Politicum - историко-политический форум


Неакадемично об истории, политике, мировоззрении, своих регионах. Здесь каждый вправе мнить себя пупом Земли!

Москва - Третий Рим: источник доктрины

Правила форума
О славянах и русах, их государственности и культуре в средние века

Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение ZHAN » 24 авг 2014, 19:53

Прежде чем перейти к московской концепции, следует кратко охарактеризовать ту имперскую доктрину, которая была усвоена и трансформирована в Москве. Идея вселенской монархии имеет древнее иранское происхождение, однако для нашего исследования будет достаточно обратиться к ее изложению в книгах древнееврейских пророков, в частности в книге Даниила. Вселенская история до наступления царства Мессии показана пророком как последовательность четырех царств, символизируемых частями тела истукана, который приснился царю Навуходоносору (Дан 2), либо видением четырех зверей Даниилу (Дан 7); традиция толкует их как Вавилонскую, Персидскую, Македонскую и Римскую империи. В одних случаях христианство, развивавшееся в пределах Римской империи, считало это четвертое царство Даниила царством антихриста (Апок.), в других—силой, удерживающей появление антихриста (2 Фес 2, 5). Столь полярные интерпретации эсхатологической роли Римской империи являются одной из основополагающих черт христианской апокалиптики.

После утверждения Константином Великим союза христианства и имперского Рима концепции римско-христианской империи суждено было наложить глубокий отпечаток на европейскую историю. На Западе империя была низвергнута варварами и восстановлена лишь в 800 г., когда коронация Карла Великого обозначила глубокий разлом прежде существовавшего мирового единства. В этом renovatio imperil воплотилась идея translatio potestatis imperii a Graecis in Germanos.

Восточная империя, избежавшая варварского завоевания, на Босфоре продолжала поддерживать традиции Римской империи, справедливо считая себя ее законной преемницей. Восточные носители имперской власти считали должным пожаловать своей столице имя Вечного Рима. Проф. Константинополь с конца IV в. становится «новым Римом». Император стал василевсом ромеев-римлян и всех христиан.

Византийская идеология, усвоившая некоторые римские формы, была отмечена известным «мессианизмом», расцвет которого пришелся на эпоху Македонской династии, что совпало с началом распространения христианства у славян.

Византийский мессианизм кроме «римской» формы признавал «иерусалимскую». Византийцы называли Константинополь Новым Иерусалимом и Вторым Иерусалимом. Русские знали эту терминологию и также прилагали ее к своей столице. Но название Новый Рим полностью вытеснило «Новый Иерусалим», поскольку последнее мы находим в поэтическом собрании Александра Мезснца (Стремоухова) и некоторых летописях (Л. А. Бессонов. Калики перехожие: Сборник стихов и исследование, вып. 1—У1. М., 1861—1864; И. Е. Забелин. История города Москвы. М., 1905, с. 36). Возможно, как указал К Stupperich (Kiev, das zweite Jerusalem// Zeitschrift fur slavische Philologie, XII, S. 352), название Рим ассоциировалось с политической жизнью, а Иерусалим— преимущественно с религиозной.

Неудивительно поэтому, что мессианская идея вскоре проникает и в славянский мир, тем более, что Византия, очевидно, рассматривала эту доктрину как чрезвычайно важную для экспорта (апостол славян называл Византийскую империю не Ромейской, а Царством Христа). Она получала распространение благодаря учению и каноническим актам греческой церкви либо посредством усвоения славянами византийских трудов (некоторые новеллы Юстиниана, толкования на Апокалипсис св. Андрея Кесарийского, различные пророчества).

Все это придавало колоссальный престиж городу, который славяне называли Царьград, но принятие вселенского характера византийской доктрины встречало определенное сопротивление у народов, жаждавших независимости.

Оппозиция была особенно упорной среди балканских славян. Болгария и Сербия наделили своих правителей титулом царъ, восходящим к имени Цезарь и эквивалентным титулу василевс, добились для своих церквей статуса самостоятельных патриархий и даже мечтали о завоевании Константинополя. В частности, в XIV в. в правление царя Ивана Александра и патриаршества Евфимия в Тырново процветала литературная школа, риторические произведения которой изобилуют помпезными панегириками. Вот пример, который имеет для нас определенное значение: болгарский переводчик Хроники Константина Манассии, говоря о падении Рима в V в., противопоставил его не Константинополю (как Манассия), а «нашему новому Царьграду», который «растет и силится», и этим городом оказывается Тырново.

Русские знакомились с византийской доктриной как непосредственно, так и через южных славян, адаптировавших ее в собственных национальных интересах. Русский митрополит подчинялся константинопольскому патриарху; за немногими исключениями, митрополиты были греками, поставленными в царственном городе. В то же время, с конца XIV в. и особенно в XV в. делается очевидным «второе южнославянское влияние», которое несли сербские и болгарские иммигранты на Русь.

В 1390 г. болгарин Киприан стал митрополитом в Москве и утвердил там стиль тырновской литературной школы. В это же время в 1393 г. константинопольский патриарх Антоний обратился к великому князю московскому Василию I. Встревоженный слухами, что великий князь выказывает ему недостаточно уважения, утверждая даже, что «Церковь имеем, а царя не имеем», патриарх излагает византийскую концепцию роли императора в христианском мире. Он возражает великому князю и приводит собственное мнение. «Невозможно христианам иметь Церковь, а царя не иметь. Царство и Церковь имеют между собой тесное единение и общение, и невозможно отделять одно от другого». Далее он описывает высокое положение, занимаемое в Церкви императором, и настаивает на вселенском значении его титула и незаконности возложения его на правителей других народов.

Вопрос заключался в следующем: останется ли Москва верна византийским учениям или, побуждаемая жаждой независимости и примером балканских славян, воспользуется благоприятной возможностью и выработает доктрину национального государства.

В своем послании патриарх Антоний разъяснил, что почитание, оказываемое империи, не должно умаляться теми бедствиями, которые она претерпевает, и христианам дозволительно отвернуться лишь от императора, впавшего в ересь. Именно эти выводы московиты, хорошие ученики греков, и должны были сделать из решений Ферраро-Флорентийского собора (1438—1439), на котором посланники Восточной Церкви в надежде на помощь Запада против турок приняли унию с Римом. Москву на этом соборе представляли митрополит Исидор, грек по происхождению и видный сторонник унии, суздальский епископ Авраамий и ряд других священнослужителей. Когда по возвращении в Москву митрополит Исидор провозгласил унию, он был смещен Василием II, помнившим, что греки всегда описывали латинян как еретиков. Симеон Суздалец, один из священников, сопровождавших Авраамия Суздальского, составил Повесть о Флорентийском соборе, сохранившуюся в нескольких редакциях. В ней утверждается, что, во-первых, греки по своей алчности православие предали и, во-вторых, что, сместив митрополита Исидора, великий князь Василий явился поборником православия. Эта идея выражена в форме панегирика (Похвалы), в котором Василий II вознесен на уровень Константина Великого и Владимира Святого как поборник и защитник «православной веры греческой» и всей Руси. «Измена» греков оказалась достаточной причиной для установления автокефалии Русской Церкви. После того, как в 1441 г. Исидор был смещен, в 1448 г. епископы избрали и поставили митрополитом Иону, - русского по происхождению. Это решение оказалось во многом судьбоносным, ибо Иона не был признан в Киеве, и последняя нить, связывавшая русские земли, ослабела еще более. Отныне митрополитов было два: один в Киеве, а другой в Москве, где в противовес стремительно падающему престижу греков утверждается «русское благочестие».
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 48697
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение ZHAN » 24 авг 2014, 20:19

Катастрофа 1453 г. положила конец тысячелетней империи раньше, чем были определены и урегулированы отношения между Москвой и Константинополем. Падение Византии повергло весь мир в ужас: его считали возмездием. На Западе папа Николай V увидел в нем наказание за отказ от унии, заключенной во Флоренции. В Москве, напротив, митрополит Иона в 1458 г. связал его именно с унией, ибо, пока Константинополь придерживался истинной веры, он противостоял всем вторжениям, а предав ее и объединившись с латинянами, подпал под иго неверных.

Падение Константинополя, мыслившегося как вечный город христианства, и исчезновение империи, которую считали важной составляющей Церкви, повергло души восточных христиан в глубокое отчаяние. Как может Церковь продолжать существовать без империи? И каково теперь будет место Москвы в истории? Эти вопросы возникли в тот самый момент, когда великое княжество московское, постепенно превращавшееся в могущественное государство, осознало себя последним защитником православия, сохранявшим независимость.

В XV в. московское летописание утратило локальный характер, став общерусским и развивая идею русского единства; таким образом оно имело тенденцию приписать Москве центральное место в истории. Чтобы сохранить традиционную структуру христианства, включавшую христианскую империю, и определить место Руси в истории, можно было предложить три решения. Во-первых, можно было допустить, что падение Византии не было окончательным и что царственный град будет освобожден русскими. Во-вторых, можно было признать верховенство западной Священной Римской империи или, наконец, в-третьих, представить саму Москву как настоящую империю, преемницу Византии.

Именно первое из этих решений, сохранявшее исходную концепцию мироздания, отвечало на первых порах умонастроениям московитов. Мы видим, что именно к этому решению обращаются различные версии русских известий о взятии Константинополя турками. Описав падение царственного города, автор добавляет:
«...аще вся прежереченная Мѣфодием Патаромскым и Лвом Премудрым и знамения о градѣ сем съврьшишася, то и послѣдняа не прейдут, но такоже соврьшитися имут. Пишет бо: "Русий же род съ прежде создателными всего Измаилта побѣдять и Седмохолмаго приимуть с прежде законными его и в нем въцесарятся..."»
В плаче на взятие Константинополя, помещенном в конце Хронографа 1512т., автор выражает надежду, что неверные будут изгнаны и христианские царства восстановлены. Он завершает плач парафразой из Манассии, которую прилагает к Руси, не называя ее, однако, «новым Царьградом».

Для понимания этого пассажа следует помнить, что в Византии и особенно на Руси считалось, что мир будет существовать семь тысяч лет. Византийский календарь считал годы от сотворения мира, и 7000 г. падал на 1492 г. христианской эры; тогда и ожидался конец света. Псевдо-Мефодий исчислял историю по тысячелетиям, в течение седьмого тысячелетия измаильтяне завладеют Греческим царством, но появится царь, который освободит его, после чего появится антихрист и настанет конец света, что, видимо, совпадает с концом седьмого тысячелетия. С этой точки зрения взятие Константинополя турками—это событие заранее предсказанное и ничего не остается, кроме как ждать царя-освободителя, а затем, в 1492 г., и конца света. Древние пророчества, приписываемые Льву Премудрому, и надпись на гробнице Константина легко укладываются в пророческую схему Псевдо-Мефодия. Эти пророчества гласят, что Константинополь будет освобожден ξανθον γένος, и это светлокожее племя часто отождествлялось с русскими. Таким образом, московиты брали на себя миссию освобождения царственного града. Московские книжники могли под влиянием южных славян наделять своего правителя царским титулом, однако не спешили придавать его царству имперский статус, сохраняя его за вечным градом Константинополем. Эта концепция могла быть развита и усилена идеей «византийского наследия», возникшей в результате брака Ивана III (1472) с наследницей Палеологов. Такое основывающееся на пророчествах построение, как кажется, мало соотносилось с практическими целями московского правительства, занятого собиранием русских земель и реставрацией наследия Владимира Святого. Однако эта концепция совпадала с пожеланиями Запада о том, чтобы Москва включилась в решение восточных проблем.

В это время Италия и Германия мечтали о новом крестовом походе, в котором, как надеялись, примет участие и Русь. Дипломатические отношения, связывавшие Москву с Западом, не были особенно легкими. Для западного мира единственным способом легитимизировать новое государство и включить его в систему европейских государств было возложить на московского правителя королевскую корону. В 1489 г. имперский посол Николай Поппель предложил королевскую корону Ивану III, но тот отверг ее, настаивая, что «поставления как есмя наперед сего не хотели ни от кого, так и ныне не хотим». В другом ответе императору Фридриху III он заявил, что его прародители были в отношениях «приятельства» и «любви» «с передними римьскими цари, которые Рим отдали папе, а сами царствовали в Византии». Иван III уже начал именовать себя царем, и император Максимилиан, кажется, признал этот титул в форме кайзер (такова была формула перевода). Москва, таким образом, отказывалась принять корону с Запада и, следовательно, признать Западную империю империей христианской. Как это далеко от политики южных славян!

Тем временем наступает роковой 1492 г. Апокалиптическая катастрофа не происходит. Русские, таким образом, могут вздохнуть свободнее, хотя ожидание конца света полностью не исчезает. Они должны продолжать жить, а чтобы жить как христиане, надо составить новые пасхалии (старые заканчивались на 1492 г.) и опровергнуть утверждения жидовствующих, что христианские пророчества лгали. Наконец, они должны были выработать новую историческую доктрину христианской империи.

Теперь они склоняются к третьей из вышеупомянутых возможностей: придать Москве функции христианской империи. Первые наброски этого решения очевидны в грамоте московского митрополита Зосимы (1492): «Изложении пасхалии» на начало наступающего восьмого тысячелетия. Говоря о переживаемых «последних сих летах», кануне второго пришествия (хотя точный день его, согласно Священному Писанию, неизвестен), Зосима приводит краткую версию событий христианской истории: Константин Великий основал Новый Рим, Владимир Святой крестил Русь, теперь же Иван III является «новым царем Констянтином новому граду Констянтину — Москве». Это первый текст, в котором Москва открыто и официально объявляется имперским - царствующим градом. Оставалось сделать еще один шаг: «новый град Константин» должен был стать «Третьим Римом».

Примерно в то же время возрождение интереса к богословию наблюдалось и в Новгороде, возможно, благодаря распространению ереси жидовствующих. Конец света, в который так твердо верили христиане, не наступил, и еретики выдвинули новый аргумент: христианские пророчества, говорили они, лгали. Новгородский архиепископ Геннадий (Гонзов) возглавил движение против еретиков. Он решил снабдить Русскую Церковь полной Библией. Некоторые книги, отсутствовавшие в славянском переводе, должны были быть переведены с Вульгаты — это интерпретировалось как значительная победа католического влияния. Благодаря кодификации Библии в обращение попало несколько новых текстов, и среди них пророчество Ездры, до тех пор практически неизвестное на Руси. Перевод с Вульгаты III книги пророка Ездры (в Вульгате она названа IV Ездра) не мог не привлечь общего внимания в тот момент, когда апокалиптическая проблематика вызывала столь страстную озабоченость. В одном из своих видений Ездра наблюдал орла с двенадцатью крыльями и тремя головами. Эти три головы последовательно царствовали на земле. Ангел объяснил Ездре, что орел был четвертым зверем видения Даниила (то есть Римской империей) и что головы символизировали три царства (3 Езд 12, 22—25). Как можно истолковать этот пассаж? Мы знаем, что он был переведен доминиканцем Вениамином, которому помогал Митяй Малый; последнего иногда отождествляют с Дмитрием Герасимовым. В третьей голове орла Ездры Вениамин, возможно, усмотрел Священную Римскую империю германской нации. Но было ли это толкование принято православным Дмитрием Герасимовым? Не интерпретировал ли он эту голову, скорее, как Москву, принявшую в это время в качестве герба двуглавого орла? Утверждать это невозможно, но можно предполагать, особенно ввиду того факта, что в знаменитой Повести о белом клобуке, которую предваряет грамота Дмитрия Герасимова архиепископу Геннадию, Русь описывается как «Третий Рим». В своей грамоте Дмитрий Герасимов рассказывает о том, что он в Риме добыл рукопись Повести и посылает ее перевод новгородскому архиепископу. Мнение о том, что Дмитрий Герасимов является автором этой Повести, неоднократно оспаривалось. Но, даже допустив, что автором был именно он, мы не в состоянии определить, вносились в текст позднейшие интерполяции. Как бы то ни было, следует иметь в виду, что формула «Третий Рим» могла быть впервые употреблена в том произведении, которое приписывается переводчику Ездры.

Импульс, приданный богословской мысли архиепископом Геннадием, принес плоды. Св. Иосиф Волоцкий (Санин) в своем знаменитом Просветителе обличает ересь жидовствующих и в то же время отвергает те основы, на которых покоилась теократическая теория власти московских царей. Однако лишь псковский монах определит Москве роль во вселенской истории и разовьет формулу «Москва—новый град Константин», которую мы рассматривали в Изложении пасхалии митрополита Зосимы.

Филофей, родившийся в начале второй половины XV в. и проведший всю жизнь в псковском Елеазаровом монастыре (игуменом которого он, возможно, был в правление Василия III), является автором нескольких посланий, в которых он развивает свой взгляд на роль Провидения в жизни людей и народов. Поводов для их написания ему хватало, поскольку в то время жизнь его сограждан была весьма тревожной. В 1510 г. Василий III, заняв торговый город Псков, лишил его древних прав. Часть населения была переселена в Москву, остававшиеся в Пскове терпели всевозможные притеснения от московских наместников. В Повести о псковском взятии, включенной в состав Псковской первой летописи, славный город сокрушается, что многокрылый орел с львиными когтями похитил его два ливанских кедра. А. Н. Насонов отмечает, что этот образ восходит к пророку Иезекиилю, у которого Навуходоносор, захвативший Иерусалим, изображается как орел с большими крылами и длинными перьями (Иез 17, З).
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 48697
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение ZHAN » 24 авг 2014, 20:34

Возможно, напрашивалась мысль приложить этот образ к Москве, тем более что двуглавый орел был включен в герб Московского государства. По-видимому, в летописи орел Иезекииля был обогащен чертами, взятыми из других пророчеств—III книги Ездры, наделившего орла двенадцатью крылами, и Даниила, снабдившего своего зверя когтями (Дан 7, 19).

Другая (и более антимосковская) псковская летопись даже видит в Москве шестого царя Апокалипсиса (Апок 17, 10). Комментируя этот текст, В. Н. Малинин подчеркивает—с нашей точки зрения, очень верно,—что в 1510 г. псковичи в отчаянии от падения своего города ожидали конца света. Это мнение подтверждают современные специалисты по древнерусской литературе, также считающие, что в результате перенесенных Новгородом и Псковом страданий здесь возобновились ожидания конца света.

Сама по себе идея, что Московское царство является одним из царств, предшествующих появлению антихриста, легко могла возникнуть в Пскове в 1510 г. Народные несчастья, естественно, породили апокалиптическую атмосферу, возможно, утвердившую у Филофея в уверенности, что час близится. Не следует забывать, что в христианской традиции империя могла рассматриваться и в положительном, и в отрицательном смысле. Псковичи сочли ее бедствием, Филофей же будет считать ее благом.

Известно послание Филофея, относящееся в точности к этим бедственным временам, в котором он, обращаясь к своим согражданам, утешает их в несчастье и призывает терпеть испытания как христиане. Некоторые пассажи послания позволяют предположить, что они обращены к ропщущим на государя. Филофей утверждает, что неблагодарность по отношению к Богу, как и враждебность по отношению к царю непозволительны, ибо сердце государя в руцех Божьих и он слуга Божий. В другом послании, адресованном персонально Василию III и датирующемся, возможно, тем же самым временем или чуть позднее, Филофей, в надежде смягчить страдания сограждан, молит государя облегчить беды, общие для всей Руси. Здесь также содержится предварительный набросок его доктрины, положения которой, рассыпанные по всему посланию, суммируются, наконец, таким образом:
«Да аще добро устроиши свое царство—будеши сын свьета и гражданинъ вышняго Иерусалима, якоже выше писах ти и нынь глаголю: блюди и внемли, благочестивый царю, яко вся христианская царства снидошас въ твое едино, яко два Рима падоша, а третей стоит, а четвертому не быти. Уже твое христианское царство иньм не останется, по великому Богослову, а христианской церкви исполнися блаженнаго Давыда глаголъ: "Се покой мой в вьк вька, здь вселюбися, яко изволих его". Святой Ипполит рече: "Егда узрим обстоим Рим перскими вой, и перси на нас с скифаны сходящас на брани, тогда неблазнено познаем, яко той есть антихристъ"».
Прежде чем перейти к уточнению источников Филофея, позвольте остановиться на другом его послании, написанном около 1524 г. В это время он состоял в переписке с великокняжеским дьяком в Пскове Мисюрем Мунехиным, влиятельным лицом, перед которым он ходатайствовал за горожан. Мунехин, человек образованный, переписывался с несколькими корреспондентами, в частности Дмитрием Герасимовым и Николаем Латынянином. Последнего отождествляют с Николаем Булевым, врачом Василия III. «Профессор медицины, астрологии и основательнейший во всех науках», Николай Булев был странной фигурой в Москве XVI в. Поборник католицизма и астрологии, он был объектом яростной критики со стороны другого «гуманиста», Максима Грека. Николай послал одно из своих сочинений Мунехину, и оно, очевидно, вызвало интерес ученого дьяка, поскольку он передал его содержание Филофею. Это подтолкнуло Филофея на написание Послания на звездочетцев и латынян, которым он ответил Мунехину. Судя по этому опровержению, Николай Булев отстаивал два тезиса. Во-первых, это дорогое для человека эпохи Возрождения положение астрологии, что судьбы людей и народов определяют звезды. Это влекло за собой предсказание космических изменений в 1524 г., в чем он был согласен с астрономом Штоффлером, предсказавшим потоп в 1524 г. Второе положение, менее значимое для писаний Булева, распространялось католическими полемистами: раз Восточная империя пала, это произошло потому, что она отпала от истинной веры, Западная же продолжает существовать, значит, она ей верна. Филофей суммирует этот тезис следующим образом: «...яко латыни глаголють: наше царство Ромеиское недвижимо пребывает, аще быхом неправо вьровали, не бы Господь снабдьл нас».

В первой части Послания Филофей развивает космологическую тему и опровергает с помощью Священного Писания астрологический тезис. Затем он переходит ко второму тезису. Католический аргумент, что Рим остается свободным и независимым, должен был произвести глубокое впечатление на русских, считавших, что Константинополь пал, потому что он предал истинную веру, объединившись с латинянами. Поэтому Филофей счел своим долгом опровергнуть этот аргумент, но его опровержение, надо признать, довольно слабо: «Аще убо великого Рима стьны и столпове и трекровныя полаты не пленены, но душа их от диавола пленены быша опрьснокъ ради. ...Ромеиское царьство неразрушимо, яко Господь в Римскую власть написася». Таким образом — и это объяснение едва ли можно счесть оригинальным, — нерушимость Рима следует единственно из того факта, что Христос попал в перепись населения в Вифлееме. Это объяснение требует дальнейшего уточнения, ибо хотя оно и говорит нам, почему Рим сохранил независимость, но не указывает, где находится истинная христианская империя. Таким образом, в этом послании Филофей вновь должен обращаться к теории «Москва — Третий Рим», которую он уже начал развивать в послании Василию III. Хотя Послание к Мунехину, по-видимому, было написано не ранее чем через десять лет после выработки доктрины Филофея, его реакция против католической точки зрения должна принадлежать более раннему времени. Вероятно, подобная реакция была одним из факторов, способствовавших формированию его теории, так как Новгород и Псков находились в достаточно тесном соприкосновении с Западом. Таким образом, концепция Филофея вырабатывалась, с одной стороны, в противодействие псковичам, видевшим в Москве царство антихриста, а с другой стороны, в противодействие католикам, верившим, что истинная христианская империя сохранилась на Западе.

Филофей заимствовал формулу о соединении царств из первого славянского перевода Псевдо-Мефодия. Действительно, говоря об идее единой монархии, которая составляет стержень вселенской истории, переводчик употребляет слово «снидошесе», и этот же термин мы вновь находим у Филофея, когда он говорит о том, что все царства соединились в Московском царстве. Но Псевдо-Мефодий, разумеется, не имел в виду никакой другой монархии, кроме Византийской, призванной длиться до конца времен. Здесь начинается творческая работа Филофея, хотя путь для него был уже намечен Дмитрием Герасимовым.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 48697
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение ZHAN » 06 сен 2014, 19:10

Общепризнано, что Филофей назвал Москву Третьим Римом под болгарским влиянием, в частности под влиянием болгарского перевода Хроники Константина Манассии, называющего Тырново «новым Царьградом». П. Н. Милюков сформулировал эту гипотезу следующим образом: в благодарность за помощь, оказанную южным славянам Москвой, те наделили ее званием «нового Царьграда» и «Третьего Рима»; таким образом, основной источник измышлений Филофея обнаруживается в болгарском переводе Хроники Манассии, который он должен был использовать при составлении Хронографа Русского редакции 1512 г. П.Н.Милюков считает ее автором Филофея.

Признаем значительное влияние южных славян на формирование московской идеологии, но в том, что касается Филофея, если отставить гипотезу Шахматова относительно Хронографа 1512 г., этот тезис кажется ошибочным в силу различных причин. Нет необходимости объяснять появление нашей формулы у Филофея влиянием болгарской хроники, досточно неопределенно называющей Тырново «новым Царьградом». Ведь уже в 1492 г. митрополит Зосима официально присвоил титул «нового Константина града» Москве. Кроме того, Филофей, как он сам говорит, развивает свою теорию в соответствии с книгами пророков. Именно в них, а не в болгарской хронике следует искать источники Филофея. Здесь следует напомнить, что в Геннадиевскую Библию было включено пророчество Ездры, переведенное доминиканцем Вениамином и Дмитрием Герасимовым, состоявшим в переписке с Мисюрем Мунехиным. Этот апокалиптический текст толковался в Повести о псковском взятии и повлиял на нее. В любом случае, этот текст повлиял на Филофея, поскольку он ссылается на него, правда, по другому поводу, в Послании о покорении разума откровению. Поскольку четвертый зверь пророка Даниила, Римская империя, предстает здесь трехголовым (символизирующим три более или менее
последовательных царства), нетрудно интерпретировать эти три головы как Рим, Византию и Русь, которая, таким образом, становится Третьим Римом.

Верность такой интерпретации подтверждает Повесть о начале Москвы, рассказывающая о том, как в 1206 г. великий князь Даниил Иванович обнаружил в болоте огромное трехголовое животное. Ученый грек объяснил ему, что в этом самом месте будет построен большой город, и именно здесь Даниил Иванович заложил Москву. Возможно, здесь мы наблюдаем фольклорную интерпретацию пророчества Ездры. Более того, в XVII в. для Юрия Крижанича, который первым изучил и опроверг тогда еще вполне актуальную теорию Москва Третий Рим, связь между этой теорией и пророчествами Ездры была очевидной. Он пишет: «Я не вим камо jест мислил Jеремия патриярх, когда jест Москву третшм Римом назвал». Из этого числа следовало бы: «дабы Московско царство имило быти jедна из тих трих орлових» глав (Ездры), обреченных на проклятие и погибель. Для него три орлиные головы символизируют Римское и Греческое царства и Священную Римскую империю; последняя их этих империй завершила свое существование с концом правления Карла V.

Вернемся к Филофею. Зачем ему было скрывать свои источники? Его резоны вполне понятны: благочестивый монах и апологет христианской монархии, он не мог объявить Москву третьей головой четвертого зверя Даниила. Теоретики империи всегда основывались на видениях Даниила, но не всегда раскрывали источники своих аллегорий — в силу двусмысленности представлений о последнем царстве, иногда считавшемся христианским царством, а иногда—царством антихриста. Поэтому Филофей счел необходимым найти иной, менее рискованный апокалиптический образ для подтверждения своей теории. X. Шедер справедливо отметила, что этот образ был его собственным открытием, и мы можем наблюдать работу над этим образом. В Послании на звездочетцев и латынян Филофей резюмирует, не очень удачно, 12-ю главу Апокалипсиса о «жене облеченнной в солнце». Последняя, согласно толкованиям св. Андрея Кесарийского, широко распространенным на Руси, представляет Церковь. Говоря о ее бегстве в пустыню, преследовании драконом, который пустил «вслед жены воду как реку, дабы увлечь ее рекою» (Апок 12, 15), Филофей разъясняет: «...воду глаголеть невѣрие. Видиши ли, избранниче Божий, яко вся христианская царства потопишася от невърных, токмо единаго государя нашего царство едино благодатию Христовою стоит». Возможно, этот текст является аллегорическим истолкованием наводнения, предсказанного Николаем Латынянином на 1524 г. Этот образ развивается далее в послании Ивану IV. Здесь Филофей утверждает, что «жена оболчена в солнце»— Церковь—бежит из древнего Рима, поскольку он впал в ересь, бежит и из нового Рима—Константинополя, поскольку во Флоренции греки приняли унию с латинянами. «И паки въ третий Римъ бѣжа, иже есть в новую Великую Русию, се есть пустыня, понеже святыа вѣры пусти бѣша и иже божествении апостоли в них [не] проповѣдаша, но послѣди всѣх просвѣтися на них благодать Божиа спасителнаа его же познати истиннаго Бога. И едина нынѣ святаа съборнаа апостольскаа Церковь въсточная паче солнца въ всей поднебеснѣи свѣтится, и единъ православный великий рускии царь въ всей поднебесной, яко же Нои в ковчезѣ спсеныи от потопа, правя и окормляа Христову Церковь и утвержаа православную вѣру». Этот апокалиптический образ позволяет Филофею легитимизировать его концепцию перемещения христианского царства в Москву и оправдывает, в его глазах титул, данный им царю, — «един православный ... царь въ всей поднебесной».

В. Вальденберг подчеркивает, что Филофей называет Третьим Римом не Москву, но всю Русь. В некотором смысле он прав, поскольку в глазах Филофея этого имени заслуживает царство, а не город. Тем не менее в послании к Мунехину он пишет об Успенском соборе в Москве, а в послании к Василию III: «...святыя вселенския соборныя апостольския Церкве Пречистыя Богородицы честнаго и славнаго ея Успения, иже вмъсто римския и константинопольския просиявшу», «сия же нынѣ третьяго, новаго Рима дръжавнаго твоего царствия... паче солнца свътитца...»; видимо, здесь подразумевается отождествление Москвы с Третьим Римом. Византийская и Римская империи часто назывались по своим столицам (Первый Рим, Второй Рим), естественно было и Русь называть по столице: так Москва стала Третьим Римом.

Иван III официально принял царский титул, в 1498 г. он венчал на царство своего внука Дмитрия; в 1547 г. церемония была возрождена с гораздо большей торжественностью Иваном IV. Несколько позднее Восточная Церковь признала его василевсом. Таким образом, уже в конце XV в. идея единой христианской монархии оказалась одним из важных факторов истории великого княжества московского, становящегося великой державой Восточной Европы.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 48697
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение ZHAN » 07 сен 2014, 13:51

Как совершенно справедливо отметил Н. С. Чаев, теория Третьего Рима идеологически обосновывает и оправдывает действия правительства по созданию сильного централизованного государства; она была призвана сформировать идеологический облик Москвы. В сфере внутренней политики централизация власти в руках царя-самодержца оказала влияние на социальное развитие в целом. В сфере внешней политики создание Московского царства влекло за собой поддержку восточных христиан, колонизацию и христианизацию земель на Востоке и, наконец, оно придало больший вес московским дипломатам в их отношениях со странами Запада. Теократический характер царской власти позволял государю контролировать церковные дела. Это не помешало Церкви развивать апостолическую традицию, канонизировать многочисленных святых, а в 1589 г. ее глава получил столь желанный сан патриарха. Новые политические концепции глубоко отразились в архитектуре, литературе и даже в языке.

Хотя здесь и невозможно проследить дальнейшее развитие теории Третьего Рима, следует добавить, что, несмотря на ее вселенский характер, она возвеличивала собственно русское благочестие и подпитывала национальные чувства, проявляя таким образом тенденцию к национальному и религиозному партикуляризму. Этот московский партикуляризм, чуждый по отношению к украинским православным христианам и враждебный по отношению к православным христианам Греции, во второй половине XVII в. более не отвечал потребностям русской политики. В этот период важно было привлечь на свою сторону православных в Киеве — эта древняя митрополия признала главенство Москвы в 1659 г. Кроме того, в планах московского правительства возникает идея освобождения восточных христиан.

В день, когда патриарх Никон провозгласил себя русским по рождению и греком по вере, прошлое Русской Церкви, а вместе с ней и русское благочестие были подвергнуты проклятию. Теория, сформулированная Филофеем, казалось бы, утратила свое значение. Лишь старообрядцы оставались верны ей, но для них Третий Рим, как и два предшествующих, впал в ересь — ересь никонианства. Никон для них был предвестником антихриста, которого они распознали в Петре Великом. В глазах старообрядцев Москва — Третий Рим превратилась из христианского царства в царство антихриста, и, таким образом, они вернулись к идеям псковичей начала XVI в., против которых выступал Филофей.

Кратко охарактеризуем место теории Москва—Третий Рим в идеологии и национальном сознании московитов XVI в. Сохранилось несколько сочинений, отражающих эту идеологию. Некоторые из них, в частности различные редакции Сказания о князьях владимирских, развивают тему царства. В одних его перемещение объясняется генеалогической преемственностью и передачей известных реликвий. Другие настаивают на чистоте русского православия, которое также доказывается передачей реликвий, таких как знаменитый белый клобук. Все эти сказания и легенды сыграли определенную роль, но им не удалось соединить идею царства с идеей чистоты веры и оправдать перемещение и восстановление царства в Москве ее приверженностью истинной вере. Однако именно эти аспекты представляются наиболее характерными для нового московского национального сознания. Теория, четко сформулированная Филофеем, занимает центральное место в московской идеологии: она лежит в основе представлений московитов об их родине и возвышает эти представления до уровня доктрины. Теория Москва — Третий Рим была призвана оправдать в глазах русских перенос империи в Москву и ее возрождение с помощью аргументов из Священного Писания и истории — или, по крайней мере, с помощью аргументов, считавшихся историческими и библейскими.

Литература: Из истории русской культуры. Т.II. Кн.1. Киевская и Московская Русь. М.: Языки славянской культуры. 2002
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
майор
 
Сообщения: 48697
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение konde » 21 сен 2014, 14:42

/Москва - Третий Рим?/

Вообще то, смотря с какой стороны подойти сему вопросу:
1. Если начать с Рима Италийского то Москва будет - Третьей: в начале Рим Италийский, второй был "Константинополь" Византийский, после перехода верх. регалий на север в 1710/11 гг. - Москва).
2. Если с названия символического начать, то есть с почетного /roman, Roma/, Москва есть - Четвертая. Но от этого она не теряет ничуть, почему. Потому что первыми три "Рима" до нее были три престола короны которых отчетливо даны на головах императорского двуглавого орла древней Федерации Сарматии (той же Византийской империи, сегодняшней Р.Ф.).
Почему "Рим". В середине V века после окончательного разгрома Римской империи и изъятия ее регалии (принципата) на севере Италии на Венетских полях, при императоре Византии "Аттиле" (другое чтение - Ahillo, см, Никифора), в целях да бы укрепить авторитет своего Комунидада (Федерации), контролирующие империю геты (славяне) присвоили титул "рим, римский" своим трем верховным престолам: Первый Рим - имперская столица всего Комунидада ("Константинополь", не путать с Константинополем), Вторым и Третьим Римами были - престолы Западной и Восточной частей империи: Три Римских Цезаря. В латинице имеет чуточку другое чтение.
Аватара пользователя
konde
сержант
 
Сообщения: 716
Зарегистрирован: 07 май 2012, 11:48
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение Буль Баш » 27 сен 2014, 19:23

konde писал(а):Вообще то, смотря с какой стороны подойти сему вопросу:
По любому это не более чем пропагандистский трюк. Но на то время сгодился как национальная идея.
Ребята! Давайте жить дружно!
Аватара пользователя
Буль Баш
старший лейтенант
 
Сообщения: 13635
Зарегистрирован: 15 янв 2012, 19:07
Откуда: Налибоки
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение konde » 20 мар 2015, 16:16

/Вообще то, смотря с какой стороны подойти сему вопросу: /:

Официально, как "Рим" (великий столп, престол) утверждается столица Римской империи - гор. Рим. По сему: второй Рим это Константинополь и третий Москва (С-Петербург). У западных патриотов сей третий Рим не роосийский, иначе патриотами они не были бы хотя, российская версия подразумевает символику двуглавого орла.
На самом деле, территория на которой стоит Рось, Русь или Россия, как вам угодно будет, всегда была главной опорой и столпом для империи которую в древности и основали древние славяне. Рим уже в свою очереди имел символикой орда голова которого смотрела на Запад. Потому что римское государство родилось и развивалось на Западной части империи двуглавого орла, того самого который и указывает нам всем что есть "Рим" имея прямое отношение к нему - как "символика Рима".
По сему: 1 Рим - императорский престол империи Сарматии-Византии-Св. Римской империи город... дан у Иордана якобы престол царицы всех готов (они же и геты или фракийцы) Тамары. Второй и третий Римы даны на символике сегодняшней символике РФ это две меньшие короны под нормальной императорской короной - престолы Восточного и Западного "Готов" древней империи, на территории Западной части которой пристроился финикийцами (е...) подтолкнутый римский сепаратизм. Которому славяне при всех их тогдашних наречиях свернули шею в год 451 присвоив за одно и горделивые наименования сепаратистов. Евреям-иудеям на зло! Хоть я и повторялся но сие по тому да бы вы поняли о чем я дал. На сегодня, "Рим" - там где возвышается древняя символика древней империи которая всегда... опиралась на территорию населяемую этносом основателем, в первую очередь это Великая Скифь она же РОСЬ от северного океана до ее Червонного моря на юге и ее ядра в Восточной Волощине, посдедняя она же Карпия, Угрия или Молдава. Где есть "Рим" на сегодня значит, вы поняли?
Второе
/пропагандистский трюк/
Так ведь то что Конде дает быстрее отнести следует к ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМУ. Относится сии "пропаганды" и к русским, и к украинцм, и к белоруссам, и к молдаванам, и даже к полякам, ко всем тем кого "хата с краю" довела до разных наречий. С другой стороны ведь приятно становится, не кто то другой же в песках Египта или в песчаниках Элама были первыми на планете, а свой родитель-этнос, обитавший во все времена в самой всеми богатствами этого мира одаренной земле.
Аватара пользователя
konde
сержант
 
Сообщения: 716
Зарегистрирован: 07 май 2012, 11:48
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение Буль Баш » 21 мар 2015, 20:07

konde писал(а):Так ведь то что Конде дает быстрее отнести следует к ИНТЕРНАЦИОНАЛИЗМУ.
К Красному Кресту это относится. :D
Ребята! Давайте жить дружно!
Аватара пользователя
Буль Баш
старший лейтенант
 
Сообщения: 13635
Зарегистрирован: 15 янв 2012, 19:07
Откуда: Налибоки
Пол: Мужчина

Re: Москва - Третий Рим: источник доктрины

Новое сообщение konde » 01 апр 2015, 18:15

Ну вот уже и про крест крысиный речь, убедили, по секрету: третий Рим это - город Сион. Довольны?
Аватара пользователя
konde
сержант
 
Сообщения: 716
Зарегистрирован: 07 май 2012, 11:48
Пол: Мужчина


Вернуться в Славяне и Русь

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: нет зарегистрированных пользователей и гости: 1