географ не уточняет, в какую это было эпоху, но современные исследователи полагают, что источник его сведений восходит к глубокой древности. В то же время Арвад активно торговал с Грецией. Мы предположили в свое время, что первоначально греки называли "Финикией" только северную часть страны. Если это так, то те финикийцы, которые упоминаются в гомеровских поэмах, были, вероятнее всего, арвадцами. Видимо, Арвад являлся важным узлом на торговой оси, соединявшей Грецию с Северной Сирией и далее с Месопотамией. Находимые в Греции восточные бронзовые изделия были изготовлены в мастерских Кархемыша, Яуди и в каком-то еще неопределенном месте. Учитывая связи Арвада с Северной Сирией, можно говорить, что по крайней мере кархемышские изделия добрались до Эллады через Арвад.

Греки пытались и сами установить связи с Северной Сирией, создав свои фактории в Аль-Мине и Сукасе. Последняя, более ранняя, чем первая, была основана, вероятнее всего, на материковой территории Арвада. Надо заметить, что на территории Финикии вне Арвадского государства ни греческих колоний, ни даже факторий внутри финикийских городов не было. Только Арвад, по-видимому, занимал несколько иную позицию по отношению к эллинам. Может быть, ее можно объяснить тем, что именно этот город преимущественно контактировал с Грецией в период ее "темных веков". Арвад не принимал участия в финикийской колонизации, но в то же время в финикийском языке Кипра обнаружены явные следы северо-финикийского диалекта. И это говорит не только об установлении арвадцами торговых связей с Кипром, но и о том, что на этом острове существовали их поселения. Возможно, они находились в основном не на южном побережье Кипра, где располагались тирские колонии, а на севере или северо-востоке, в греческой зоне острова.

Арвад имел гораздо более удобные условия для сухопутных связей с азиатским материком, но это делало его и более уязвимым для ассирийских нападений. Поэтому Арвад в отличие от Тира вступил в антиассирийскую коалицию, и его воины, хотя и в очень небольшом количестве, участвовали в битве при Каркаре. Но после этой битвы политика арвадского царя Матинбаала радикально меняется. Видимо, он понял, что силы Ассирии довольно велики и ее поражение было лишь эпизодом, и, вероятно, уже вскоре после этою сражения он не только заключил мир с Салманасаром, но и установил с ним дружеские отношения. При этом Арвад не упоминается в списке данников Ассирии. Может быть, с помощью Салманасара арвадцы укрепили свое положение на материке. Однако позже Арвад, по-видимому, потерял свои материковые владения. Вероятнее всего, это произошло в результате экспансии хаматского царя Заккура.

Таков был мир финикийских городов-государств накануне походов ассирийского царя Тиглат-Паласара III.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 56404
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Библейские страны в составе ближневосточных империй

Новое сообщение ZHAN » Вчера, 09:16

Характерной чертой I тысячелетия до н. э. является возникновение империй. Само слово "империя" порой применяется и к великим державам предшествующего тысячелетия, как, например, к Хеттскому царству последних веков его существования ("новое Хеттское царство", начиная с правления Суппилулиумаса I) или Новому царству Египта, а также иногда к владениям этих государств (например, "египетская империя в Палестине"). Но все это — только фигуральные выражения, подчеркивающие мощь соответствующих держав.

Со второй половины VIII в. до н. э. создаются государства нового типа, которые уже вполне правомерно называть империями. Они объединяли разнородные в экономическом и этническом отношении территории, подчиняли их непосредственно власти царя (а не просто заставляли местных правителей признавать его верховную власть, хотя на окраинах империй и существовали небольшие вассальные царства), создавали систему территориального деления, далеко не всегда совпадающую с прежним государственным или этническим. Подчиненные территории составляли периферию таких империй, и ее отношения с метрополией определялись последней, а первой воспринимались как неравенство, подчинение и эксплуатация. И первой такой подлинной империей древнего Ближнего Востока была Ассирийская, создателем которой стал Тиглат-Паласар III, вступивший на трон в 745 г до н, э. после долгого периода смут и мятежей. Возможно, он и сам был узурпатором. Заняв ассирийский престол в результате, как полагают, государственного переворота, Тиглат-Паласар реорганизовал армию, создав самую сильную на тот момент военную машину древности, и приступил к завоеваниям.
Изображение

Целью его походов было уже не столько приобретение богатств и наложение дани, как при его предшественниках, сколько полное подчинение захваченных территорий. Уже в 743 г. до н. э. он выступил в свой первый поход на запад. В это время существовал союз между урартским царем Сардури II и царем Арпада Маттиэлом. Этот союз, как уже говорилось, возник, по-видимому, еще раньше. Ашшур-Нирари V, как кажется, сумел его разрушить, навязав Арпаду свою волю. Но в условиях политических неурядиц в Ассирии и ее неудачных войн с Урарту союз был возобновлен и теперь представлял серьезную угрозу северо-западным границам Ассирии. К союзу примкнули неохеттские государства восточной части Малой Азии: Куммух, Гургум и Мелид.

Именно против этого союза и выступил Тиглат-Паласар. Ожесточенное сражение произошло в Юго-Восточной Анатолии в стране Куммух и завершилось победой ассирийцев. Результатом стало полное исключение урартского фактора из сирийской политики. После этого армия Тиглат-Паласара двинулась на Арпад, где встретила упорное сопротивление. По-видимому, пока не было сломлено сопротивление Арпада, Тиглат-Паласар не мог начать поход против своего главного соперника — урартского царя Сардури. Осада Арпада заняла три года, с 743 по 741 или 740 г. до н. э.; и лишь после этого ассирийцы сумели одержать окончательную победу.

Тиглат-Паласар включил территорию царства Арпад непосредственно в саму Ассирию. Царь Умки Тутамму тоже, по-видимому, примкнул к антиассирийскому союзу. Результатом стало взятие и разрушение ассирийцами его столицы Кинулуа. Царство Унки также было уничтожено, часть его жителей выселена, и территория превращена в ассирийскую провинцию. И только после этого, уже в 735 г. до н. э., ассирийская армия вторглась в Урарту.

Тиглат-Паласар не ограничился Северной Сирией. В том же 743 г. до н. э. он обратил оружие против Арама. Впрочем, упоминание об этом походе столь краткое, что ничего, кроме самого факта столкновения с царем Рахиану, т. е. Резоном, неизвестно. Это был, вероятно, в какой-то степени разведывательный поход. Но, расправившись с Арпадом и другими государствами Северной Сирии и подчинив себе некоторые финикийские города, Тиглат-Паласар уже мог себе позволить всерьез заняться Арамом. В 739 г. до н. э. ассирийские войска обрушились на это царство. Ассирийская надпись сообщает о дани, выплаченной царем Арама Резоном (Рахиану). При этом поражают ее сравнительно незначительные размеры: 3 таланта золота, какое-то количество серебра и 20 талантов ароматической смолы. Это несравнимо, например, с той данью, которую в начале VIII а до н. э. выплатил дамаскский царь Мари другому ассирийскому царю. Вероятно, Резон предпочел откупиться от Тиглат-Паласара, а тот еще не решился нанести по Араму решительный удар.

Израильский царь Менахем также счел за лучшее заплатить Тиглат-Паласару дань. Впрочем, ее он выплатил не из собственной казны. Огромную дань в 1000 талантов серебра Менахем разложил на израильтян по 50 сиклей на человека. Было ли такое чрезвычайное обложение жителей страны следствием пустоты царской казны или финансовым маневром царя, неизвестно. Расчеты показывают, что этим налогом было обложено 60 тысяч человек, что вместе с семьями дает приблизительно 300 тысяч и примерно равно численности всего гражданского населения Израиля.

В 738 г. до н. э. военные действия продолжались, приобретая все более широкий размах. На севере Тиглат-Паласар восстановил на троне Яуди прежнюю династию, взамен чего царь Панамува II признал верховную власть Ассирии и заплатил ему дань. Затем Панамува со своими отрядами придал участие в войнах Тиглат-Паласара, погиб в одном из сражений и был похоронен в Ассирии, что, может быть, было знаком уважения со стороны ассирийского царя. А на освободившийся трон Тиглат-Паласар посадил сына покойного Бар-Ракиба, который, подчеркивая свое подчинение, называл себя рабом ассирийского сюзерена ('bd). В центре ассирийцы захватили многие города Хамата, включая всю приморскую часть. Пала и столица Хамата Хазрак (Хатарикка). Хаматский царь Эниэл заплатил дань Тиглат-Паласару и, может быть, сохранил трон. Но большая часть этого царства была просто присоединена к Ассирии. Остатки этого государства еще сохранялись вплоть до времени ассирийского царя Саргона II, но и они были вынуждены признать власть Ассирии. На юге Сирии Тиглат-Паласар навязал новую дань Араму, хота ликвидировать это государство он не смог или по каким-то причинам не захотел, и, по-видимому, Израилю.

Кархемышский царь Пизирис не примкнул к антиасси-рийской коалиции, возглавляемой урартским царем, и это позволило ему остаться вне сферы ассирийской агрессии. Но в 738 г. до н. э. и он был вынужден признать верховную власть Тиглат-Паласара III и выплатить ему дань, а тот взамен сохранил ему трон. Еще несколько ранее, около 740 г. до н. э., тирский царь Итобаал II и библский царь Шипитбаал предпочли заплатить Тиглат-Паласару дань. Что касается Арвада, то больше связанный с Северной Сирией, он вступил в анти-ассирийский союз, но после его разгрома попытался повторить маневр 853 г. до н. э., когда благожелательным приемом Салманасара III сумел обеспечить себе не только безопасность, но и покровительство Ассирии. Однако арвадский царь просчитался. Тиглат-Паласар отнял у него и присоединил к своему государству Цумур, Сийану, Усну, Рашпуну и другие территории по побережью Средиземного моря до горы Цафон. Речь, вероятнее всего, идет о материковых владениях, которые оставались у Арвада. Ассирийцы не имели достаточно сильного флота, чтобы захватить островной город, и Арвад сохранил свою независимость (точнее, автономию), но из его материковых владений была создана провинция Ассирийского государства. А арвадский царь стал данником ассирийского государя.

Не участвовавшие в разгромленной коалиции Тир, где на троне сидел уже новый царь Хирам II, и Библ поспешили вновь заплатить ассирийцам дань. Ассирийский царь потребовал от финикийцев прекратить торговлю с Египтом и филистимскими городами, что наносило ущерб финикийской торговле, но соответствовало политическим целям Ассирии. Одновременно Тиглат-Паласар заставил признать свою власть даже каких-то арабских шейхов, включая "царицу" арабов Самси. Арам по существу оставался единственным крупным независимым арамейским государством, чья зависимость от ассирийского царя выражалась лишь в выплате дани. В ассирийской надписи отмечается богатая дань, полученная в том году Тиглат-Паласаром, но какая ее доля приходилась на Арам, неизвестно.

Этими событиями завершается первая фаза западных завоеваний Тиглат-Паласара III. Ее результатом стало создание в Сирии ассирийской провинциальной системы. Поход ассирийцев на Урарту дал Южной Сирии и Палестине небольшую временную передышку.

В 734 г. до н. э. начинается вторая фаза ассирийского завоевания. Обращение иудейского царя стало для Тиглат-Паласара не столько поводом (в поводе он не нуждался), сколько толчком к окончательному решению дамаскского вопроса. Видимо, Резон, полагая, что он окончательно откупился от ассирийского царя, в какое-то время после 738 г. до н. э. в союзе с Израилем предпринял войну против Иудеи. Не видя никаких возможностей увеличить свои владения на севере, ибо там уже полностью господствовали ассирийцы, он, вероятно, решил сделать это на юге. Но он не предвидел реакции Тиглат-Паласара. Последнему было совершенно не нужно существование относительно сильного государства рядом с его новыми владениями.

Правда, сразу ассирийский царь на Дамаск не пошел. Сначала, чтобы изолировать Арам от возможной поддержки прибрежных городов, он нанес удар по Филистии. Царь Газы Ганнон бежал в Египет, но вскоре возвратился в Газу и признал власть Тиглат-Паласара. В Пазе, по-видимому, был создан ассирийский торговый центр. В Аскалоне, явно по инициативе Тиглат-Паласара, был свергнут царь Митинг и на трон возведен Рукибт, который полностью подчинился завоевателю. Ассирийская армия дошла до "Ручья Египта", укрепившись в северной части Синайского полуострова и получив, тем самым, контроль над важнейшими торговыми путями этого региона.

Почти окружив своего самого опасного врага, ассирийская армия в 733 г. до н. э. снова обрушилась на Арам. Война продолжалась и в следующем году. Наконец, в 732 г. до н. э. был захвачен Дамаск. Ассирийцы прошли всю территорию царства вплоть до границ с Израилем. Арам как независимое царство перестал существовать, значительная часть его жителей была выселена, а сам Резон убит.

Тиглат-Паласар какое-то время оставался в Дамаске, где воздвиг жертвенник в честь своей победы. Вскоре туда прибыл иудейский царь, дабы засвидетельствовать свое подчинение Ассирии. Правда, в Библии, где упоминается это событие, не говорится, что жертвенник был ассирийским, но сам факт, что увидевший его иудейский царь Ахаз приказал точно такой же построить в Иерусалиме — а это явный знак почтения к победителю и покровителю — можно считать доказательством его ассирийского происхождения. Это было также свидетельством признания ассирийской власти. Последнее подтверждается упоминанием Ахаза среди вассалов Тиглат-Паласара.

Резона в его последней попытке восстановить хотя бы тень прежнего могущества Арама поддержал Тир. Видимо, тирский царь решил, что ассирийцы больше в сирийские дела не вмешиваются, или что слишком тесные экономические узы связывали Тир с Дамаском, чтобы отказать Резону в помощи. Так или иначе, после уничтожения Арама тирский царь Хирам II переправился на материк, поцеловал ноги ассирийского царя в знак покорности и согласился на выплату дани. Однако вполне возможно, что Тиглат-Паласар все же не доверял Хираму, и около 730 г. до н. э. на тирском троне сидел уже Маттан II. Этот царь заплатил Тиглат-Паласару огромную для того времени сумму — 150 талантов золота. Возможно, что в 731–729 гг. до н. э. Тир вновь пытался сбросить ассирийское господство, но опять же неудачно. Однако и после этого город сохранил автономию. Причина в том, что ассирийцы не имея возможности взять островной город, и в то же время будучи явно заинтересованы в нем как посреднике для морской торговли, предпочли сохранить его призрачную независимость.

Тиглат-Паласар не ограничился уничтожением Арама как независимого государства. Он обрушился и на его союзника, Израиль. Эффективно сопротивляться тот уже не мог. Ассирийцы захватили Галилею и некоторые другие земли, включая все заиорданские владения, и территория Израиля резко сократилась, а многие города были разрушены. На значительно уменьшившееся в своих размерах государство была наложена дань. Сам Тиглат-Паласар утверждает, что он сверг с трона Факея и посадил на его место Осию. В Библии о вмешательстве ассирийского царя во внутренние дела Израиля ничего не говорится, но утверждается, что Осия составил заговор, убил Факея и воцарился вместо него. Эти два сообщения, по-видимому, можно согласовать, признав, что за спиной Осии стоял Тиглат-Паласар, который таким образом с полным правом мог приписать себе изменение на троне Самарии. Иосиф Флавий считает Осию приближенным Факел. По-видимому, в самой верхушке израильского государства не было единства по вопросу об отношениях с Ассирией, и при дворе явно существовала проассирийская "партия", которую, может быть, и возглавлял Осия. Осия, взошедший на престол с помощью ассирийского царя, признал себя его подданным, заплатив при этом дань в 10 талантов золота и 1000 талантов серебра. Верховную власть Ассирии признали также Моав, Аммон и Эдом.

На этом завоевательные походы грозного ассирийского царя к западу от Евфрата завершились. Уже в 731 г. до н. э. Тиглат-Паласар III был вынужден заняться делами в Вавилонии, а в 727 г. до н. э. он умер, оставив трон своему сыну Салманасару V.

К этому времени власть Ассирии в Передней Азии стала непререкаемой. Смерть Тиглат-Паласара пробудила надежды некоторой части порабощенных. Взволновалась Филистия, восстали тирийцы, а может быть, и другие финикийские города. Правда, все они, кроме Тира, скоро снова подчинились ассирийскому царю и даже оказали тому помощь в осаде Тира. Осада этого островного города продолжалась пять лет, т. е. практически все царствование Салманасара. Неизвестен исход этой осады, но поскольку Тир и позже подчинялся ассирийцам, то ясно, что его царь Элулай признал впасть Ассирии, но, по-видимому, это произошло уже после гибели Салманасара.

Возможно, долгая и до поры безуспешная осада Тира побудила и некоторых других подвластных царей усомниться в могуществе нового ассирийского владыки. Против Салманасара выступили филистимляне. Исайя (14, 28–29) сообщает о надеждах филистимской земли, ибо "сокрушен жезл, который поражал ее". Он точно датирует свое пророчество годом смерти иудейского царя Ахаза, т. е. 725 г. до н. э.

Совершенно верно рассчитывая, что главным соперником Ассирии в этом регионе является Египет, еще окруженный ореолом былого могущества, некоторые цари попытались опереться на него. Среди них был и израильский Осия, отказавшийся платить дань Ассирии и отправивший послов в Египет с просьбой о помощи. Но Египет в это время был уже очень слабым государством. В северо-западной части Дельты господствовали правители Саиса, стремившиеся раздвинуть свои владения как можно дальше к югу. С юга на Египет наступали эфиопы, и реально власть фараона Осоркона IV, к которому, по-видимому, и был обращен призыв израильского царя, распространялась только на северо-восточную часть Дельты и прилегающие районы. Так что никакой действенной помощи фараон оказать не мог.

Салманасар же, не прекращая осаду Тира, двинулся с другой частью армии на Израиль. Судя по сведениям II Книги Царей (17, 4–5), ассирийский царь сначала захватил в плен Осию и поместил его в темницу, а уж затем вторгся в Израиль. Вероятно, Осия, не получив желанной помощи от Египта, попытался встретиться с Салманасаром и умилостивить его, согласившись на возобновление выплаты дани, но на этот раз царь Ассирии решил окончательно разделаться с неверным подданным. Война Ассирии с Израилем свелась к трехлетней осаде Самарии, которая была взята ассирийцами в 722 (или 721) г. до н. э..

Пала ли Самария в царствование Салманасара V или его преемника Саргона II, спорно. Историки все же больше склоняются в пользу первого. Библия недвусмысленно приписывает взятие Самарии и переселение израильтян в Месопотамию и Мидию именно этому царю. По ассирийским же анналам, и то, и другое совершил уже Саргон. Мы склонны думать, что ассирийские сведения вернее, ибо переселить израильтян в Мидию ассирийский царь мог только после захвата этой страны, что было сделано уже Сарганом и никак не раньше 716 г. до н. э..

Салманасар V, сочтя себя достаточно сильным государем, попытался отнять у города Ашшура, где сосредоточивалась старинная родовая аристократия, его привилегии. В результате там был составлен заговор, закончившийся убийством царя. Его преемником стал Саргон II, которого иногда считают младшим братом убитого Салманасара. Но это едва ли так. Новый царь вопреки обыкновению нигде не называл имя своего отца, так что вероятнее всего, что он был узурпатором.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 56404
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Пред.

Вернуться в Прочие регионы Азии

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 2

cron