Politicum - историко-политический форум


Неакадемично об истории, политике, мировоззрении, своих регионах. Здесь каждый вправе мнить себя пупом Земли!

Украинский национализм: ликбез для русских

Что мы о них знаем, что нам в них нравится или нет

Украинский национализм: ликбез для русских

Новое сообщение ZHAN » 05 июл 2017, 14:44

ЭТА тема - плод желания автора прояснить (прежде всего для себя, ну и для читателей) исторические корни современного украинского государства и развитие той идеологии, которая вызвала его появление на свет, - украинского национализма. Национализм я изначально трактую нейтрально, т. е. как объективное явление истории последних двух столетий, и поэтому не тороплюсь давать ему оценку как чему-то "плохому" или "хорошему". Национализм можно оценивать уже по его конкретным проявлениям…
Изображение

В современной Украине многие политики (традиционно для деятелей этой отрасли общественной жизни во всех странах) пытаются в своей риторике представить себя воплощением не только "чаяний народных", но и "национальной идеологии", "национальной истории", "патриотизма". И я искренне надеюсь, что данная тема поможет желающим самостоятельно разобраться в тех критериях, которые можно использовать для оценки слов и деяний этих деятелей.

Возможно, что эта тема поможет также понять, почему нынешняя украинская "элита" откровенно некомпетентна и социально безответственна. И главное - найти аргументы, чтобы убедить себя и других в том, что так не должно быть и в дальнейшем, а заодно попытаться сообразить, как быть должно (то есть "что делать?").

Предостережения на всякий случай

ЭТА тема - НЕ политическая пропаганда или агитация. Автор не имеет отношения к политике, партиям, выборам и т. п.
ЭТА тема - НЕ научная монография.
ЭТА тема - ЛИКБЕЗ для непосвященных, т. е. обзор вполне известных специалистам и, в основном, очевидных фактов, малоизвестных большинству обычных русскоязычных (и не только) граждан бывшего СССР, поскольку эти факты "забыты", "непопулярны", "неприятны", "неполиткорректны" или "невыгодны".

ВАМ СТОИТ ЭТО ПОЧИТАТЬ, если Вы живете в России и если Вам интересно, почему так много людей в Украине подвергают сомнению очевидную для россиян извечную близость и братство русского и украинского народов.

ВАМ СТОИТ ЭТО ПОЧИТАТЬ, если Вы живете в русскоязычных регионах Украины и если Вам интересно, откуда и почему на Вас свалилась "незалежность" (правда, совсем не очевидно, что в украиноязычных регионах все это знают).

ВАМ СТОИТ ЭТО ПОЧИТАТЬ, если Вы живете в русскоязычных регионах Украины и Вы хотите понять причины того, что происходило и что сейчас происходит со страной, которая является и Вашей Родиной тоже (правда, совсем не очевидно, что в украиноязычных регионах все это знают).

ВАМ НЕ СТОИТ ЭТОГО ЧИТАТЬ, если Вы уже и так все знаете и Ваше мнение является для Вас единственно верным и правильным. Здесь я ничем не смогу помочь (боюсь, что кто-то другой - тоже).

ВАМ НЕ ОБЯЗАТЕЛЬНО ЭТО ЧИТАТЬ, если Вы - самый-самый большой и преданный патриот Украины, свято уверены в том, что знаете, каким было ее прошлое, каково ее настоящее и каким будет ее будущее. Многое Вам тут может не понравиться. Зачем же портить себе нервы?

ВАМ НЕ НУЖНО ЭТОГО ЧИТАТЬ, если Вы не можете перенести без скрежета зубовного физическое существование таких людей, как:
украинцы вообще
украинцы западные
украинцы восточные
русские в Украине
русские в России
поляки
евреи
крымские татары
американцы.

Возможно, кто-то из перечисленных мог когда-либо вызвать у кого-либо из читателей какое-то раздражение. Но в мире, в котором мы живем, живут разные - в том числе и эти - люди. И всем нам сосуществовать придется вместе. Поэтому, как говорят психоаналитики, "давайте об этом поговорим".

Давайте попытаемся разобраться в явлении национализма как такового, поскольку без этого не поймем логику мышления национализма украинского.

Национализм существует в большом мире более универсальных политических идеологий (либерализм, социализм, консерватизм), многих религиозных конфессий, с которыми вступает в различные конъюнктурные союзы или конфликты. К сожалению, это дополнительно запутывает его изучение, поэтому мы попробуем отделить (насколько это возможно) национальное чувство от других составляющих разных идеологий, попытаемся отмежеваться от черно-белых стереотипов, а главное - постараемся докопаться до его сути и показать, как "это все видит" современная общественная наука.

Буду благодарен пользователям за любые дополнения и комментарии в теме. Хамов с руганью прошу не утруждаться, их реплики будут удаляться без предупреждений.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Национализм "как мы его помним"

Новое сообщение ZHAN » 05 июл 2017, 15:15

Однозначность и ясность в понимании того, что же такое в действительности национализм, существовала только при советской власти. Тогда все знали, что это -
идеология и политика в национальном вопросе, основа которых - идеи национального превосходства и национальной исключительности, трактовка нации как высшей внеисторической формы общности. В условиях восходящего развития капитализма - идейное знамя буржуазии в борьбе против феодализма и национального гнета…
Социализм призван создать почву для преодоления национализма на основе утверждения национального равноправия, суверенитета и содружества народов.


Но времена "однозначности и окончательной ясности" уже миновали, как это ни печально для тех, кто хочет иметь упрощенное представление об окружающем мире.

В советское время национализм был очевидным идеологическим врагом, который кроме социального видел в общественной и политической жизни еще одно измерение - национальное. "Вредность" такого видения мира состояла в том, что национальное чувство может быть разнонаправленным - в отличие от определенной и ясной "классовой позиции".

Например: в Польше есть пролетариат, который в силу своей классовой природы должен любить советскую власть, но пока он ощущает себя "польским" (т. е. национальным), он может к этой "непольской" власти относиться враждебно.

"Классовое сознание", которое подразумевает принадлежность к определенной социальной группе и готовность защищать ее экономические и политические интересы, - это проверенная форма идеологической борьбы, поэтому оно имеет вполне постижимые вид и логику, а значит - научно, т. е. рационально, обосновано. А вот национальное чувство - это очень сильная эмоция "семейного", т. е. кровнородственного характера, причем с неопределенным социальным и политическим векторами (неясно, против кого дружим). А такая неопределенность явно усложняет жесткий контроль над этой самой эмоцией.

Логика коммунистической идеологии в оценке реалий ХІХ-ХХ вв. была приблизительно таковой:
пролетариат и беднейшие слои крестьянства склонны выражать себя в симпатии к коммунистической (социалистической) идее;
городская буржуазия (предпринимательские круги) - в буржуазном рыночном либерализме;
клерикалы (духовенство), родовая аристократия, зажиточное крестьянство, милитаристские круги ("военщина") и другие отсталые или невежественные люди придерживаются консервативных и националистических (шовинистических) взглядов.

Получалось, что пролетариат - передовой отряд грядущего коммунизма, буржуазия - опора современного капиталистического общества, а третья мрачная компания - это дремучие и, фактически, уже отжившие феодальные нравы.

То есть каждый общественный слой жил как бы в своей "исторической эпохе". Судьба непролетарских слоев была уже предрешена, а дни "сочтены" в трудах классиков марксизма. Характерно, что, согласно той же коммунистической логике, националистические настроения используются мировым капиталом, чтобы расколоть идеологически нестойкие прогрессивные силы. В конечном счете, носители буржуазных, консервативных и националистических взглядов останутся в "предыстории человечества", а "настоящая история" начнется с наступлением коммунистического общества. :)

Хотя, если подумать, откуда ж тогда история возьмется - ведь если исчезнут все враги, то не будет борьбы, страстей и свершений, а значит, никаких исторических событий происходить не будет. :)

Единственная ситуация, хоть как-то признающая и узаконивающая национальное движение с точки зрения коммунистической идеологии, - это национально-освободительная борьба прогрессивных сил против сил империализма, колониализма, реакции и т. п. У "малых" и "угнетенных" все же было какое-то оправдание - но не для всех!

Национальное движение, которое ориентируется не на тех, на кого следовало бы, попадает в разряд "буржуазно-националистических".

Этническое движение, которое в силу местных примитивных социальных реалий не может угодить в "буржуазные", клеймится несколько иначе: "трайбалистская (племенная) группировка". Как мы (советские люди) помним, "трайбалистская группировка" "Инката" была в ЮАР конкурентом "прогрессивному" Африканскому национальному конгрессу (первые представляли этническую группу коса, а вторые - зулу. Или наоборот? :unknown: ).

В социалистическом обществе (т. е. в СССР) национальное угнетение исчезает, поэтому национально-освободительных движений не может быть в принципе - все культурные запросы народов СССР удовлетворены, все национальности везде представлены, всем хорошо. При социализме национальные отличия постепенно растворяются в надэтнической "новой общности людей - советском народе". Правда, растворяются они на основе культуры и языка лишь одного народа - русского, который и выполняет свою историческую миссию надежного "растворителя" инородцев. При этом интересно, в своей РСФСР русский народ (в отличие от других "братских республик" СССР) даже своей отдельной партийной организации не имел - не возникало потребности в таковой!

Казалось, распад Советского Союза продемонстрировал результат очевидной недооценки национального фактора, который весьма быстро подорвал дотоле незыблемую интернационалистскую идеологию. "Националистическое мракобесие", оставшееся во вчерашнем дне, вдруг ожило и начало формировать жизнь сегодняшнюю, расселив "единый советский народ" по "национальным квартирам" и толкнув эти осколки "великого целого" на попытку построить "самостийную" жизнь. В общем, умер "советский народ". :cry:

Но с последним утверждением мы вынуждены не согласиться, и скажем, что "пациент скорее жив, чем мертв", лишь до поры до времени рассредоточившись по новым государствам. Пока поддерживается сильная ностальгия по идеализированному прошлому и пока не повеяло оптимистическими перспективами в будущем, живы будут и "советские люди", homo soveticus, - просто теперь они дремлют под личиной "новых наций". Хорошо это или плохо - вопрос для отдельного обсуждения, но такова правда жизни. :)
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Национализм с точки зрения либералов

Новое сообщение ZHAN » 06 июл 2017, 19:25

Как бы странно это ни звучало, но взгляд просвещенного и либерального Запада на явление национализма очень похож и логически близок к советскому. Казалось бы, Запад активно использовал различные националистические движения для подрыва сил и раскола своего коммунистического противника и, по идее, должен питать к ним симпатию. Но это лишь на первый взгляд.

Как известно, в борьбе с заклятым врагом все средства хороши, и если тут может пригодиться национализм, то почему бы и нет? Поэтому, например, очередной блокбастер о Рэмбо с Сильвестром Сталлоне в главной роли посвящался "героическому народу Афганистана", который борется за свое освобождение от советских оккупантов.
Изображение

Однако вскоре пришлось уже с других позиций оценить "свободолюбивый афганский народ", который к этому времени увлекся поддержкой исламского терроризма против Запада. Оказалось, этот "народ" состоит из нескольких разных, часто враждующих между собой народов (пуштунов, таджиков, узбеков и еще почти двух десятков этнических групп), противостояние которых можно при необходимости усилить, поставив на более "прозападную" этническую группу, а потом попытаться снова образовать афганский народ, но уже "пользующийся плодами демократии". :D

То есть этносы и нации тут выступают не как цепь, а как средство. И среди прочего, в изначальные и последовательные задачи либерализма совсем не входит поддержка националистических настроений как таковых.

Не имеет смысла метать громы и молнии против "двуличия и коварства" Америки и Запада, стоит просто обратиться к самой логике либерального мышления, которая в "национальном вопросе" бывает весьма схожа с коммунистической. Суть здесь в том, что эти обе, внешне конкурирующие между собой, идеологии являются продуктом одного видения мира - универсального проекта европейского и американского Просвещения XVIII в. Ведь задачей Просвещения является перестройка мира на общих, одинаковых для всех справедливых основаниях. К ним относятся такие общие для социалистической и либеральной традиций понятия, как глобальные "свобода", "общественное благо", "демократия".

Эти явления однозначно необходимы для всех стран и народов, а их внедрение в жизнь и является сутью социального прогресса. Различие между социалистами и либералами состоит лишь в видении конкретного пути и соответствующей экономической и политической философии достижения цели.

Это различие разводит далеко в разные стороны, но изначальные цели - одинаковы и глобальны. 8)

Несмотря на исторические изменения в трактовке понятий социализма и либерализма, в любом случае и здесь, и там мы видим желание сделать мир одинаковым, пусть и во "всеобщем счастье"… А посему - чем меньше культурного разнообразия, этнических, религиозных конфликтов в мире, тем проще этот мир подогнать под один шаблон, особенно если стартовая позиция крепка и есть политическая воля.

Исходя из этой логики, большие корпорации предпочитают очень большие рынки: ведь для Китая можно разработать одну общую бизнес-стратегию, - и потребителей будет сразу более миллиарда, а представьте себе затраты на прорву всяких мелких и карликовых государств, где разные языки, стандарты, законодательство! :)

Посему в идеале либерализма (в т. ч. в его нынешнем работающем воплощении - глобального либерального капитализма) мир отнюдь не должен разрываться националистическими страстями, все должны дружить, жить в мире и демократии, убирать границы, а главное - покупать и продавать.

Но остается проблема с существованием национальных государств, которые вносят хаос сложностью своих взаимоотношений, смутным понятием "национального бизнеса", "отечественного производителя", подрывающим интернациональность капитала как глобального мотора экономического и социального прогресса. Мир все никак не успокоится в своем бурном разнообразии.

Существование конфликтных зон, где люди истребляют друг друга из-за происхождения, языка, цвета кожи или вероисповедания, в свою очередь, выстраивает определенные политические и с ними связанные бизнес-стратегии. Понятно, что эти бизнес-стратегии должны быть прибыльными. Тогда активизируется хиреющий от "разрядки" военно-промышленный комплекс, усиливаются "внешние угрозы", возникают "хорошие" и "плохие", "перспективные" и "невыгодные" национализмы - все основывается на той же прагматичной оценке, что и у советских идеологов. Такая логика, более капиталистическая, чем либеральная, должна особенно почитать борьбу с терроризмом: враг безлик и вездесущ, посему бороться с ним можно бесконечно. :D

Но если вернуться к принципам, то становится непонятно, существует ли какая-нибудь универсальная (то есть солидная и признанная, "научно обоснованная" и "политкорректная") идеология, которая бы поддерживала национализм? :unknown:

Если к универсальным мы относим либеральную и социалистическую, то, похоже, что нет. :no:

Но в результате национализм не только жив-здоров, но и крепчает. Значит, это кому-нибудь нужно. Значит, что-то его постоянно подпитывает по ту сторону прекрасных и карамельных идей Просвещения. Поэтому, чтобы разобраться, логично начать сначала, то есть с рождения самой "нации".
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Слово "нация" и два основных его значения

Новое сообщение ZHAN » 07 июл 2017, 15:58

Исходя из того, что главная всемирная организация после Второй мировой войны - это Организация Объединенных Наций, а после Первой мировой - Лига Наций, то, видимо, с 1919 г. мировое сообщество не видит других общностей людей, совокупность которых могла бы представлять человечество.
Изображение

Заметим, что эта уверенность - явление достаточно новое с исторической точки зрения. Конкретную политическую и правовую роль понятие "нация" играет лишь с XVIII в. Охватило это "национальное" поветрие Европу в первой половине ХІХ века, а весь остальной мир поддался ему в ХХ столетии.

Итак, корни национализма нужно искать в Европе, откуда сей "вирус" распространился.

Что интересно, без Просвещения и здесь не обошлось. Что еще интереснее, так это то, что само слово "нация" имеет весьма разный смысл, и существование этого изначального разночтения хронически подрывало и подрывает мировую стабильность.

Но давайте по порядку, представим "карьеру" этого слова в соответствии с изложением киевского историка Георгия Касьянова.
Слово "нация" происходит от латинского natio (род, племя). Сначала этот термин имел несколько пренебрежительный смысл: в Древнем Риме так называли группы чужаков из определенного региона, обычно объединенных кровными связями. Эти люди не имели прав граждан Рима. Еще так называли отдаленные варварские народы. В общем, слово "народ" обычно применялось к "своим", а "нация" - к чужакам. После 212 г., когда права гражданства получили все свободные обитатели Империи, "нациями" начали называть представителей определенных регионов.

В Средневековье "нациями" были как далекие народы, так и землячества - купцов или студентов. Так себя именовали с конца ХІІІ века представители определенных группировок на церковных соборах. Но обычно это понятие не имело выраженного этнического содержания, обозначая скорее ситуативные группы по интересам, основанные на территориальной, этнической или политической общности.

Постепенно слово приобретало черты престижности. В XV в. понятие "нация" попадает в юридические документы. В 1486 г. применяется название "Римская империя немецкой нации", которое уже несколько ближе к современности.

Приблизительно в XVI в. в Англии стали отождествлять понятие "нации" с "народом", применяя его для обозначения всего населения страны. Это отождествление и положило начало блестящему взлету термина "нация". Но! Это определение было территориально-политическим, а не этническим или языковым.

Окончательно оформилось такое значение слова в риторике французского Просвещения последней четверти XVIII в., в лозунгах Великой французской революции.

В дальнейшем слово "нация" стало популярным среди тех народов, где процесс образования наций совпадал с процессом формирования централизованного государства и чья элита была относительно культурно однородной. То есть, в такую "нацию" включалось все население страны, независимо от этнического происхождения. Так это понимали во Франции и Англии - передовых государствах ХІХ в. Там "нация" стала политическим символом, синонимом суверенности народа; становление нации являлось составляющим процесса демократизации, элементом гражданственности, патриотизма. Поэтому в английском и французском языке понятие "нация" является синонимом "страны", "государства".

По мере демократизации (а без этого - никуда) государство становится выразителем воли не правителей, а народа, сознательных граждан, поэтому понятие государственных интересов часто заменяется "национальными интересами". Именно в таком значении подразумевались те нации, которые вошли в Лигу наций и ООН, то есть понятия государство-нация-народ - синонимы.

Добавим от себя, что прорыв "нации" как политического символа в результате деятельности просветителей был вызван еще и тем, что Просвещение дезавуировало, разоблачало священную суть монаршей власти и планомерно разрушало "абсурдную" религиозную веру. Это вело к утрате традиционных социальных "кумиров" и традиционной лояльности к "власти от Бога", которая до того была свойственна подданным.
"Король умер", но кто же "да здравствует"? :unknown:
Изменился источник суверенной власти, пошатнулась вера, изменилось понимание того, что же является соединительной тканью общества. Поэтому вера именно в нацию логично стала во Франции ХІХ века "гражданской религией". Нация-народ стала источником суверенитета и объектом лояльности населения, которое превратилось из "подданных монархии" в "граждан национального государства". И если раньше сувереном, источником права, был монарх, божий помазанник, то теперь им стал народ-нация.

Но в Центральной и Восточной Европе утвердилось иное понимание нации, связанное с влиянием немецкого языка, интеллектуальных традиций (через университеты региона) и существованием многонациональных империй.

Германия была до 1871 г. расколота на несколько отдельных государств и вольных городов, поэтому образовался синонимичный ряд: нация-народ (люди, объединенные общей культурой, языком, традициями), а вот государство по понятным причинам в этот ряд не вошло.

В широком ареале влияния немецкой культуры нация представлялась как культурно-языковая, т. е. этническая, общность. Объединение в одно государство, государственная интеграция были тогда лишь целью немецкой нации.

Интеллектуальные элиты славянских народов (и русских в том числе) в ХІХ в. обучались преимущественно в немецких университетах или же находились под влиянием немецкой философии и обществоведения, а потому усвоили именно этническую трактовку нации. Тем более что большинство славянских народов не имело своих независимых государств и лишь вступало в стадию "национального возрождения", "национализма".

Своеобразно поддержало эту трактовку распространение идей социал-дарвинизма, в котором законы борьбы за существование, выживания сильнейших биологических видов и популяций были перенесены на социальные реалии. Возникают идеи глобальной конкуренции и борьбы рас, наций. Ранний романтический национализм, главным воплощением которого был иррациональный "народный дух", все чаще уступает место уже "научным" идеям исключительности и национального превосходства.

Именно по причине нормальной человеческой реакции на национальный снобизм и возникает негативное восприятие понятия "национализм", однако этот снобизм отнюдь не воплощает в себе всю суть национальных лозунгов, которые несли идеи и свободы, и прав человека, и "европейского дома". Не будем и мы упрощать сложные вещи - хотя порой и хочется.

В общем, мы видим, что значений и смыслов нации было создано более чем достаточно для того, чтобы запутать "национальный вопрос" и трактовку национализма и поставить массовое понимание всех этих явлений в зависимость от идеологически и политически ангажированных черно-белых оценок (ведь хочется проще!). То есть в споре по вопросу "нации" спорящие могут говорить о разных вещах и по этой же причине вообще не понимать друг друга.

Доминирующими стали именно территориально-политическая (гражданская) и этническая трактовки.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Существуют ли нации в "объективной реальности"?

Новое сообщение ZHAN » 08 июл 2017, 13:13

По словам британского социолога и историка Чарльза Тилли, нация - "одно из наиболее запутанных и наиболее ангажированных понятий политического словаря".
Изображение

И здесь с ним не поспоришь. Как мы видим, в восприятии нации, существующей как слово пару тысяч лет, а по нынешним трактовкам - уже 200 лет, наличествуют противоположные позиции, которые, как это ни удивительно, касаются и самой возможности ее существования, ее реальности. Нам-то кажется, что нации, хороши они или плохи, но давненько живут и действуют…

Однако существует социальная наука, и она старается все, что нам кажется очевидным, подвергать сомнению. За что мы ее, может, и не любим, но порой ценим.

Так вот, логика науки состоит и в том, чтобы не доверять тем вещам, которые существуют в сознании людей и кажутся им очевидными, не проверив их научными объективными методами исследований. Исходя из этого скепсиса, тот факт, что десятки миллионов человек считают, что французская (немецкая, итальянская, польская и т. д.) нация существует, является пока всего лишь социальным фактом (представлением, разделяемым большим количеством людей), но еще не объективной реальностью.

Понятие "нация" два столетия влияет на повседневную жизнь миллионов, но многие ученые подозревают, что при этом нация - штука выдуманная (или надуманная), и является одной из тех несуществующих вещей (давайте продолжим список: рай на земле, коммунизм, национальные интересы вдали от родины и т. д.), за которые уже умерли многие миллионы.

С точки зрения объективности, мы должны были бы иметь научные (проверяемые) параметры принадлежности к определенной нации, конечно, если она - явление этой самой объективной реальности [При Гитлере пытались использовать объективные показатели принадлежности к арийской расе (лицевой угол и другие данные антропометрии, родословные), не особо, впрочем, удачно]. В принципе, нам давным- давно известны основные антропологические параметры жителей Украины и в целом, и по регионам (эти данные систематизировал еще выдающийся украинский антрополог Федор Вовк 100 лет назад). Но это - просто "внешние черты" людей, проживающих издавна на определенной территории, при этом многие из них могут называть себя украинцами и многие - нет.

Максимальное число "объективных показателей" вроде бы исчерпывается у ученых следующим списком:
Общность территории
Общее правовое пространство
Общий рынок
Общность происхождения
Общность антропологического строения
Общность языка
Общность религии
Общность культуры и традиций
Общая историческая память, переживания, мифология

Мы видим, что эти признаки можно сгруппировать по таким проблематикам: государственно-правовая, этногенетическая и культурно-ментальная.

Для нации желательно проживать на достаточно компактной территории, чтобы иметь национальное государство или претендовать на его создание в определенных логических границах; общий национальный рынок может образоваться и до создания государства (например, Немецкий таможенный союз, созданный до образования Германского рейха), а может возникнуть уже в своем государстве; общее правовое пространство естественно формируется тоже в пределах границ одного государства (ибо только государство это пространство формирует).

Существенные нюансы разрушают ясность этих признаков: есть нации, не имеющие своей государственности, разделенные между другими государствами или рассеянные по многим чужим государствам; есть нации, пользовавшиеся государственностью до того, как стали нациями; есть такие, которые стали нациями до того, как получили государственность. На первый взгляд, неясно, что на что влияет…

Даже если отбросить вопрос о государственности и оставить просто "территориальность", то нас озадачат евреи, ухитрившиеся создать Государство Израиль в Палестине после двух тысячелетий рассеяния по многим странам, да и те же украинцы, сначала разделенные в своем расселении между Россией и Австрией, потом между СССР, Польшей, Румынией и Чехословакией, а также диаспора, к которой как раз без проблем можно было отнести понятие "политическая нация", в отличие от части ее сородичей на украинской территории.

Швейцарская нация говорит на четырех равноправных языках, бельгийцы - на двух, на английском или испанском говорят многие нации разных государств. Правда, Бельгия как целостное государство от своего валлонско-фламандского двуязычия (на самом деле есть еще и немецкоязычные регионы) имеет значительные проблемы. А вот как легко нарезать политические нации из широких этноязыковых пространств, показывает пример Панамы, созданной как независимое государство (отрезанное от Колумбии) под постройку американцами Панамского канала.

Французская нация выросла в недрах французской монархии и обязана ей теми границами, в которых она сформировалась. Иначе мы бы имели сейчас дело, например, с отдельными (северо)французской и провансальской нациями или же с еще более сложным набором бретонцев, пикардийцев, гасконцев, бургундцев и т. д. Социально французская нация состояла сначала из буржуазии, а потом распространилась на все слои общества вследствие всеобщего образования на стандартном французском языке и изучения истории Франции. Культурная массовая (национальная) унификация Франции, как показал исследователь Юджин Вебер, - это уже плоды образовательной политики III Республики (1871–1940) и, видимо, последствия совместного пребывания на войне в окопах мужского населения страны в 1914–1918 годах.

Германцы-англосаксы оказались на одном острове с кельтами (валлийцы, шотландцы, корнуолльцы), в Средние века воевали с ними, окончательно покорили наиболее упрямых шотландцев в 1707 г. и создали "Соединенное королевство Великобритании". Попытка интеграции оказалась успешной, и можно говорить об общебританской нации, "созданной" и "работающей" в XVIII–XX вв. (пути ее формирования прекрасно показала английский (британский?) автор Линда Колли).

Однако сейчас, на пороге ХХІ в., несмотря на общую англоязычность, крепнут региональные и этнические сепаратизмы Британского острова. Говорящие по-английски шотландцы и лишь частично сохранившие свой валлийский язык жители Уэльса все равно считают себя отдельными нациями. И они взрастили свой "сепаратизм" в наиболее демократичном и либеральном обществе нового и новейшего времени - Великобритании.

Поэтому валить все проблемы национализма как "национально-освободительного движения" на жесткий прессинг разных деспотических и тоталитарных режимов, видимо, не стоит. Если люди имеют склонность сохранять, и развивать те качества, которые делают их уникальными, интересными, отдельными, непохожими, они любят свои особые традиции и обычаи, то сделают это или благодаря определенной политической ситуации, или вопреки ей.

Проблемная ситуация всегда возникает вокруг инициаторов, которые "задают уровень" этнической проблемы, масштаб претензий этнической группы. После всего сказанного ситуация активизации чьего-то национализма может казаться искусственной, но эта "искусственность" хаотически, но стабильно возникает в разных точках планеты, опирается на различные исторические обстоятельства и имеет различные программы на будущее. Значит, национальные лозунги все же представляют собой объективно и стабильно работающий фактор общественной жизни.

Поляки явно были в ХІХ в. нацией, несмотря на раздел Речи Посполитой между Россией, Австрией и Пруссией. Относительно наличия у них в ХІХ в. единого национального рынка существуют большие сомнения. Но они сформировали свое политическое сознание задолго до 1795 г. (третий раздел), когда еще имели свою государственность. Но это было тогда, когда слово "нация" еще не приобрело своего сегодняшнего значения. И похоже, что смысл, вкладываемый в слово "нация" у поляков, сильно изменился за столетие без своего государства. Сначала он был классовый (шляхта Речи Посполитой как "политическая нация"), а потом стал этнический (с присоединением всех говорящих по-польски низших классов). Однако территориальные претензии поляков остались государственными в исторических границах 1772 г. (т. е. до разделов), включая давно "вросшие" в Польшу Литву, Беларусь (составляющую Великого княжества Литовского) и Правобережную Украину, где до 1917 г. статусная элита (знать) была польской.

Параллельно в ХІХ в. на той же исторической арене "возродились" литовцы с освеженной претензией на самостоятельность, и бывшие русины - украинцы, которые попытались строить нацию частично на "исторической польской территории". Так когда же и в каких пределах возникла польская нация, и какую роль в этом сыграла государственность? Что было в начале, а что потом? Как сочетать этнические границы и государственные? :unknown:

У чехов нация сформировалась в ХІХ в., а их государственность (Чешское/Богемское королевство) свой этнический чешский характер утратила еще в Средневековье, а потом перешла под власть австрийских Габсбургов. Cвоей уже современной государственности без особого выяснения отношений с австрийцами они добились в 1918–1919 гг.; и у них сразу все "заработало", поскольку они были к самостоятельной национальной жизни уже психологически и экономически готовы. Этому предшествовало их "национальное возрождение" ХІХ в.

Ирландцы не имели единой государственности и в Средние века, были завоеваны Англией в ХІІ-XVI столетиях. Во второй половине ХІХ в. они посчитали себя нацией и в 1921 г. через вооруженную борьбу добились независимости, хотя уж прожили вместе с англичанами существенно дольше, чем украинцы с русскими. Ну и ради чего? Ведь даже свой гэльский язык ирландцы забыли давным-давно и перешли на английский. "Самоопределиться" захотелось… Наверное, видели они в этом какой-то смысл.

Нация - это все же социальная группа, и ее могла бы определить социология. Но если взять ее мэтров, то русский эмигрант Питирим Сорокин (1889–1968), зачинатель системных исследований американской социологии, считал нацию не органично общественной, а лишь сборной (искусственной) группой людей, которую невозможно вычленить ни по отдельным признакам, ни на основе скомбинированных свойств. То есть он постулировал невозможность постижения нации в понятиях социологии.

Два других классика, француз Эмиль Дюркгейм (1858–1917) и немец Макс Вебер (1864–1920), так же как и Сорокин, определенно сочувствовали националистическому мышлению, и нация для них уже существовала как данность. Они просто исходили из ее существования де-факто.

Дюркгейм отождествлял нацию с общей политической волей, которая настойчиво выражается, имеет право быть учтена и даже признана, что она является единственным продолжительным (надежным) основанием государства.

Вебер же считал, что нация - это своего рода чувственная общность, равнозначным воплощением которой было бы ее собственное государство, которое создается нацией, производящей его из себя. (Витиевато, но суть понять можно: "чувственная общность".)

То есть восприятие обоих "великих" не исходило из того, что нация - "искусственна", они лишь утверждали, что она является продуктом либо общей воли, либо общих чувств. То есть она оказывалась за пределами рациональности и поэтому не являлась "научной проблемой", а скорее ситуацией обычной реальной жизни, сферой политики, а не науки.

В вопросе "национальных сомнений" на определенных территориях Дюркгейм предлагал поступать проще и проводить плебисциты (всенародное голосование по какому-либо значимому поводу; в отечественной практике - референдум), чтобы выяснить мнение самих людей, к кому же они себя относят, а не выводить это неким теоретическим "научным путем".

Волюнтаристское (волевое) или чувственное (эмоциональное) восприятия всегда поддерживались политиками и политическими идеологами: если в обществе "живет" важное, эмоционально насыщенное слово "нация", значит, нация существует, и понятие это нужно просто соответственно трактовать и развивать как идею "к практическому употреблению". Политика ведь как такового не должно беспокоить, существует ли объективно что-то, важно то, верит ли в это его аудитория, а при демократии - еще и электорат. Если голосующие верят в нацию, то какие могут быть сомнения в ее существовании? Политик вообще по роду своей деятельности не должен об этом думать. Он живет и резонирует с обществом, взывает к нему и предлагает ему себя в качестве "выразителя его интересов", а насколько удачно он резонирует - можно измерить рейтингом популярности политика и уже дальше раскладывать на социологические составляющие. Главное, что у него не должно быть слишком много заметных сомнений, если таковых нет у его избирателей.

Наиболее ярко и полно выразил "чувственное" восприятие нации выдающийся французский историк и публицист Эрнест Ренан (1823–1892):
"Это общее чувство, этот постоянный плебисцит, который продолжается изо дня в день и создает нацию, этот великий союз, который опирается на сознание жертв, которые уже были вместе принесены, и готовность принести их в будущем".
Протонационалисты Никколо Макиавелли (1469–1527) и Мартин Лютер (1483–1546). Один - вполне циничный прагматик, другой - религиозный реформатор. Для одного государственное единство Италии и "освобождение родины от варваров" было очевидной самоцелью, для другого тем же была религиозная независимость немцев от Рима и Библия на немецком языке. Италия и Германия образовали национальные государства через триста с лишним лет после смерти обоих деятелей, но явно не без их усилий.

Поскольку нация живет в сознании людей, то не является по своей природе твердокаменным, запрограммированным и неизменным образованием. Чувства, как известно, преходящи. Поэтому, согласно Ренану, нация может жить, а может и умирать, но для этого не обязательно физически уничтожать ее членов: они могут просто "расхотеть" считать себя отдельной нацией, утратить чувство общности или волю к его поддержанию. (Правда, что-то не припоминается за ХХ в., чтобы сложившиеся нации умирали, кроме как физически, - скорее рождаются все новые и новые.)

Если говорить об "общем чувстве", то упомянутые выше Эмиль Дюркгейм и Макс Вебер в своих определениях были весьма близки к Ренану, так же как и исследователь проблем национализма Хью Сетон-Уотсон, который считает, что нация существует тогда, когда "значительное количество людей из определенной общности считает себя нацией или ведет себя так, как будто эта нация существует".

Общая суть всех этих размышлений "великих умов" сводится к осознанию той проблемы, что нация живет в сфере субъективных представлений людей, в их сознании, но при этом опирается на определенные объективные факторы в разном сочетании и с разной приоритетностью (язык, территория, религия, историческая память, политический опыт и т. д.)

Именно тот способ, каким представители нации "распоряжаются" этими объективными факторами, какое значение им придают, и является решающим в определении того, какой же характер национализма у этой нации. А также - один ли он или их несколько.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Re: Украинский национализм: ликбез для русских

Новое сообщение Буль Баш » 08 июл 2017, 17:39

ZHAN! Ты опять полез в какие-то дебри. Везде любишь искать исторические корни. :D

"Все религии одинаково глупые. Просто некоторые из них, очевидно, гораздо опаснее, чем другие."
Ричард Докинз.

Его слова в полной мере можно отнести и к национализму. Любому. Тем более что все считают свой правильным а чужой вредным.
Но все они мешают человечеству понять и прийти к единству. Анахронизм это в наше время. ИМХО. :(
Ребята! Давайте жить дружно!
Аватара пользователя
Буль Баш
старший лейтенант
 
Сообщения: 12461
Зарегистрирован: 15 янв 2012, 19:07
Откуда: Налибоки
Пол: Мужчина

Re: Украинский национализм: ликбез для русских

Новое сообщение ZHAN » 09 июл 2017, 13:57

Буль Баш писал(а):Анахронизм это в наше время. ИМХО.
Вполне живой и действующий анахронизм. :)
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Национализм "вообще". Общие значения и смыслы национализма

Новое сообщение ZHAN » 09 июл 2017, 14:16

В отличие от слова "нация", слово "национализм" с точки зрения истории уж точно недавнее. Впервые его употребили как определенное социальное и политическое понятие немецкий философ Иоганн Готфрид Гердер и французский консервативный церковный автор Огюстен де Барюэль в конце XVIII в.

В начале следующего, ХІХ в., когда слово "нация" уже имело определенный политический смысл, "национализм" поминали изредка. По-английски слово употребили в 1836 г. в богословском понимании доктрины о богоизбранных нациях. С тех пор термин часто отождествляли с национальным себялюбием, но обычно отдавали предпочтение таким понятиям, как "национальность" и "национальная принадлежность" в значении пылкого национального чувства или национальной самобытности.

В последующее время национализм приобрел в общественной и обыденной жизни несколько значений и смыслов, основные из которых таковы:
Процесс образования и становления наций.
Чувство и сознание принадлежности к нации.
Язык, символика, мифология нации.
Социальное и политическое движение от имени нации.
Доктрина или идеология нации, общая и конкретная.

Это перечисление характерно для современного обществоведения и изложено британским ученым Энтони Смитом.

У нас бы первое значение могли традиционно отнести к изучению этногенеза - процесса образования этноса, но понятия "этноса" и "нации" не тождественны. Можно по многим причинам и относительно любого народа поспорить по поводу того, когда возник данный этнос, а когда (и возникла ли) - нация.

Вторая характеристика может существовать без обязательной привязки к языку, символике или политическому движению. Человек может быть пламенным патриотом Украины, что проявляется, например, в "болении" за украинских спортсменов на олимпийских соревнованиях или за футбольную сборную, за "своих", и при этом не особо владеть украинским языком и не питать симпатий к каким-то украинским национальным движениям. Но с определенной точки зрения данный человек - несомненный украинский националист.

Язык и символика вполне могут существовать без особого идеологического обоснования в силу исторической преемственности культурной традиции и общего исторического опыта. Под символикой подразумевается не только герб, флаг и гимн (это атрибуты не столько национальности, сколько государственности), но и общие значимые события - достижения и трагедии. Тарас Шевченко как выразитель национального духа и его могила на Тарасовой горе в Каневе - явления, как мы понимаем, совсем не обязательно политического или идеологического характера. Они значимы в ином, более глубоком смысле, ближе к иррациональному чувству судьбы народа, говорящего по-украински, точно так же, как эмоции, испытываемые на кургане казацкой могилы, или в храме Святой Софии, или при виде с киевских гор. Для армян и евреев столь же значимы акты геноцида, холокоста, и поэтому не только язык, религия, но и историческая, человеческая память об этих трагедиях объединяют эти рассеянные (диаспорные) народы по всему миру. Вряд ли это чувство можно считать всего лишь проявлением навязанного идеологического заказа.

Национальное чувство неотделимо прежде всего от той эмоциональной составляющей, которая присутствует и в сентиментальных воспоминаниях о "малой" или "большой родине", мыслях о преемственности поколений, о потомстве как о продолжении рода, ощущении принадлежности к какой-то общей, коллективной судьбе.

Для национализма очень важны определенные атрибуты, которые должны обладать престижностью, - название страны, ее государственность, ее история, ее культурные институты (от национальной библиотеки до национальной академии наук и национальной оперы). Национальная сборная должна быть лучшей и побеждать, а если нет, то вся нация за нее переживает, а поражение традиционному сопернику может восприниматься обществом чуть ли ни как национальное унижение.

Изображение
Нация растет: "Третье сословие пробуждается". Этот рисунок, давно известный нам из школьных учебников, на самом деле означал, что французская нация, включавшая ранее духовенство и дворянство, будет теперь пополнена и буржуазией. Через сто лет к ней добавится крестьянство. Французская революция придала уже давно существовавшему государству французских королей национально-гражданский смысл и обогатила жестокой борьбой за свободы. Франция становилась из монархии национальным государством и классической гражданской нацией ХIX в.

К распространенному у нас представлению о национализме более близки уже упомянутые четвертое и пятое значения (социальное и политическое движение от имени нации; доктрина или идеология нации, общая и конкретная), - политизированные. Правда, они не могут существовать без третьего значения (язык и символика), которое дает им определенный "фон звучания" и визуальный образный ряд.

Как социально-политическое движение национализм не особо отличается от других "игроков" на политической арене, но работает с акцентом на культурные приоритеты. К таким приоритетам относится особое внимание к культурным проявлениям нации - ее истории, искусству, литературе, языку, традициям, ритуалам, фольклору. Если движение социалистической или либеральной ориентации реализует, прежде всего, определенную социально-экономическую программу, то национализм может иметь таковую (и это сделает его "левым" или "правым" национализмом), а может не иметь (В своей изначально социальной неидеологичности национализм похож на движение "зеленых", только одни выступают за определенную культурную среду, а другие - за сохранение окружающей природной среды. Но экологическое движение потенциально всегда более "левое" в силу протестного политического темперамента; с национализмом сложнее), добиваясь исключительно культурных целей - языкового равенства или приоритета, защиты национального меньшинства, поощрения или возрождения определенной национальной культуры. Последнее будет уже не только борьбой за повышение социального статуса своей культуры (от второразрядной или униженной до равноправной или приоритетной), но и (пусть и неявно) политическим шагом. В начале ХХ в. харьковские жандармы весьма правильно замечали, что даже если украинская газета (т. е. газета на украинском языке) и не "лезет в политику", сам факт печати на украинском уже является делом политическим и чреватым, ведущим к "южнорусскому сепаратизму".

Если нам кажется, что националистическое движение возникает по форме сразу как явно политическое (с митингов, протестов, политических партий и т. п.), то это неверно. Национализм часто был политическим лишь по скрытому содержанию и по последствиям. Во всяком случае, в нашем регионе Центрально-Восточной Европы национализм возник в виде литературных обществ, собраний любителей фольклора, товариществ для народного просвещения и исторических кружков первой половины ХІХ в. Лишь затем он "дорос" до идеологической стадии, а она, в свою очередь, переросла в политическую - стадию борьбы за мобилизацию масс на реализацию националистической идеологии.

Это было убедительно показано в работах чешского исследователя национализма Мирослава Гроха. Он попытался проследить пути развития национальных движений тех "малых" (или, точнее, "негосударственных") славянских народов, которые населяли в XVIII - начале ХХ вв. земли Центральной Европы. К концу XVIII столетия они на карте "потерялись" и "растворились", а на протяжении ХІХ в. - "нашлись" и "возродились".

Понятно, что к русским это не относится (народ не просто государственный, а очень и очень "державный"), но вполне подходит для чехов, словаков, хорватов и украинцев. Также не особо это касается к поляков, поскольку им не было нужды заново "открывать" себя как отдельную нацию - после третьего раздела Речи Посполитой в 1795 г. они не успели забыть о том, кем они являются, и просто испытывали на результативность разные стратегии и тактики борьбы за независимость - от вооруженных восстаний до медленной "органической работы".

В общем, если предварительно и наиболее общо суммировать, то
национализм - это комплекс идей и представлений, в котором ведущее место занимает нация, ее интересы и задачи.

Но наполнение этого комплекса (который сам по себе - не более чем оболочка, внешняя форма) более конкретным содержанием зависит уже от националистической идеологии, которая может быть весьма и весьма разной.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

"Конкретный" национализм, или Националистическая идеология

Новое сообщение ZHAN » 10 июл 2017, 20:10

Если говорить о задачах, наиболее полно объединяющих различные националистические идеологии, то их три, и они направлены на достижение расцвета и благополучия нации:
национальная автономия (государственность);
национальное объединение (интеграция);
укрепление национальной идентичности.

Теперь мы можем дать более конкретное определение, опять-таки следуя за Энтони Смитом:
Национализм - это идеологическое движение за достижение и сохранение автономии, единства и идентичности населения, представители которого считают, что они составляют реальную или потенциальную "нацию".

Изображение
"Вашингтон с новым и праведным законом" (Тарас Шевченко). Принятие Декларации независимости США, 1776. Торжество гражданских принципов Просвещения. Государство и нация - тождественные, объединенные независимо от этнических корней идеалистическим проектом отцов-основателей. Чернокожих рабов демократия пока не касалась, но все нужные принципы уже были заложены.

Еще одно "рабочее" определение дает российский исследователь Владимир Малахов:
Национализм - это политическая идеология, в которой "нация", понимаемая в качестве культурно гомогенного [однородного] сообщества, выступает источником суверенитета, преимущественным объектом лояльности и предельным основанием легитимности власти.

Мы видим, что эти определения - взаимно дополняющие, поскольку у Смита "национализм" более "динамичное" понятие, а у Малахова - более "статичное", у Смита - это реализующееся идеологическое движение, а у Малахова - суть самой идеологии.

Понятие "потенциальной нации" объясняет мотивы деятельности националистов, которые хотят политически "разбудить" и активизировать население определенной территории, апеллируя к его до поры скрытым, неявным чувствам солидарности на этнической или территориально-земляческой почве. Для исторической памяти украинцев, чехов, словаков существует общее понятие "будители", которое относится к отцам-просветителям и отцам-основателям нации. "Воспрянув ото сна", эта общность людей воспринимает идею нации как свою общую судьбоносную идею, начинает себя считать "реальной нацией" и именно с этим лозунгом политически реализуется - добивается автономии, независимости, культурного возрождения, внешнего признания и т. д. То есть существует определенный пороговый критерий массовости, распространенности, признанности национальных чувств.

Если говорить об условиях, когда потенциальная нация становится реальной, - то это тот момент, когда большинство людей, представляющих ту общность, к которой взывают националисты-будители, им "поверит" и начнет считать себя нацией. То есть у людей в результате активности националистов формируется национальная идентичность, которая изменяет их видение окружающего мира. Они начинают его воспринимать через призму интересов своей нации (своего представления об этих интересах).

Фактор большинства наиболее важен в условиях международных демократических стандартов, порожденных ХХ в.: мы знаем, что даже в самых продвинутых демократиях, несмотря на гарантии прав меньшинств, общую судьбу всегда определяет большинство. Критерий массовости важен как для консенсуса "внутри", так и для мирового общественного мнения, которое является источником внешней легитимности, а соответственно - и поддержки чьих-то национальных требований. Но понятно, что большинство бывает относительным и абсолютным, и всегда кто-то будет не согласен, имея на то, заметим, тоже вполне демократические права.

В реальном мире демократические принципы не действуют механически, а потому нуждаются во внешней поддержке. Народное волеизъявление может быть просто проигнорировано, поскольку неудобно соседям-конкурентам или противоречит неким геополитическим интересам великих держав. Аргументы для непризнания всегда найдутся.

К тому же, представляет собой проблему четко и обоснованно: обозначить территорию, на которой мы определяем позицию большинства. Если по поводу автономии или независимости Косово будет голосовать вся Сербия, то результат будет один, а если только Косово - то иной. То есть, разделив большую территорию на меньшие, можно изменить пропорции большинства и меньшинства.

В качестве аргументов по обоснованию пределов территории используются исторические, административные, этноязыковые, но побеждают чаще всего незамысловатые аргументы военной силы, массовой мобилизации и твердой политической воли. После чего границы меняются, а учебники истории переписываются. Если маятник политического успеха не склоняется в другую сторону, то сложившееся положение закрепляется и считается естественным и правильным.

Для успешности "реальной нации", достигшей суверенитета, необходимо, чтобы национальная идентичность была доминирующей во всех слоях общества, необходимых для его нормального функционирования. То есть, не "заработает", не будет "успешной" та нация, членами которой себя считают только крестьяне или только рабочие: необходим компетентный политический и экономический менеджмент, силовые структуры, администрация - то есть полноценный социальный организм, который может нормально функционировать, а нация будет жить.

Поэтому в спектре научных представлений используют порой такие, казалось бы, образные понятия и биологические аналогии, как "этносоциальный организм" и "этнополитический организм".

Недостаточно принадлежать к одной нации по происхождению - нужно ведь еще много чего для нормальной жизни. Иначе получаются нереализованные амбиции и чрезмерная социальная и политическая цена националистических "упражнений". Я имею в виду, что для каждой нации существует определенный "аттестат зрелости", на который нужно сдать экзамен.

Правда, ситуации исторические бывают разные и кому-то так и не дают возможности попасть на этот экзамен: геноциды, депортации, проигранные войны, двойные стандарты.

К нациям можно отнести мысль Никколо Макиавелли касательно потенциальной успешности "государей": важны не только целенаправленные разумные усилия - еще и фортуна.

Но в любом случае, что особенно важно отметить:
воспринятая национальная идентичность - неистребима, если она стала социальным фактом ("достаточно много людей считает, что эта нация существует"). Сущностная социально-психологическая черта национального чувства - это то, что, единожды возникнув, в большинстве случаев уже не исчезает, а лишь меняет формы выражения.

Национальное чувство - "безвозвратно" по своей природе, к нему можно что-то еще добавить, что-то убрать, но не более того - ведь это способ видения мира. Национальное чувство можно только "удовлетворять" или "не удовлетворять" со всеми вытекающими последствиями. Однако если есть время и мощные системные ресурсы (как, например, у тоталитарного государства), то это чувство можно существенно погасить путем идеологической обработки и уничтожения наиболее заметных его носителей. Здесь простой пример - Украина в составе СССР.

Конечно, всегда наблюдаются процессы ассимиляции, "слияния и поглощения", но тут весьма силен фактор "порога": формирование "сознательного ядра" национальной элиты. Тогда, если физически выживает или удерживается от ассимиляции какое-то количество национально ориентированных энергичных людей, то они, если дать им свободу выражения и информационные ресурсы, "из гроба поднимут" родимую нацию - примеров множество. Для них составляет проблему лишь политический климат в обществе: отсутствие свободы слова является наилучшим средством против распространения национализма (если он не является господствующей идеологией).

Конечно, сказанное - слишком общо, но все немногочисленные исключения в данном случае скорее подтверждают правило. Для любителей компьютерных аналогий можно привести иной пример: национальная идентичность добровольно инсталлируется "пользователем", а затем выполняет функцию фильтра и систематизатора входящей и исходящей социальной информации. У каждого человека есть такие - не только приобретенные, но и врожденные - "программы": например половая идентичность, когда интерпретация окружающей реальности и восприятие других людей во многом диктуются тем, что я - мужчина или женщина. Ведь у каждого из нас есть культурно обусловленные стереотипы "мужского" и "женского" поведения. И у каждого есть "программы", регулирующие наше отношение к обществу, стране, миру.

Всем людям для социально-психологической стабильности нужна какая-то четкость, априорное знание о себе и о других людях, чтобы переживать меньше стрессов из-за излишних сомнений. Варианты того, "что делать?" и "кто виноват?", лучше знать несколько заранее, до проблемной ситуации.
Этим руководствуются некоторые политики, изначально создавая политически удобный "образ врага". :D

То же и с национальной идентичностью. Человек - существо социальное, он невозможен без своей социальной среды, и даже занимаясь исключительно собой или своей семьей, он иногда задумается: а что же это такое есть вокруг меня? и зачем оно? и в чем смысл этого совокупного многолюдного сосуществования? :unknown:
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Национальная идентичность - условие комфортной жизни?

Новое сообщение ZHAN » 11 июл 2017, 22:04

На поставленный вопрос национальная идентичность отвечает наиболее просто: поскольку "нация" в своем обыденном значении - понятие кровнородственное, то она - просто очень большая семья, в которой немножко подрастерялись родственные связи, а в целом - это то, что ассоциируется с понятиями "свои" и "наши", четко очерченная комфортная территория или люди.

Вне этнических признаков работают разные культурные критерии близости или отдаленности. Например, эти люди - не моей национальности, но в принципе они тоже "свои", поскольку давно живут рядом с нами. (Это характерно проявлялось в Голландии, оккупированной гитлеровцами в годы Второй мировой войны: будучи германским народом, голландцы могли бы "спокойно" перенести "исчезновение" своей большой еврейской общины, но нидерландская нация с соответствующими последствиями для себя вступилась за евреев, потому что "это - наши евреи, и не чужим их трогать".)

Советский Союз в отстаивании своих геополитических интересов выступил в тяжелой и неблагодарной роли агрессора-"цивилизатора" вне своих давно "утрамбованных" зон влияния - например, в Афганистане. Но Афганистан - не Европа, не давно уже пройденная Средняя Азия (Российская империя прошла ее в 1860-1870-х годах), не братья-славяне, которых можно интенсивно и "взаимно полюбить", а заодно и политически "пригреть" при минимальных затратах. В Афганистане советская универсальная идеология "пролетарского интернационализма" посягнула на самую крепкую традиционную (будь она хоть трижды "отсталой") идентичность и проиграла консолидации традиционного общества перед попыткой обратить его в "цивилизацию". "Афганцы" - этнично весьма разнообразные - были и остались другими. Кроме того, их укрепляла (помимо "помощи коварного Запада") еще и идентичность религиозная, несводимая к вопросам этноса, нации и т. д. Поэтому имеет смысл развести - и не только в примере с Афганистаном - проблемы этничности и проблемы религиозности.

Изображение
Отец центральноевропейского национализма Йоган Готфрид Гердер (1744–1803) - немецкий философ, духовный отец этнического национализма (хотя вряд ли он об этом догадывался). Его идеи о том, что "варварские" культуры (представленные народным творчеством) равны по своей культурной самоценности античной классике, были революционны для XVIII столетия. Интеллектуальная элита Центральной и Восточной Европы обратилась к своим этническим корням, что повлекло для этого региона необратимые последствия. Самобытная культура создавала отдельный народ, а народ начинал претендовать на государственность.

Очень важно уметь отделить проблемы цивилизационные (по религиозно-культурному принципу), как более глобальные, от проблем этнических, которые остаются в основном внутрицивилизационными. Правда, есть нации, разделенные по конфессиональному признаку, что лишь усугубило их трудности на историческом пути (например, религиозные войны XVII в. выкосили немцев вполовину). Но в определенные исторические периоды и в определенных ситуациях религиозная идентичность заменяет национальную (от крестовых походов до казачьих войн), тем более тогда, когда "национальной" еще не было как таковой. А бывают ситуации, когда религия - составляющая национальной идентичности (сложно найти итальянца или поляка - не католика).

Социальная идентичность - сложнее и противоречивее в обыденной жизни, поскольку на одной территории "поселяет" чужих людей: более богатых и более бедных, живущих по-разному и вызывающих друг у друга смешанные чувства - зависти, боязни, опасности, неудовлетворенности, укор в неуспешности, неудачах или наоборот, демонстрацию превосходства и снобизма. То есть социальная идентичность чревата конфликтностью. Пролетариат, "осознав себя", скорей всего начнет конфликтовать с буржуазией, а выскочка, став из преступника власть предержащим, будет живым укором всем, кто живет честно.

Изображение
Новые нации оживают. Революционные и наполеоновские войны, принесшие европейским народам понятие "свобода", принесли и понятие "нация", обратившееся против самих французов. Эмоционально-плакатная картина Франсиско Гойи (1814), показывающая расстрел испанских патриотов, - яркий тому пример. Кризис монархий и иноземная оккупация пробудили национально-патриотические чувства и в Испании, и в Германии, и в других странах.

Наша же психология склонна иметь для самосохранения и опоры комфортное поле некоего согласия и взаимной симпатии, общей разделяемой эмоции, чувства "братства" - т. е. солидарности. Самый простой пример - футбольный матч, объединяющий в одной эмоции представителей разных социальных слоев: от работяг до олигархов. (Национальные идентичности крепнут на матчах, в которых играет национальная сборная. Общая радость или общее разочарование разделяется очень большим количеством разных людей. Сборная объединяет чувства болельщиков конкурирующих в национальном чемпионате клубов. Они ощущают, что есть еще большая общность "наших".) Вот тогда этот коварный национальный вирус и вживляется в человеческий организм. А выше "нации" есть только "символическая сборная мира". Есть очень четкий "потолок" идентичностей. Выше нации "прыгнуть" некуда, разве что Евросоюз когда-нибудь покажет другой пример - правда, наверное, нескоро.

То есть, для сложной современной жизни состоявшаяся национальная идентичность чаще комфортней и предпочтительней, чем социальная, ставшая наибольшим источником ежедневных стрессов и неудовлетворенности жизнью. Социальная идентичность и стала почвой для великих социальных революций, повлекших за собой отнюдь не социальную гармонию. Это является одним из факторов популярности национальных идей как психологически стабилизирующих, психотерапевтических именно в эпоху модернизации ХІХ-ХХ вв. - период развития молодого капитализма с его материальной поляризацией.

Раньше религия освящала неравенство ("всякая власть - от Бога"), но плоды Просвещения избавили европейцев от такого оправдания бедности, поставили их перед лицом персональной ответственности за свою судьбу. А это, как и всякое право и необходимость выбора, очень сложно, а порой неприятно.

Когда общество интенсивно меняется, изменяются нормы поведения, "правила игры", нормы морали, разрушаются привычные общественные группы (как, например, у нас в 1990-е годы), - и к какой солидарности (и с кем) людям тянуться? С кем найти некую стабильность, единение, на чье плечо опереться? :unknown:

Именно такие условия в разных исторических ситуациях объединяли людей вокруг этнических и национальных идентичностей. Советская ностальгия "старых песен о главном" выражала тоску по былой солидарности и совместным достижениям, а также - воспоминания о счастливой и полной иллюзий молодости.

Вспыхнувшая в Украине в 1990-х пламенная, надрывная и массовая любовь к братьям Кличко и успешному тогда киевскому "Динамо" тоже выражала эту потребность, поскольку это были немногие в то время значимые успехи хоть чего-то украинского, что повлекло за собой вспышку национальной спортивной солидарности. Это было попыткой ощутить что-то хорошее в настоящем.

Я часто упоминаю спорт, и это неслучайно, поскольку спортивные страсти последнее столетие являются удобным и показательным полигоном выражения национальных эмоций. Не все помнят, что принципом Олимпийского движения является непризнание рейтингов национальных побед ("главное - участие"), а что все в реальности делают? Подсчитывают медали по странам, какая нация быстрее, выше и сильнее. :D

Здесь мы видим характерный и для сегодняшней Украины живой конфликт двух разновекторных "единений" и, соответственно, двух идентичностей, ориентированных: одно - в известное (а потому надежное) советское прошлое, а другое - в неизвестное украинское будущее.

А ведь пока экономические реалии не уравняют большинство украинского постсоветского населения в обеспеченном "среднем классе", ежедневное наглядное неравенство будет интенсивно портить всем настроение. Это является одной из постоянных причин оживления национальных проявлений, которые людей уравнивают. Лозунг "свобода, равенство и братство" отнюдь не является антинационалистическим, это, к примеру, - политическая программа французской нации.

Изображение
За Европу национальных отечеств. Джузеппе Мадзини (1805–1872). Известный нам как революционный демократ, он пытался объединить в борьбе за единство и независимость Италии и гражданский, и этнический национализмы: создать национальное итальянское государство свободных людей. "Весна народов" 1848 г. пустила по этому тернистому, но многообещающему пути многие европейские нации. Будущее Европы Мадзини видел как союз свободных демократических наций. Поэтому его можно считать одним из провозвестников Европейского Союза.

И тут резонно спросить: а как же проявления шовинизма, национального превосходства и исключительности? :unknown:
Они-то людей и не уравнивали, а как раз наоборот.
Однако можно вспомнить Омара Хайяма. Отвечая на вопрос, почему Аллах позволяет есть виноград, но запрещает пить вино, Хайям сказал приблизительно следующее:
"Посмотри, если в человека швырнуть глиной - ничего с ним не случится, а вот если из глины сделать кирпич, то результат будет совсем другим".
Чувство меры в практической реализации - одно из самых труднодостижимых свойств для всех общественно-полезных идей. Поэтому любая идеология является палкой о двух (и более) концах. Строительство того же "советского рая" стоило десятков миллионов невинных жертв, а кому-то удалось построить социальное государство без рек крови.

Очевидно, что национальное чувство невозможно без какого-то противопоставления "своих" и "чужих" - но без этого не могут существовать вообще любые социальные группы (как "мужчины" возможны лишь при существовании "женщин" и наоборот). Да и не припоминается что-то заметного количества людей, которые бы к "своим" относили все человечество. К сожалению, пропуском в когорту "граждан мира" является либо всеми признанная гениальность, либо очень большое количество денег. А похвастаться первым или вторым могут весьма немногие. :)
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Нация и национализм как вопрос о курице и яйце

Новое сообщение ZHAN » 12 июл 2017, 22:53

Наиболее изношенная тема в вопросах исследования национализма: что возникло раньше - нация или национализм? :unknown:
Это - вполне и спор о возникновении идей вообще, об отношении духа и материи.

Одни считают, что если бы не было нации, то националистическая идеология не смогла бы возникнуть. Другие (в научных кругах они доминируют) - что сначала возникла идеология, разработанная национальной интеллигенцией, а потом ею были охвачены широкие массы, которые в результате этого стали нацией.

Последняя позиция наиболее ярко представлена Бенедиктом Андерсоном, который назвал нации "воображаемыми сообществами". То есть, он просто сформулировал то, что не желали сформулировать (хотя могли бы при желании) Вебер, Дюркгейм и Сорокин. То есть, согласно Андерсену, нация - это некий виртуальный "ежедневный плебисцит" Ренана, то есть ее нужно постоянно себе "воображать". А на самом деле ее не существует. Ничего страшного для националистов в этом подходе нет, поскольку он просто лишний раз напоминает об истинных корнях этой идеологии - эмоциях и вере обычных людей.

Такой ("конструктивистский") подход считается новым, он очень популярен последние лет пятнадцать и тешит гордость многих ученых тем, что наука наконец-то демифологизировала очередное чрезмерно политизированное понятие.

Хочу заметить, что в практике националистических политиков истина о "воображаемости" наций жила последние двести лет, поскольку суть национальной политики всегда состояла в том, чтобы способствовать формированию "национального сознания", идентичности, то есть помочь как можно большему числу людей "вообразить" то же самое, что и "сознательные искренние патриоты". Только поскольку это была и есть политика, то никто не будет рассуждать о том, что "все в мире относительно, и моя идея - ничем не лучше других", - ведь в политике так никто не делает, хотя вся она состоит из того, чтобы заставить кого-то во что-то или кому-то поверить, "вообразить".

Стоит более внимательно присмотреться ко многим разумным многочисленным авторам, мыслящим национально, ведь можно было и сто лет назад увидеть все составляющие процесса этого "воображения", вполне искренне описанные. Поэтому сложно понять, что здесь открыто нового. Старая ситуация в науке - убить прорву времени на то, чтобы глубокомысленно доказать то, что и так давно очевидно для нормального скептичного человека.

В том-то и проблема науки о нациях и национализме, что она расцвела почему-то с 1960-х, хотя ее объекты (нации и национализм) уже лет сто с лишним активно действовали. Просто все идеи уже были раньше, только их не стремились энергично использовать: - при тогдашнем состоянии наук об обществе и культуре этот вопрос не был столь актуален (а может, был неприятен); ведь упомянутая позиция классиков социологии, видимо, состояла в том, что они не считали нацию объектом науки, поскольку она была царством политики. Объективно ее нет - так чего из-за этого огород городить.

Уместно еще уточнить, что все они были патриотами своих наций, то есть мыслили национально. А кто начал мыслить национально, тому уже все равно, "воображенное" его сообщество или нет. Да и какова ситуация была для Дюркгейма и Вебера: когда французы и немцы сошлись в мясорубке Первой мировой, какой бы самый объективный ученый француз или немец мог себе позволить сказать: "Ребята, ведь никакой французской (немецкой) нации нет, разойдитесь!" :)

Очевидно, что понятия, за которые умирают, имеют силу конечной, последней реальности, максимальной для обычного живого человека. Поэтому патриоты могут успокоиться: постулирование современной наукой "воображенности" наций ничего плохого с ними не сделает, поскольку их (нации) пока еще очень интенсивно продолжают "воображать". Замечу, что все "общественные" понятия о больших коллективах людей, как и само слово "общество", - воображаемые, поскольку просто задают удобное для анализа условное поле исследования.

Но есть одна действительно важная проблема: может ли быть нация, если понятия этого в известном нам современном смысле (или в двух известных - этническом и гражданском) нет? :unknown:
Вынуждены признаться, что действительно, никак не может быть. :no:

И если нация у нас родилась усилиями Просвещения, Французской революции, войн народов против Наполеона, идеалистической философии, этнографии и романтизма, то до них наций не было. То есть, не было наций этнических. Были сословные, которые использовали это слово, но не в том смысле, как его использовал современный национализм. Поэтому будет откровенно неправильным говорить об "украинской нации" до ХІХ века. До этого существовал украинский этнос, который себя выражал и отстаивал в иных формах и понятиях, чем теперь, да и называл сам себя очень по-разному.

Изображение
Дискредитация национализма. Нацистский режим сделал все слова с частицей "наци" бранными. Хотя нацизм Гитлера не был даже "этническим национализмом" - он был расовым. Он мог и среди носителей немецкой культуры и языка найти "неполноценных" и "дегенеративных". При этом забывают, что большинство демократий, установленных в Западной и Центральной Европе в результате Второй мировой войны, были результатом борьбы именно национальных освободительных движений. Шарль де Голль перед войной по взглядам был близок к крайне правым, но именно его национализм не позволил ему стать коллаборационистом. Однако память об ужасах холокоста и лагерей смерти склоняет многих просто перестать использовать слово "национализм" относительно того, что им в действительности является, используя вместо него синонимы и эвфемизмы.

Важный нюанс: нация является коллективом равноправных людей, имеющих некое общее происхождение (или кровное, или территориальное). До эпохи Просвещения идея равенства не была принята в традиционных (досовременных) обществах, опирающихся на сословное деление, которое было жестче, чем этническое. Мы знаем, что аристократия всегда была космополитической. В Чехии правили Люксембурга, в Польше - литовец Ягайло, а в Испании - Габсбурги. В большинстве тогдашних европейских народов высшие слои видели свое происхождение отличным от происхождения народных масс: польская шляхта была "сарматами", казаки - "хазарами", а Рюриковичи обязательно должны были быть варягами, призванными к славянам из-за моря. Для человека главной считалась его сословная и династическая лояльность, верность малой группе и очень даже конкретному сюзерену, а не какому-либо массовому абстрактному национальному коллективу. У подавляющего большинства населения идентичность была сугубо и узко местническая (мы - местные).

Обозначались чувства большей общности лишь в ситуации кризисов и войн, которые обостряли ксенофобию, конфессиональные и солидарно-"патриотические" чувства больших масс людей. Например, война шотландцев против Англии в начале XIV в., когда в защиту своего шотландского короля истово сражались кельты-горцы и германцы-англы с низин. Англы были верны своему сюзерену и по ряду причин очень не любили англичан, хотя часть последних была их прямыми родственниками. То есть средневековая монархия чем-то походила на позднейшую политическую нацию (но без общегражданских прав), где главное - верность, лояльность, а не происхождение. Говоря современным языком, часть английской "этнической нации" была частью шотландской "политической нации" и верна шотландскому королю. Характерно, что шотландцы и доселе отличаются по своему происхождению и утратили свои "языки", что, однако, не мешает им считать себя шотландцами и порой проявлять сепаратизм.

Такие проявления национализма до эпохи современных наций называют "протонационализмом": его время уж точно приходит в эпоху Возрождения и Реформации, в век Макиавелли (зачинателя итальянского национализма) и Лютера (немецкого).

Еще один нюанс: политические проекты (а нация - это, несомненно, политический проект) до ХХ в. всегда были преимущественно делом элит - образованных, думающих о "высоких материях", знатных, имеющих статус и возможности, позволявшие заниматься политикой. Эти элиты и "производили" идентичности, лозунги и сверхзадачи для широкого использования. "Национальное самосознание появилось в тех слоях населения, которые имели европейский масштаб сознания" (немецкий исследователь Отто Данн).

Для дальнейшей национализации им нужно было "уравнять" себя с социальными низами, что означало демократизацию, которая, в свою очередь, делала народные массы объектом все более интенсивной мобилизации или пропагандистской обработки. Нужно учитывать, что до середины ХІХ в. значительная часть европейцев была еще безграмотна, не владела "высокими понятиями", - а ее уже видели частью определенных наций. Демократия порождает "электорат", массовый политический ресурс, за который элите надо бороться. А если "нация" не имеет государства, то без "возбуждения" масс эту государственность не вернуть и не построить.

В общем, "нация" - определенно продукт ХІХ в. Она возникает в сознании интеллектуальной элиты, которая в результате этого обречена на вечный диалог с народом, узаконивающий своими культурными особенностями национальные претензии, но слабо ориентирующийся в тех вещах, которые делают его "нацией" в глазах элиты. Нация реализуется через национализм, то есть они - "близнецы-братья". Нация - коллектив, общность, национализм - его действия, жизнь, реализация. Сам же "народ" просто себе жил, работал и не знал, какие страсти бурлят в просвещенных умах эпохи. Как писал украинский национальный деятель Пантелеймон Кулиш в середине ХІХ века, тогдашние украинцы скорее назвали бы себя просто людьми, нежели украинцами. Правда, в ХХІ в. ситуация изменилась (пока только для 56 % граждан Украины), что и явилось результатом действия национализма.

Крайне упростив, можно сказать, что нация - это сообщество людей, считающих себя нацией. Но этот декларативный шаг накладывает определенные обязательства, а самое главное то, что данное сообщество берет ответственность за себя - исключительно на себя. И вступает этим в очень жесткую конкуренцию с другими такими же, а вакуума власти быть не может. Кто слаб - обычно страдает. А не посчитал бы себя отдельной нацией - жил бы себе спокойно. Меньше претензий - меньше разочарований. Ибо и человек, только родившись на свет, как раз и начинает сталкиваться с проблемами. Страсти житейские - плата за существование. Нации в этом весьма похожи на людей. "Вообразил" себя - готовься к борьбе за свое существование. "Либеральный" мир ХХІ в. в этом плане не стал добрее.

А что же за люди те, которые живут себе столетиями "просто так", а потом становятся нацией? :unknown:
Дело в том, что "вообразить" совсем уж искусственную вещь так, чтобы она полноценно "зажила", - очень сложно. Поэтому нации опираются в основном (не все, конечно) на свои этнические, то есть культурно-языковые, корни - на этнос. У последнего есть некое, пускай примитивное, самосознание, представление о своем "стандарте", позволяющее французам считать "своими" других французов, близость определенных параметров образа жизни, общей истории, переживаний, часто - религии и многих других моментов. Этнос тоже может считаться воображенным сообществом (поскольку этническое происхождение - это не медицинский диагноз и не отдельный биологический вид), но гораздо более укоренен, чем нация (берущая уже "взрослым" мировоззрением). Этнос начинает "работать" с человеком сразу - с его первых слов и материнской колыбельной, т. е. с языка и бытовой культуры, системы житейских представлений и ценностей. Этносы - одни из самых стабильных сообществ людей, хотя история ко многим из них часто была немилосердна. Но в этом смысле только геноцид, изгнание, рассеяние могут растворить этнос (правда, некоторые, например евреи и армяне, и это смогли пережить), да еще, может, современное общество, размывающее традиционные культуры в процессе индустриализации, модернизации, урбанизации, миграций.

Изначальная стадия отношений между этносом и нацией такова: первый обычно не знает, что он "нация", а в результате распространения национализма на все более широкие слои народа этой нацией становится. Даже если конца не видно - он очевиден и когда-то обязательно случится, поскольку национализм необратим при наличии определенных этнических ресурсов и благосклонности фортуны. Это не значит, что национальное развитие работает как механический будильник (завели, а потом он прозвенит), объективных факторов в его пользу, действительно, маловато, но субъективные факторы национального видения мира могут весьма сильно "завести".

Исторический опыт свидетельствует, что уж если и не зазвенит в результате, то так испортит жизнь себе и окружающим, что пусть лучше звенит. Одни ирландцы, баски, палестинцы и курды чего стоят! Нереализованный, но "хотящий" национализм - часто большая проблема, чем реализованный.

Выше говорилось, что до национализма не было наций. Однако было что-то похожее на гражданскую нацию в ее роли "суверена" и "правящего класса". До Просвещения уже использовалось слово "нация" в политическом смысле: - это была упомянутая "сословная нация" (дворянство и церковные иерархи; в науке используется еще термин "политический класс"). Самый яркий пример - шляхта Речи Посполитой. Она была правящей политической нацией разного этнического происхождения. Ее более широким аналогом является современная гражданская нация, которая включает в себя всех граждан национального государства, независимо от социального и этнического происхождения. Поэтому для наиболее везучих европейских государств эта "сословная нация" через этапы демократизации (революций и реформ, уравнения в правах) превратилась в гражданскую нацию, где гарантированы права и свободы каждого человека при общей опоре на культуру титульного этноса.

Для восточноевропейских негосударственных (изначально или временно) наций перспективы образования из этнических наций гражданских затормозились консервативными многонациональными империями (Российской, Османской, Германской, Австрийской), и достижение желаемого уровня для некоторых настало лишь после 1989 года. "Сверхзадача" европейского национализма - национальное государство, объединенное на основе национальной идентичности, культурной и социальной интеграции, гражданских свобод. Логичен для национализма и дальнейший тщательный уход за возведенным строением.

И последние уточнения: до момента построения стабильного интегрированного национального государства все идейные и политические течения данной нации, которые ставят целью повышение статусов этой нации (политических, культурных, экономических), независимо от партийной принадлежности (левые, правые, центристы, радикалы, умеренные) могут считаться составляющими национализма. То есть, по сути, националистами являются и Тарас Шевченко, и Степан Бандера.

Потом, когда национальное государство построено и считается стабильным в смысле общей идентичности, националистами можно назвать ту часть политического спектра, которую особенно беспокоит национальная проблема, то есть обычно правых радикалов. Но, повторюсь, это все относится к устоявшимся государственным образованиям, а Украина пока в этом плане вызывает сомнения. Значит, пока что национализм для Украины актуален не как праворадикальное движение, а как весь комплекс идей, направленных на построение жизнеспособного украинского государства.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм: ликбез для русских. Атрибутика

Новое сообщение ZHAN » 13 июл 2017, 23:12

Прежде чем обратиться к украинской истории и тому, как возник и развился украинский национализм, имеет смысл охарактеризовать те основные "активы" и ресурсы, на которые он сегодня опирается, и символы, которыми пользуется. К очевидным ресурсам можно отнести украинский народ (этнонацию), проживающий как в Украине, так и вне ее, граждан Украины всех национальностей (украинскую гражданскую нацию), территорию современного украинского государства (как пространство реализации "национальной программы"), украинский язык как основной этнокультурный ресурс (позволивший, как основной культурный критерий, выделить в свое время отдельный украинский народ), национальную и государственную символику.

1. Украинская этнонация

По данным переписи населения 2001 г., в Украине проживало 37,5 млн этнических украинцев (77,8 % населения страны). Поскольку графа "национальность" в украинских паспортах отсутствует, то в число украинцев по переписи попали те люди, которые сами захотели так себя назвать. По сравнению с 1989 г. (последней советской переписью), доля украинцев в населении Украины увеличилась на 5,8 %, что вызвано не каким-то особым демографическим ростом украинцев, а тем, что с тех пор часть людей, ранее определявших себя как "русские", изменила свою идентичность.

Поскольку ныне все население Украины сокращается, то и количество украинцев с 2001 г. тоже должно было сократиться где-то до 34 млн.

За пределами украинского государства проживает, по официальным данным, около 7 млн украинцев (преимущественно в России, приграничных районах Словакии и Румынии, США, Канаде, Южной Америке), количество которых за последние два десятилетия сократилось (с 12 млн) вследствие ассимиляции.

2. Украинская гражданская нация

Поскольку на референдуме 1 декабря 1991 г. провозглашение независимости Украины поддержало 90 % населения (т. е. существенно больше, чем процент этнических украинцев), то украинцы являются не единственными "инициаторами" суверенной Украины. В частности, "за" проголосовало и 55 % русских, проживающих в Украине. Следовательно, мы можем вполне обоснованно говорить, что за судьбу украинского государства "отвечают" не одни лишь украинцы: она является общей ответственностью граждан всех национальностей. Всего неукраинцев в стране - 22,2 %, а 17,3 % составляют русские; соответственно, доля остальных этнических групп (числом до 130) - это 4,9 %. Единственный регион, где этническое меньшинство численно превалирует над украинцами, - Автономная Республика Крым, нынче принадлежащий России.

3. Территория

Государственные образования, создаваемые в прошлом русинами-украинцами (или при их участии), до ХХ в. не носили названия "Украина" и не совпадали по размерам с Украиной нынешней. Это могла быть Русь или Русская земля, могли быть разные княжества (Киевское, Галицкое, Волынское, Черниговское и др.), Великое княжество Русское, Войско Запорожское и т. д. В XIX в. появление современного национализма определило границы существующих и будущих национальных государств по этно-лингвистическому принципу: там, где итальянцы, - Италия, где поляки - Польша, где чехи - Чехия. Когда русины-украинцы достигли соглашения между Львовом и Киевом о том, что они все-таки "украинцы", то это уже было чисто техническим вопросом: "украинское пространство" уже было очерчено этнографами и лингвистами лет за 50 до того.

Политическая система континента еще опиралась на терминологию феодальных времен (где наций не существовало), но новый, национальный, принцип легитимности государственности уже прорывался в реальную политику. Узаконила новое устройство Первая мировая война.

Во второй половине ХІХ в. украинское национальное движение начало оперировать понятием "украинские земли", которое охватывало всю территорию расселения украинцев, - независимо от того, Австрийская это империя или Российская. В этом новом видении пространства уже не имели значения историко-правовые аргументы, например: "входила ли Слободская Украина в состав Гетманщины-Малороссии?", "имеют ли значение границы Речи Посполитой на 1772 год?". Уже нет. Модель национального государства, распространявшаяся по Европе, исключала старые договоры, давая новым нациям карт-бланш испытать себя.

Итак. Современное государство под названием "Украина" своими пределами опирается на ареал расселения украинцев. Ранее на этот ареал уже опиралось украинское государство в 1917–1918 гг. В нынешних административных пределах Украина существует с 1954 г. и повторяет контуры Украинской ССР, возникшей в 1919–1921 гг. в результате оккупации территории Украинской Народной Республики (УНР) войсками большевистской России. В принципе, "советская Украина" почти дублирует границы УНР, обозначенные ІІІ Универсалом Центральной Рады в 1917 г. Наибольшими (и "де-юре", и "де-факто") пределы Украины были в 1918 г. при гетмане Павле Скоропадском. Единственным добровольным воссоединением Западной и Восточной Украины был Акт воссоединения 22 января 1919 г., когда Западноукраинская Народная Республика вошла в состав УНР.

Границы УССР формировались Рижским договором с Польшей (1921), передачей части территории Донбасса РСФСР (1925), присоединением в результате Пакта Риббентропа-Молотова Западной Украины (1939), Северной Буковины и Южной Бессарабии (1940), передачей Молдавской АССР в состав Молдавской СССР (1940), присоединением Закарпатья (1945), передачей Крыма из состава РСФСР (1954). Современная Украина - унитарное государство, однако имела в своем составе автономию - АР Крым (с 1992).

Изображение

Изображение
Между этнической и гражданской нациями. Два указанных понятия могут вполне проиллюстрировать на украинской практике и социологические диаграммы, и этнографические карты (как в данном случае). Почему вообще образовалось какое-то пространство, называемое "Украина"? Потому что есть территория, заселенная украинцами. По мере формирования их национальной идентичности в результате воздействия украинского национального движения региональные самоназвания (русины, полтавцы, казаки) уступили место общему этнониму. Но это - самосознание и самоназвание. Если же "отложить" сей психологический фактор и обратиться к историческим воззрениям, то, начиная с местных позднесредневековых князей и разнообразных казацких гетманов, вполне было понятно, в каких пределах уже тогда проживает тот народ, который потом себя назвал "украинцами". Достаточно вспомнить цитатку Хмельницкого: "по Львов, Холм и Галич". Это у нас нация "этническая".

Право наций на самоопределение вполне отводит Украине место на политической карте, но современная нация в суверенном государстве - "гражданская", и включает в себя граждан всех национальностей. Поэтому в украинском национальном проекте надо находить достойное место и тем этническим меньшинствам, которые проживают кампактно в своих ареалах (венгры, болгары, румыны, крымские татары, русские), и тем, которые рассеяны по городам и городским агломерациям (русские, евреи, белорусы, грузины, армяне). "Рассеянные меньшинства" показать на карте сложнее. Что до "исторических регионов" Украины - их по разным критериям выделяют разное число и в разных пределах. У каждого автора своя версия…


Украина, как и всякое государство, может подразделяться на части. Области, которых 24, тут не столь существенны. Украинские этнографы, историки и географы выделяют несколько (кто-то больше, кто-то меньше) историко-этнографических регионов. Западные и северные составляют ядро этнических земель украинского народа (как бы он когда себя не называл), заселенное еще в раннеславянские и древнерусские времена, вследствие чего пребывание украинского населения здесь не перерывалось. Другие регионы были заселены украинцами позднее - в XVII-ХІХ веках, уже в иных исторических условиях. Порою украинцы были не единственными поселенцами, мигрировавшими на новые земли.

Мы изложим субъективно "усредненный" список исторических регионов.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. Атрибутика: регионы

Новое сообщение ZHAN » 14 июл 2017, 21:47

Среднее Поднепровье, делящееся на Правобережье и Левобережье. Здесь - основное поле исторической активности украинского народа, тут с древнерусских времен возникает представление об "Украине" - пограничье, том месте рядом с центром Руси (на юг, запад и на восток от Киева), где происходят жизненно важные события. Этот регион был исторической "Русской землей" и центром государства Богдана Хмельницкого. Освобожден от татар в 1362 г. литовским князем Ольгердом. Левобережье-Гетманщина в качестве "Малороссии" как автономное образование находилось под протекторатом Московского государства с 1654 г. В 1760-1780-х годах утратила самоуправление. Правобережье было включено в состав Российской империи лишь в 1793 г. после второго раздела Речи Посполитой. Эти территории были частью Украинской Народной Республики (УНР) в 1917–1918 гг.

Подолье охватывает основную часть Подольской возвышенности. Входило в состав Галицко-Волынского государства, после раздела которого было включено в Великое княжество Литовское как автономная земля; потом ее северо-западная часть вошла в состав Польши. В 1672–1699 гг. Западное Подолье было занято Турцией, а Восточное до 1676 г. входило в состав автономного государственного образования под правлением гетмана Петра Дорошенко, вассала Османской Порты. К Российской империи Подолье было присоединено в 1793 г. В 1917–1919 гг. - часть УНР.

Галиция находится в украинском Прикарпатье. В 1199–1349 гг. (с перерывами) являлась частью Галицко-Волынского государства. В XII–XIV вв. этот край периодически подпадал под политическое влияние Венгрии и Польши, а с конца XIV в. перешел под власть Короны Польской. Этим землям досталось более всего западных европейских культурных, правовых и религиозных влияний. Нынче значительная часть украинского населения - греко-католики и католики. После первого раздела Польши (1772) эта земля вошла в состав Австрийской империи. Именно в этом регионе продолжительное время сохранялись архаические черты украинской культуры (самоназвание "русины"). С распадом Австро-Венгрии здесь была создана Западноукраинская Народная Республика, которая в 1919 г. воссоединилась с УНР. По условиям Рижского договора (1921 г.) территория Галиции вошла в состав Польши. В 1939 г. после начала Второй мировой войны была оккупирована Советским Союзом и присоединена к УССР.

Закарпатье (или Подкарпатская Русь). Расположено на южных склонах Восточных Карпат. Здесь живут украинцы, много венгров, а также немцев, румынов, словаков, в горных районах обитают субэтносы лемки и бойки. Вопреки распространенному мифу, Закарпатье никогда не входило в состав Древней Руси. Уже с Х-XI вв. эта территория, населенная потомками племени белых хорватов, была захвачена Венгрией, в составе которой она находилась до присоединения Северной Венгрии к Австрии в 1541 г. С восстановлением венгерской автономии в границах Австро-Венгерской империи в 1867 г. она вошла в ее состав, а после распада и передела Австро-Венгрии в 1919 г. отошла к Чехословакии. В 1938 г. была провозглашена Карпатская Украина, но ее тут же оккупировала Венгрия. Закарпатье было включено в состав УССР в 1945 г.

Буковина - один из полиэтничных регионов Украины. Кроме украинцев, в частности - гуцулов, здесь живут румыны, молдаване, немцы, евреи, поляки, русские-раскольники (с XVIII в.). С XII в. входила в состав Галицкого, со временем Галицко-Волынского, княжества. В начале XIV в. была захвачена Венгрией, а с 1359 г. стала частью Молдавского княжества (затем под протекторатом Османской империи). В 1775 г. западная часть (кроме Хотинщины) была занята Австрией. Попытка присоединиться к независимой Украине была сорвана в 1919 г. румынской аннексией. В 1940 г. край был присоединен к УССР.

Волынь охватывает Волынское Полесье, а также область Волынской возвышенности. Исконная территория славянского племени волынян и Волынского княжества. С середины XIV в. земли Волыни входят в Великое княжество Литовское как автономное княжество. С 1569 г. - в составе Речи Посполитой. В 1793–1795 гг. Волынь в результате разделов Речи Посполитой отошла к Российской империи. В 1918–1919 г. - в составе УНР. В 1921–1939 гг. большая часть Волыни входила в состав Польши. В 1939 г. оккупирована СССР, передана УССР. В 1942 г. - до начала 50-х гг. - один из основных регионов, где разворачивалось движение сопротивления УПА.

Полесье включает в себя полосу вдоль северной границы страны. С середины XIV в. земли Полесья входят в Великое княжество Литовское. При Богдане Хмельницком они вошли в состав казацкого государства. После 1654 г. левобережная часть Полесья входит в состав Гетманщины под протекторатом московского царя (район Чернигова вошел в состав Московского государства еще в 1503–1619 гг., а западная часть Полесья - только с 1793 г.). В 1917–1918 гг. - в УНР.

Изображение
Обретение цветов. Герб Русского воеводства XV в. Цвета современного украинского флага происходят от герба Галицкой Руси: золотого льва на лазоревом поле. Сам же лев как эмблема связывается с князем Львом Даниловичем (княжил в 1264–1300 гг.), в честь которого его отец, Данило Галицкий, назвал основанный им город Львов.

Северщина - регион, который соответствует области Новгород-Северского Полесья. Своеобразная переходная этнокультурная зона между Украиной и Россией. Северная часть ее (западная часть нынешней Брянской области) входит в состав России, население здесь русифицировано и в основном утратило украинскую идентичность. Со второй половины XIV в. Северщина входит в состав Великого княжества Литовского. В 1503–1619 гг. - в составе Московского царства, в 1619–1649 гг. - Речи Посполитой, с 1649 г. - в Гетманщине. В 1917-1919 гг. - в составе УНР.

Изображение
Знамя русинов. Знамя "Русской гвардии" из Яворова, Галиция, во время революции 1848 г. Первый шаг к "массовому" сине-желтому флагу, поскольку вышивать льва - достаточно неудобно. В дальнейшем в Галиции сверху располагалась золотая полоса цвета фигуры (льва), ниже - лазоревая, цвета самого щита.

Далее представлены земли, занятые украинцами уже после XV в.

Запорожье охватывает основную часть степных земель Нижнего Поднепровья. С самого начала формирования украинского этноса и до конца XVIII в. было пограничьем с кочевыми народами. Земли Запорожья входили в состав Великого княжества Литовского в 1392–1430 гг. Их название в XV–XVI вв. - Дикое Поле. Но со временем началась новая волна колонизации, которая длилась вплоть до XVIII в. Она была связана с формированием и развитием здесь запорожского казачества. С началом Хмельнитчины Запорожье вошло в казацкое государство, а в 1667–1686 гг. находилось под двойным московско-польским протекторатом, с 1686–1711 гг. - под московским. В 1734–1775 - обширная территория вольностей Войска Запорожского. Лишь после окончательного включения региона в состав Российской империи в 30-50-х годах XVIII в. началось отторжение от Запорожья территорий и колонизация их сербами, молдаванами, болгарами, белорусами, греками. В 1709 г. и 1775 г. (окончательно) Сечь на Запорожье была ликвидирована российскими властями. В 1917–1918 гг. - в составе УНР.

Слобожанщина (Слободская Украина) включает северо-восток Украины и близлежащие районы России. Эти земли также формировались на границе оседлого и кочевого населения. Продолжительное время Слобожанщина была частью Дикого Поля между Речью Посполитой, Россией и Крымским ханством. Заселение региона, территория которого с XV в. стала принадлежать Московскому государству, началось в последние годы XVI в. и продолжалось на протяжении XVII–XVIII вв. - сюда уходило население из Среднего Поднепровья от войн и опустошений времен Хмельнитчины и Руины (1650-1670-е гг.), при этом украинцы расселялись не только в пределах современной украинской части Слобожанщины, а и на территориях нынешних Курской, Белгородской, Воронежской, Тамбовской областей России. Параллельно происходило заселение региона и русскими поселенцами, в частности служилыми людьми и беглыми крестьянами, а со второй половины XVIII в. - и крепостными, переселенными на "слободные земли", на которых до 1765 г. сохранялось местное самоуправление по украинскому образцу (полки). В 1917–1918 гг. - в составе УНР. Поскольку границы между УССР и РСФСР проводились не по этническим границам, то Слобожанщина оказалась разделена в основном линией северной границы Харьковской губернии.

Донбасс расположен в юго-восточной части Украины. Эти земли пережили несколько волн славянских миграций. Эта территория была промежуточной между землями Войска Запорожского и Войска Донского. Окончательная волна переселения XIX в. - колонизация региона украинцами и русскими. Потом край стал одним из центров индустриализации в России и СССР. В 1917–1918 г. - в составе УНР.

Таврия - Нижнее Поднепровье и западное Приазовье, север Крыма - типичная степная территория, заселенная продолжительное время кочевыми племенами. Славяне сюда попадали эпизодически. До конца XVIII в. здесь кочевали ногайские едичкульская и джамбуйлуцкая орды. Вместе с тем, на территорию региона в XVII–XVIII вв. проникали казаки, которые устраивали здесь зимовники, а потом колонизировали Кинбурнскую косу. После конфликта с Петром І в 1709–1734 гг. здесь (на территории Крымского ханства) находилась Олешковская Сечь. Однако целенаправленная колонизация началась лишь с конца XVIII в. - в ней принимали участие наравне с украинцами из Среднего Поднепровья также русские (военные поселенцы, крестьяне и сектанты), сербы, болгары, албанцы, немцы, шведы, греки и т. п. Ногайцы в основном были изгнаны российскими властями в Прикавказье или Османскую империю. В 1917–1918 гг. - в УНР и Украиской Державе гетмана П. Скоропадского.

Изображение
Корни символики. Серебряная монета Владимира Святого. Именно его княжеский знак, называемый с XIX в. "тризуб", положен в основу герба независимой Украины в 1918 и 1992 гг. Различные варианты этого довольно загадочного знака использовались многими Рюриковичами, начиная с "двузуба" Олега Вещего, Ольги, Святослава. Предположений о значении тризуба и его глубинном смысле - великое множество. Вероятно, что это родовой тотем, может быть, сокол. После Владимира многие князья вернулись к разным вариантам "двузуба".

Новороссия - территория Запорожья и Едисана, где кочевали ногайцы. Охватывает низовья Днепра и Буга, на запад к Днестру. В І-ІІ вв. побережье было периферийной частью Римской империи. В 1483–1791 гг. эта территория отходила то к Османской империи, то к ее вассалу Крымскому ханству. В 1790–1791 гг. во время очередной российско-турецкой войны здесь действовало Черноморское казацкое войско атамана Антона Головатого. Колонизация украинцами началась сразу после захвата региона Российской империей и изгнания ногайцев. Территория колонизировалась также русскими, евреями, болгарами, белорусами, молдаванами, не говоря уже о полиэтничной Одессе. В 1917–1918 гг. - в составе УНР и Украинской Державы гетмана П. Скоропадского. Отдельная страница в истории края - существование в 1924–1940 гг. на левобережье Днестра Молдавской АССР в составе УССР, которая была передана в 1940 г. Молдавской СССР, а в наше время является самопровозглашенной Приднестровской республикой.

Южная Бессарабия (Буджак). На рубеже VII и VI вв. до н. э. здесь была основана греческая колония Тира. В І-ІІ вв. н. э. регион был частью Римской империи. В конце VII в. в Нижнюю Бессарабию переселились тюрки-протоболгары, и она в конце VII в. и до начала VIII в. входила в Болгарское царство. Постепенно славянское население под давлением степных кочевников отошло на север. На Нижнем Дунае в древнерусские времена упоминаются бродники и берладники - предположительно славянское население, ведущее "казацкий" образ жизни. Контроль над Южной Бессарабией и Нижним Дунаем Руси или Галицкого княжества (что отражалось на советских исторических картах) - один из исторических (политических) мифов. Средоточием полиэтничного населения оставался Белгород, расположенный на Днестровском лимане. Этот город имел и итальянское, и молдавское, и венгерское названия. С середины XIV в. территория Бессарабии входила в Молдавское княжество. В 1484–1538 гг. нижняя часть Бессарабии была отвоевана у Молдавии Османской империей и стала известной под названием Буджак, а город Белгород - как Аккерман. Здесь в XVI в. поселились и кочевали ногайцы. В 1812 г. вся Бессарабия отошла к Российской империи. В 1828–1856 гг. здесь находилось Дунайское казачье войско (1856–1868 - Новороссийское казачье войско), которому было предоставлено самоуправление. На протяжении 1918–1940 гг. Бессарабия входила в состав Румынии. В 1940 г. после присоединения к СССР Нижняя Бессарабия, населенная украинцами, болгарами, гагаузами, русскими, чехами, молдаванами, албанцами, была передана УССР.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. Атрибутика: язык

Новое сообщение ZHAN » 15 июл 2017, 16:23

Процесс возникновения украинского языка достаточно трудно проследить по той причине, что древнейшие письменные памятники восточных славян долгое время писались на книжном древнерусском (церковнославянском/староболгарском) языке. Какой язык был разговорным в Древней Руси, тем более в отдельных ее частях, - сказать сложно. Известно, что было киевское "койне" (Койне - общеупотребительный язык. По примеру афинского диалекта в Древней Греции), галицкое "койне", а язык Церкви и летописей существенно отличался от языка князей, дружинников и торговых людей. (Хотя киевлянину должно быть приятно, что его земляки называли себя "кыянами" и тысячу лет тому назад, и сейчас. :) )

Изображение
Гербообразование "по Руси". Малый герб Украинской Народной Республики, принятый Центральной Радой в марте 1918 г. Эскиз Василия Кричевского. Преемственность государственности, как видим, ведется с древнерусских времен. В тогдашних дискуссиях тризуб как национальный символ победил предлагаемый некоторыми плуг, который бы составил неплохую компанию на складе хозяйственного инвентаря серпу и молоту.

Если брать "проукраинскую версию" историков языка, то, по их мнению, исследования древних письменных памятников, свидетельства исторической диалектологии говорят о том, что "протоукраинский диалектный массив", "праукраинский язык" сформировался, начиная со второй половины ХІІ в., то есть еще до монголо-татарского нашествия. Для "протоукраинского диалекта" были характерны тесные языковые взаимодействия с западно- и южнославянскими диалектными зонами; "проторусскому" были свойственны контакты с финно-угорскими и балтийскими языками. К концу ХІІІ в. глубокие фонетические изменения имеют уже не общевосточнославянский характер, а "ограниченную сферу распространения", что является показателем существования отдельного украинского языка [Украинцы / Под. ред. Н. С. Полищук, А. П. Пономарева. - М.: Наука, 2000].

Заметим здесь, что исторические языковые вопросы - из наиболее политизированных, и к ним мы еще вернемся. В любом случае, диалекты украинского (как диалекты любого европейского языка) гораздо старше, чем литературный, официальный и стандартизированный украинский язык. Каждый из них состоял из живой речи живых людей со времен формирования славянских племен и локальных стабильных украинских групп населения до современности.

Изображение
Гербообразование "по Запорожью". (1) Герб Войска Запорожского, гравюра 1622 г. Казак с мушкетом фигурировал и на многих украинских военных знаменах XVII–XVIII вв.
(2) Государственная печать Украинской Державы (1918). Эскиз Георгия Нарбута. Здесь подчеркиваются традиции украинской государственности уже времен казачества, важного для имиджа гетманата Скоропадского.


До XVIII в. существовали различные формы "староукраинского книжного языка", которые то популяризовались, то уходили в тень польского, а впоследствии были вытеснены бюрократическим и литературным русским.

В литературную сферу бытовой разговорный украинский язык постепенно входит с XVII в. (поэзия), но окончательно закрепляется в первой половине XIX в., после выхода в свет "Энеиды" Ивана Котляревского (1798), творчества Тараса Шевченко и западноукраинских просветителей (издания "Русалки Днестровой", 1837).

С середины XIX в. украинский язык подвергся в Российской империи ряду запретов, особенно в прикладном и образовательном его использовании.

В австрийской Галиции таких запретов не было, хотя и случались подобные нереализованные проекты.

К концу ХІХ в. украинский стандартный язык [Очень часто путается "литературный" язык и "стандартный", общеупотребительный, общепонятный и официальный. Литературный украинский, равно как и русский, немецкий и прочие, появился гораздо раньше, чем стал стандартным, с четко разработанными стилями и правописанием. Последняя заметная стандартизация русского языка относится к 1918 г. (реформа правописания).] более-менее сформировался и стал стилистически обогащаться, занимая и формируя необходимые ниши художественного, публицистического, научного, официально-делового, эпистолярного стилей.

В период украинского культурного возрождения 1920-х годов разрабатывалась научная и техническая терминология, было стандартизировано правописание.

В последующий период украинский язык целенаправленно лексически обеднялся путем замены в словаре все большего числа украинских слов русскими соответствиями (кальками) и сокращением числа украинских школ и изданий на украинском языке. Его алфавит подгонялся под русский путем устранения "непохожих" букв, например звонкой "ґ". Это было составляющей процесса растворения украинцев в новой общности "советского народа".

После провозглашения независимости 1991 г. украинский постепенно начал восстанавливать себя в правах в Украине, став ее государственным языком. Он вполне спокойно обслуживает все сферы жизни украиноязычных регионов Украины. Он может удовлетворять все коммуникативные потребности общества. Вне официальной сферы украинский редко используется в русскоязычных регионах Украины, за что никого не обижали вплоть до недавнего времени.

Есть еще смешанный украинско-русский язык "суржик", кроме просторечья используемый лишь в современной литературе (Богдан Жолдак или Лесь Подервянский). Суржик в исполнении Верки Сердючки многими в России может по незнанию приниматься за украинский язык, но на самом деле они сильно отличаются. Продвигаясь вверх по культурной лестнице, носитель "суржика" обычно перерастает, в зависимости от среды, в человека, говорящего нормально по- украински или по-русски.

Объективно в Украине существует ситуативный билингвизм: люди используют один из языков в зависимости от конкретных обстоятельств, и зависит это во многом от региональной специфики. Такая фактическая ситуация делает излишним вопрос о дискриминации русского языка в Украине: здесь ситуация обычного бардака, т. е. каждый в вопросе языка делает, что хочет, и говорит так, как хочет. Ущемления в употреблении русского языка нет. Возможно, это свобода, возможно - беспорядок. Тут каждый понимает в силу своих убеждений.

Украинский язык прибегает к активным внешним заимствованиям там же, где и в русском языке появляются "креативные менеджеры", "драйверы" и "операционные системы".

То есть, думать и говорить по- украински - это не проявление отсталости и кретинизма, для многих людей это - норма.

В ряде русифицированных регионов Украины бытует мнение, что украинский язык не может обслужить многие сферы жизни, является результатом банального невежества и умственной лени, нежелания впитать в себя что-то из культуры и представления, что все "нерусские" - отсталые жлобы и уроды.

По-украински ухитряются даже думать (без вреда для здоровья) многие вполне разумные и приличные люди (даже не националисты и не фашисты).

Активное нежелание признать украинский язык необходимым для жизни Украины и ограничить его статус (это случается под выборы) является проявлением хамства и варварства - то есть жить в Украине, но плевать на все проявления того, что ее Украиной делает. Таких людей к цивилизованным и культурным отнести сложно.

Изображение
Небо над полем. Первый общеукраинский флаг, учрежденный после объединения Украинской Народной Республики и Западноукраинской народной республики в январе 1919 г. Несколько ранее, при Павле Скоропадском (1918), утвердилось геральдически "неверное" расположение полос: по правилам геральдики на флаге, образованном из цветов герба, вверху должен находиться цвет геральдической фигуры (льва - желтый или золотой), а внизу - ее "поля" (фона - синий, голубой). Однако за 1917 г. стало ясно, что "украинские цвета" в массовом восприятии обычных украинцев далеки от буржуазной геральдики и ассоциируются с наиболее очевидным образом бескрайнего неба и (столь же бескрайнего) пшеничного поля. Поэтому теперь сверху - синий, а внизу - желтый.

Ну а если уж украинский считать совсем узко бытовым и устаревшим, то его соратником в этом плане является древнееврейский (иврит), сформировавшийся до нашей эры, вышедший из употребления во ІІ в. н. э. и "оживленный" лишь в конце ХІХ в., обслуживающий все сферы жизни современного Израиля - страны очень не бедной в отношении интеллекта, науки, технологий и образования.

Проблемами сохранения своего языка и его контроля над многими сферами жизни озабочены не только украинцы и евреи, но и многие европейские народы, - например, французы. Это также беспокоит русских, принимающих близко к сердцу судьбу русского языка в России и вне ее, принимающих соответствующие программы и соответственно их финансирующих. Это является лишь проявлением цивилизованности, включающей в себя заботу обо всем своем культурно уникальном наследии.

Уточним, что по "лексикону" (т. е. словарю) к украинскому языку ближайшими являются белорусский, польский, словацкий и русский.

Ближайшим к русскому является болгарский (т. е. все тот же книжный церковнославянский, или староболгарский). Это не националистические бредни, а вполне известные профессиональным языковедам подсчеты, не украинские.

Это свидетельствует о том, что стандартный украинский почковался от языка старого разговорного, а стандартный русский - уже от языка книжного и бюрократического. Поэтому, кстати, многие в свое время в России считали, что "Пушкин не имеет стиля" - ну куда ему до Державина? Просто Пушкин обогащал русский язык (для него самого - второй родной после французского) живой народной речью, а не официальным полуцерковнославянским "высоким штилем".

Существенно, что еще одним из "источников" украинского национализма является и русский язык, который практически использует треть населения Украины как основной язык общения, а остальные - по ситуации. Но роль и значение русского языка в Украине в контексте развития украинского национализма зависит от идентичности (меры украинского патриотизма) его носителей и объема использования в различных сферах общественной жизни. Пока что во многих существенно важных из них (СМИ, книгопечатание, публичная сфера ряда регионов) русский является конкурентом украинского, безальтернативно доминируя. Языковое "равновесие" пока не достигнуто, но, с другой стороны, "русскоязычный ресурс" еще очень мало используется для консолидации украинской гражданской нации.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм: ликбез для русских. Символика

Новое сообщение ZHAN » 16 июл 2017, 18:30

Национальным гимном украинцев, а теперь и государственным (с 1918 г. и с 1992 г.) является "Ще не вмерла Україна", написанный под впечатлением гимна сербского движения и опубликованный надднепрянским поэтом и этнографом Павлом Чубинским в 1863 г. Музыку написал галицкий композитор священник Михайло Вербицкий.

В ХІХ в. как национальные гимны также использовались "Завещание" Тараса Шевченко, "Боже Великий Единый" Олександра Конисского. Гимном галицких украинцев во время революции 1848 г. считался "Мир вам, братья, мы приносим" Ивана Гушалевича.

Малым гербом Украины (большой - бесконечно "разрабатывается") с 1992 г. является "тризуб" - княжий знак Владимира Великого, который он чеканил на своей серебряной монете. Тризуб уже был гербом украинского государства в 1918–1920 гг.
Изображение

Большой герб должен будет включать также символы Галиции (стоящий золотой лев) и Надднепрянщины (казак с мушкетом). Эти три наиболее популярные символа представляют традицию украинской государственности - от Киевской Руси к Руси Галицкой, а потом к казацкому государству Хмельницкого.
Изображение
Один из проектов

Цвета украинского флага - синий и желтый. Флаг с сине-желтым или желто-голубым сочетанием цветов происходит от цветов средневекового галицкого герба (золотой лев на лазоревом поле), а порядок полос (какой цвет сверху) до 1918 г. не был установлен. Флаг использовался в Галиции с 1848 г., а на Надднепрянщине - с 1905 г.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. Право давности

Новое сообщение ZHAN » 17 июл 2017, 21:49

Определенное видение прошлого - подоплека всех современных политических конструкций, национализм в этом плане - не исключение.
Нация без истории - невозможна. Это касается, как "состоявшейся" нации, обосновавшейся в своем национальном государстве, так и той, которая еще борется за самореализацию в собственном "политическом теле".
Изображение

Как бы то ни было, а все политические претензии любой нации концентрируются вокруг понятия суверенитета, государственности. А они ни на кого с неба не падают: они исторически "вызревают", проходят сложные эволюции, трансформируясь в современный институт национального государства.

Понятно, что термин этот (национальное государство) исторически столь же относительно нов, как и сам национализм, но то, что основной политической единицей современного мироустройства является именно национальное государство или же производные от него, - сомнений нет. С тех пор, как национальное видение мира в ХІХ в. уже предусматривало узаконения такого понятия, как "право наций на самоопределение", все общности людей, претендующие на то, что они "отдельная нация", увлеченно занимаются именно "самоопределением".

Для внешнего признания самоопределения и последующего пополнения рядов мирового сообщества наций необходимы некоторые основания. Исходной предпосылкой для соревнования за границы, статусы и суверенитеты является трудноопределимое, но всегда игравшее свою существенную роль право давности.

Когда в XVI–XVII вв. в Западной Европе формировалось общее представление о правовых категориях, в него неотъемлемой частью вошло и право давности. Оно не обязательно должно подтверждаться некими документами, а просто быть элементом традиционных представлений, не доказуемой истиной, а ощущаемой правдой. Его суть - в извечном (и в силу этого - должном) существовании определенных вещей.

Для политических коллизий Европы раннего Нового времени характерно отстаивание "извечных прав и вольностей", что мы можем вполне наглядно ощутить в схожей риторике Оливера Кромвеля и Богдана Хмельницкого. Ведь заметим, что и долгая борьба парламентской партии в Англии, и жесткое выяснение отношений Войска Запорожского и Короны Польской концентрировались вокруг разной трактовки "извечных прав" и прерогатив - или английского парламента и монарха, или Войска и монарха. В принципе, и те, и другие апеллировали к давним документам, актам, хартиям, привилегиям и прочему, но это не меняет сути их борьбы - восстановление давнего и справедливого, которое несправедливо ущемлено нововведениями.

В те времена общественное сознание явно не было готово к тому, чтобы требовать чего-то "хорошего, но нового", поскольку общественный порядок был действительно традиционным; все декларированные изменения основывались на просто ином (обновленном) понимании давней традиции. Поэтому изначально и Революция парламента, и Революция Хмельницкого были революциями в призабытом сегодня истинном смысле этого слова (revolutio) - "возврат к предыдущему состоянию".

Где-то в такой же логике работает и национальное сознание, невозможное без опоры на древнюю национальную историю. Для того чтобы человек набрался храбрости требовать установления кардинально нового порядка, нужны были плоды Просвещения с пафосом человеческого разума и его способности преобразовать мир.

Политические претензии нации, в том числе и украинской, исходят из существования актуальной или давней/недавней несправедливости (оккупации, зависимого статуса, неполного суверенитета), а необходимость исправления ситуации обуславливается тем, что раньше было иначе. Необходимо доказать две вещи:
что данный народ существовал издавна и очень давно жил на определенной территории;
что он всегда желал "самоопределиться" и, возможно, имел уже в этом смысле некие достижения (например, государственность, которая была утрачена).

С обоснованием этих двух аргументов связаны сопутствующие моменты: соревнования "кто раньше здесь поселился", "кто древнее всех на свете" и где находится "родина слонов". :D

В этих плоскостях могут как развиться плодотворные исторические исследования, так и бурно возбуять национальные комплексы неполноценности, которые находят компенсацию в пламенном доказывании глубочайших исторических корней своей нации, желаемой автохтонности, ее древнего могущества, в очевидном историческом и культурном превосходстве над ближайшими конкурентами ("это мы их всему научили") и т. п. Очень часто усилия в этом направлении приводят к необычайной исторической абсурдности, чему примеры мы видим регулярно. Из европейских народов только венгры не утруждают себя доказывать свою полную "закоренелость" и необычайную древность на территории Венгрии: все их учебники истории начинаются с главы "Обретение Родины", ибо точно известно, что в Подунавье они забрели в ІХ в.

С упомянутыми двумя вопросами очень много сложностей: вспомним спор евреев и палестинцев. Последние, может, и появились на землях Израиля/Палестины позже евреев, но все же тысячу триста лет назад. Кто же теперь может эту землю считать своей? Понятно, что евреи не добровольно покинули Землю Обетованную, но и не палестинцы их изгнали оттуда. Однако не будем углубляться в ближневосточный конфликт, а вернемся в "наши палестины".

Если украинцы вообще хотят на что-то претендовать в этом мире (на то, что они являются отдельным народом и заслужили свою государственность и независимость), то необходимо доказать, что они издревле жили в Украине, никуда не удалялись, героически боролись против всех внешних агрессоров, могут похвастаться преемственностью государственных традиций, были лишены своей независимости незаконно и поэтому должны обрести ее вполне легитимно, - т. е. они выстрадали свой нынешний державный статус и имеют моральное и историческое право на свою независимость.

Все это может доказать лишь определенная трактовка прошлого Украины. Мы дадим необходимый объем той информации о прошлом, которая позволила украинскому национализму в ХІХ и ХХ вв. постулировать то, что украинцы имеют на что-то право "в истории", то есть некий общий исторический опыт определенного коллектива и некие "исторические права". Это все в комплексе невозможно без понимания исторической эволюции "украинской" идентичности: самоназвания украинцев менялись, но народ (или этнос, если хотите "по-научному") никуда не девался, продолжал свои тысячи и миллионы жизней на все той же земле, он лишь изменял свой взгляд на мир в зависимости от эпохи и исторической ситуации. Большинство украинцев во все времена, как и большинство людей вообще, обычно волновали проблемы бытовые и семейные (кусок хлеба заработать и детей воспитать), но этот поток бытия иногда выплескивался в "историческую сферу" - что-то происходило, - то, что потом дало нынешнюю Украину.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

История как конкуренция современных мифов

Новое сообщение ZHAN » 19 июл 2017, 22:31

В широких массах читающей публики бытует мнение, что иногда можно открыть или восстановить "историческую правду". Эта мысль верна лишь отчасти. Мы действительно можем обнаружить определенные, часто скрываемые или извращаемые, факты, которые становятся уже внешней оболочкой для того смысла, который потом в них вкладывает историк, публицист, а уж тем более политик. Одно дело - вещи доселе неизвестные и открываемые "впервые"; гораздо сложнее с фактами известными, но сознательно скрытыми, заретушированными (пример - те же сталинские репрессии, вновь "открытые" в Перестройку).

Главную же проблему понимания истории составляет то, как понимали эти факты (и замечали ли их вообще) люди того времени, когда непосредственно происходили эти события, и какой смысл сами участники в них видели. Вот, например, те же репрессии: советский режим перемалывал миллионы невинных жизней, а подавляющее большинство граждан было счастливо в самой лучшей стране и регулярно шло на заклание с тупым недоумением скотины, сдаваемой любящим хозяином на мясо.

Чья правда "правдивей" - тех, кто считает, что коммунистический режим издевался над людьми, лишая их человеческого облика и подобия, или тех, для кого это были лучшие годы жизни, молодость, счастье, героизм и романтика, Великая Победа, спокойные времена стабильности и некоего благополучия? :unknown:

Человека, дошедшего в 1945 г. до Берлина, обычно уже не беспокоило то, что еще четыре года тому назад его страна была союзницей Гитлера и делила с ним Восточную Европу. Этот человек искренне думал, что спас Европу от фашизма. Однако те, кого он освободил в 1945 г., положили сорок лет, чтобы "освободиться от освободителя" в 1989–1991 гг.

Почему-то хотели свободы венгры в 1956 г., и чехо-словаки в 1968 г., и та же польская "Солидарность", - и хоть пытались они изменить свой политический режим, было ясно, кто, в конечном итоге, держит тех в узде.

Для кого-то все ужасы закончились в сорок пятом, а для кого-то это был лишь год смены одного оккупанта другим.

Все же споры о памятниках солдатам-освободителям упираются не в то, в чем виновны или невиновны эти солдаты (которые, как и все солдаты, исполняли свой долг), а в то, что пришло вслед за этими солдатами-освободителями, и что "освобожденным" это освобождение принесло. Настоящий освободитель освобождает от кого-то "плохого" и оставляет жить в свободе. Хотя чаще бывает так, как писала Леся Украинка: "освободишься сам - будешь свободен, освободят тебя - будешь рабом".

Поэтому, хоть советский народ и заплатил за победу над фашизмом бесспорно больше всех, но некий объем свободы народам Европы (правду не утаишь) оставила после изгнания гитлеровцев отнюдь не советская власть, а "западные союзники".

Способность преодолеть традиционные стереотипы своего "комфортного" исторического воспитания ("мы всегда были хорошими") для чего-то более перспективного, ради честного будущего является показателем цивилизованности, взрослости человека разумного, то есть его способности признать неприятные факты и разделить ответственность. Ведь желание огульно отрицать все, что не нравится, и стараться поверить в то, чего не было, - это проявление психологической безответственности, исторического инфантилизма. Ребенок думает, что его не увидят, если он закроет глаза и не будет смотреть на других. Кто не признает ошибок, тот их обязательно повторяет.

Поэтому историческая, цивилизационная роль послевоенных германских канцлеров, которые выглядели не всегда гордыми и извинялись за преступления своих соотечественников во время войны, будет всегда более значимой, чем роль властей нынешней России, правопреемника советской империи, отказывающихся признать всем известный факт оккупации Прибалтики в 1940 г. и геноцид украинцев в 1933 г. Гордые русские никогда не извиняются (и ведь никто же не говорит, что это сделали "только русские", - но это были советские)?

Конечно, потому что никому ничего плохого не делали? Никогда? :unknown:

Желание русского человека жить в гармонии и внутреннем комфорте понятно, но вряд ли стоит верить, что все народы России вошли в ее состав "добровольно" и с радостью (последняя иллюзия явно отличает царскую и советскую Россию от других колониальных империй). Банальные факты порой неприглядны, но они многое объясняют в сегодняшних реалиях - например, судьбы Кавказа или то, почему поляки, эстонцы или западные украинцы "не любят" Россию.
А за что, собственно, им ее любить? :unknown:

Папа римский уже 130 лет пользуется догматом о своей непогрешимости, но Иоанн-Павел ІІ позволил себе извиниться и за инквизицию, и за крестовые походы. Кто его за язык тянул? Сколько недавно проблем было из-за польского кладбища "орлят", погибших в боях с украинцами за Львов в 1918 г.: может ли стоять памятник этим борцам "за Польшу" в "украинском Львове"? Слава и Богу, и людям, теперь стоит, ибо у всех своя правда и каждый воевал за свою родину, хотя для кого-то эта родина сегодня уже на чужой территории. "Мертвые сраму не имут".

Важно то, что понимание проблем прошлого всегда обусловлено настоящим, а не наоборот, как могло бы показаться. Погром "войсками Юрия Боголюбского" Киева в 1169 г. не нес для его современников той смысловой нагрузки, как для многих современных украинских историков: для людей ХІІ в. это был особо жестокий случай княжеской "усобицы", для сегодняшнего дня - начало конфликтов за древнерусское наследие между будущими Россией и Украиной. Человек, живший в XII или XVIII вв., не может создать проблем человеку, живущему в XXI в., поскольку он уже давно умер да и жил реалиями своего времени, он просто не понял бы тех проблем, которые беспокоят нашего современника. Зато понимание его дел потомками происходит с точки зрения правильности или оправданности, в зависимости от того, что нас сейчас особенно беспокоит.

Если бы украинцы были уже органичной частью "триединой русской нации" (как это мыслилось в XIX в.) или окончательно растворились в "советском народе" (как желалось в ХХв.), поход "Боголюбского" или мотивы измены гетмана Мазепы мало бы кого интересовали. Оба бы уже давно канули в Лету "смутных" исторических периодов ("нет проблемы - нет человека").

Наш язык по своей природе идеологичен и делает подавляющее большинство будто бы нейтральных прилагательных и определений в сфере "исторического" сразу оценочными суждениями. Историк так же, как и националист, конструирует свой "объект исследования" в процессе отбора, формулирует то, что он исследует, и догадывается часто о том, что он в результате "откроет". Самый простой пример: как называть военные события 1941–1945 гг. на территории Украины - "Второй мировой войной", "советско-германской" или "Великой Отечественной"? В каждом коротком определении (и каждое - справедливо) уже содержится некая оценка не только 1941–1945 гг., но и 1939–1941 гг., и вопроса об "освобождении" или "оккупации", да и всего "советского периода истории".

Правда, даже наиболее нейтральное первое определение имеет двойной смысл: кто был с Гитлером, а кто - против в 1939–1941 гг.? 22 июня 1941 г. отнюдь не компенсирует и не извиняет Пакта Молотова-Риббентропа.

Все это - неизбежные симптомы того, что узаконение историческими аргументами оснований и лозунгов современных идейных и политических течений - одна из исходных способностей и свойств исторической науки. Другой вопрос - интенсивность применения этой способности, чтобы еще оставалось место и для науки вне политики, если таковое вообще возможно.

Как показывает практика, сегодня не существует неразрешимого противоречия между официозными спекуляциями политического характера и "чистой наукой". Историки могут заниматься той истиной, которая соответствует их академическим модам, но для широких масс населения, далеких от нюансов исторического метода, история всегда останется мифологической, дающей, как и любой миф, простое объяснение некоторым сегодняшним проблемам. Для политиков отклик "электората" на политический процесс должен быть быстрым, на уровне подсознательного, всякие сомнения и томления духа - вредны, ибо заставляют людей думать.

Поэтому политикам выгодна максимально упрощенная история, в минимальном количестве слов отвечающая на максимальное количество вопросов.

Такая мифичность прошлого - не есть просто заговор демагогов, поскольку люди ведь не могут все засесть в библиотеку, чтобы в миллионах томов "истории" найти правду. Люди просто верят в тот вариант правды, который отвечает на их сегодняшние вопросы, в духе, продиктованном их личным опытом, социальной и культурной средой.

События 2004 г. в Украине были показателем борьбы двух мифов - украинского и постсоветского. Один хотел найти украинское новое и перспективное, другой - советское старое и как-то его облачить в новые одежды.

То есть эти мифы, как все современное мировоззрение, дают представление и о прошлом, и о будущем, задавая смысл жизни нынешней. За каждым из этих мифов - своя реальность, конкурирующая с другой прямо сейчас. Изменения в настоящем заставят склониться чашу весов и в прошлом, внеся ясность в доселе смутные и неразрешимые для граждан проблемы.

Зачем же создаются мифы? :unknown:
Попробуем ответить:

Миф является способом самоидентификации общества или нации в мире, его отождествления с определенной политической, культурной, этнической традицией, поскольку отвечает на вопрос "кто мы?" и задает систему координат для оценки минувших или сегодняшних событий.

Миф о прошлом позволяет протянуть нить из прошлого через настоящее в будущее и спрогнозировать его некий желаемый вариант.

Миф является средством междуусобной борьбы различных общественных или политических групп, государств между собой с целью дискредитации противника и утверждения собственной системы ценностей; твое пространство - там, где разделяют твои убеждения; пока живет миф о счастливом советском прошлом, сохраняется шанс и для "возвращения" в этот "утраченный рай".

Исторические мифы используются властями при управлении обществом для обоснования единственной правильности сегодняшнего положения вещей.

Мифы имеют как психотерапевтическую функцию, ослабляя определенные комплексы и страхи общества, так и мобилизирующую, направляя агрессию на внутренних и внешних врагов.

Мифы подкрепляют человеческую уверенность в том, что то, что человек делает или хочет сделать сегодня, уже ранее делалось или хотя бы предполагалось. Это уменьшает сегодняшнюю ответственность, сваливая ее груз на предшественников, которые и "заварили всю кашу". Но зато человек уже не одинок в истории.

Мы подбираем себе подходящие мифы, и именно они становятся нашей правдой (меняется наш опыт, меняются убеждения, меняются мифы - меняется наша правда).

Украинский миф (и о самом существовании украинскости, и о ее прошлом, и о ее грядущем) всегда нес в себе черты правды, некой достоверности. Это достаточно добротный миф, раз в него поверили и другие, поскольку за его исповедование или распространение людей сажали в тюрьмы, убивали или морили голодом. В этом смысле нет никакой разницы между "украинским мифом" и "украинской правдой", между ними нет противоречия, ведь наша жизнь полна иллюзий, но эти иллюзии порой заставляют нас жить и придают жизни определенный смысл. Миф - как вера в справедливость своих сегодняшних притязаний и планов, как вера именно в светлое будущее, хотя мы знаем, что бывают и плохие времена.

Поэтому что-то "демифологизировать" - процедура неприятная, поскольку размывает ясность представлений сегодняшнего дня, частично выбивая из-под них историческую почву. Переосмысление прошлого заставляет людей освежить свои настоящие предпочтения, провериться лишний раз, за что же, собственно, все "борются". Но и демифологизация не оставляет после себя пустоты, поскольку разочарование в одном мифе лишь создает новые или обращает к другому старому мифу, ранее отвергаемому или сомнительному.

Разочаровавшись в советском мифе, постсоветские (а по натуре все те же советские) люди прониклись еще толком не апробированым национальным мифом, но у части из них разочарование в национальном (скорее в его экономических реалиях, нежели в исторической "достоверности") вновь оживило ностальгический советский миф. И это несмотря на то, что мы знаем, что его жизнеспособность в идеалистических массовых представлениях гораздо крепче его реальной жизнеспособности экономической, культурной и человеческой - Союз ведь сам помер).

Украинцам "демифологизироваться" порой тоже полезно, чтобы лучше разобраться не только в своем прошлом, но и в настоящем. Это - позволю себе высказаться как историк - нестрашно, поскольку некая возможная горькая правда вряд ли сможет поколебать фундаментальные основания "украинской веры", или же украинского национализма. Да и мифы свои надо периодически модернизировать, дабы соответствовали реалиям времени. Нельзя терять свежесть восприятия, ведь "устаревший миф" - это как "предыдущая война", к которой, согласно поговорке, всегда готовятся нынешние генералы.

С украинским "шароварным" (или "этнографическим") мифом, уместным в романтическом ХІХ в., уже неудобно в ХХI в., который требует более системного и глобального мышления. Фольклор и всю нашу разнообразную "этнику" важно любить и знать, но, как уместно заметил еще восемьдесят лет назад украинский историк Вячеслав Липинский, "когда едешь на мотоцикле с газетой в кармане, новых дум запорожских уже не создать"… :)
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм: ликбез для русских. Тормоза?

Новое сообщение ZHAN » 21 июл 2017, 20:21

В гиперпатриотическом видении происхождения украинцев пересекаются две проблемы: генетическая и лингвистическая, которые путаются многими авторами, исследующими украинский этногенез (Этногенез - процесс возникновения определенного этноса). Здесь конкурируют между собой простительное с точки зрения патриотизма желание максимально "удревнить" украинцев и вполне очевидное - оставить их при этом славянами. Но многие чрезмерно увлеченные патриоты в порыве своего древноукраинолюбия доходят до абсурда, забывая о том, кто вообще такие украинцы.

Изображение
Хлеборобы, да не те. Трипольскую культуру многие псевдоученые связывают с праукраинцами. На этом сосуде конца IV тысячелетия до н. э., найденном в 2002 г., обнаружено древнейшее в Восточной Европе изображение плуга. Он, что характерно, тогда был совершеннее, чем орудия труда гораздо более поздних славян, к которым мы можем отнести украинцев.

Последние годы в Украине стало популярно в национал-патриотическом политическом лагере, среди коллекционеров и предпринимателей от "черной археологии", вести происхождение украинцев от трипольской культуры - ранней земледельческой культуры эпохи энеолита, т. е. меднокаменного века, существовавшей в период 5400–2750 гг. до н. э. Подсознательно возникает желание повысить "статус" этой культуры до "цивилизации". Немного углубимся в вопрос.

Трипольскую культуру открыл известный археолог Викентий Хвойка в 1898 г. (Правда, с других "сторон" ее уже открывали в Галиции и Румынии.). Название свое она получила от села Триполье (под Киевом), в котором во время раскопок Хвойка сделал наиболее значимые находки, которые, собственно, и позволили ему выделить эту культуру.

Трипольская культура является современницей цивилизаций Древнего Египта и Месопотамии. Находки говорят о ней как о сообществе ранних земледельцев; они оставили после себя весьма симпатичную орнаментированную керамику, антропоморфные фигурки почитаемых древними художниками женских образов и остатки поселений, которые иногда достигали огромных размеров ("протогорода"). В силу экстенсивного характера их земледельческого хозяйства (т. е. обрабатываемая земля в течение нескольких десятков лет истощалась, и приходилось регулярно перемещать поселения) в некоторых местностях трипольские поселения расположены через каждые пару-тройку километров. Ареал этой культуры охватывает территорию в лесостепной зоне от восточных склонов Карпат до Волыни и Днепровского Левобережья. Наиболее богаты на трипольское наследие Винницкая и Черкасская области.

Теперь о "цивилизации". Конечно, существует множество определений этого понятия, и в какие-то достаточно "широкие" из них Триполье явно вписывается. Но если говорить конкретно о той эпохе, то ранняя цивилизация - это когда существуют такие признаки, как: социальное расслоение, государство, письменность, города и дворцово-храмовые комплексы. Они позволяют хоть как-то вообще отделить первые цивилизации от других современных им обществ и культур. Иначе мы можем спокойно называть "цивилизациями" практически любые древние сообщества. Так, кстати, многие и поступают: "кельтская цивилизация", "германская", "славянская". Но это определение - гипербола, и посему уместно как публицистическое преувеличение, "высокий штиль". Поэтому я не пугаюсь изданий с названием "Трипольская цивилизация" - на здоровье, было бы грамотно. Но я веду речь о другом: о некоем комплексе неполноценности, который заставляет людей провозглашать именно первенство "трипольской цивилизации" в ряду других древних цивилизаций, а значит - здесь возникает "конкуренция" древних, ранних цивилизаций.

У трипольцев происходило определенное социальное расслоение, но очень медленное и не столь значимое (т. е. определить его по типам жилищ или погребений сложно, "дворцов" пока не нашли). Из вопроса о социальном расслоении прямо можно судить о государственности, имущественной и властной иерархии. Религиозная сфера социальной жизни у трипольцев еще не отделилась от иных; соответственно, храмов, которые являются одним из неотъемлемых признаков известных нам ранних цивилизаций, пока не найдено. Для такого достаточно простого общества вряд ли была необходима письменная фиксация происходящего, ведь для возникновения письменности необходима какая-то социальная потребность, когда устная передача информации уже не удовлетворяет. Быт же трипольцев был несложен, потребности управления не предполагали фискальной политики и ведения архивов, а религиозная жизнь - записи священных текстов.

Пытаются, правда, некоторые пытливые умы трактовать элементы орнамента на керамике как письменность, но максимум, что это могло быть, - просто какие-то символы, идеограммы, имеющие священное значение для солнечного культа (та же свастика). Видимо, украинская земля и тогда уже была достаточно щедра для своих обитателей, не требуя от них сверхусилий. А ведь первые цивилизации возникли в более сложных условиях - надо было рыть оросительные каналы, организовываться, формировать для выживания социальную иерархию (так было и в Египте, и в Месопотамии), воевать с соседями за их запасы. Жесткая борьба за ресурсы… А у трипольцев поселения в основном не укреплялись - значит, комфорта хватало. Людям для прогресса нужно разрешение больших проблем, а не гармония с природой. А у трипольцев, видимо, была гармония.

Еще одна проблема украинских трипольцев - корни этой культуры, ведь она пришла на украинскую территорию из румынских Карпат и в Румынии она называется "культура Кукутень". То есть правильно писать - "культура Кукутень-Триполье". Значит трипольцы в ущербной "национальной логике" - это скорее румыны. Это даже можно считать первой "румынской оккупацией", если кому-то охота. Хотя украинские и румынские древнелюбы могут, теоретически, поделить эту культуру пополам (наверное, это проще, чем делить черноморский шельф): шел себе кукутенец- румын, переплыл Днестр - стал трипольцем-украинцем. :D

Если же считать, что народ-носитель культуры пришел оттуда, откуда эта культура генетически происходит, можно покопаться еще глубже (нужно же найти "украинские корни"!) - земледелие к нам пришло с Балкан, а туда - из Малой Азии. И несли его определенные люди, значит нужно вести украинский род непосредственно от народов Средиземноморья и Ближнего Востока. Во всяком случае, антропологически (по физическому строению) "трипольцы" именно оттуда и происходят: как пишет антрополог Сергей Сегеда, по данным основных известных могильников (правда, из-за обычая кремации их немного), мы имеем дело с чертами представителей "западного варианта древнесредиземноморского типа, который был достаточно распространен среди энеолитического населения Балкан и некоторых регионов Центральной Европы". При этом они вступали в смешанные браки с соседями, что обогащало трипольскую "антропологию".

Ну а самая большая проблема с трипольцами - это то, что мы никак не можем их считать славянами, а украинцы пока еще остаются таковыми. Ведь славяне - это часть индоевропейской языковой семьи.

Украинцы изначально, в этническом смысле, определяются все же по языку - украинскому, восточнославянскому, индоевропейскому. Трипольцы, хоть тресни, не были индоевропейцами. :no:

Однако некоторые ученые говорят, что нужно изучать историю народа, а не языка (этногенез, а не глоттогенез). Но им я отвечу, что тогда речь идет лишь о населении определенной территории (в данном случае Украины, - иначе как определить пределы "народа"), которое на протяжении исторического и доисторического времени в этническом отношении изменялось, смешивалось (какие-то народы мигрировали через наши земли, обогащая наших предков своим генофондом, влияя на их внешность, язык и политическую принадлежность). В этом случае мы можем говорить лишь о судьбах пестрого населения территории (окончательно оформившейся в XX в.), включая в него очень многие, весьма далекие от нынешних украинцев этнические группы: от готов до гуннов, булгар, венгров, печенегов, половцев, ногайцев, греков, итальянцев и еще многих и многих. Добавим и вполне законную компанию нетитульных "коренных народов" Украины: крымские татары, гагаузы, караимы, крымчаки, корни которых уходят как минимум в Средневековье. Они имеют отношение к тому народу, который здесь жил? :unknown:

Если он измеряется территорией Украины, то несомненно. Но если речь идет об истории украинского народа-этноса, то он (как, впрочем, и все другие европейские народы) провел свою до- и историческую жизнь в таких сложных симбиозах, смешениях, миграциях, что исходные "параметры" позволяли бы образоваться особому "руському народу" (из потенциальных украинцев и беларусов), а не украинскому. И могло бы население Среднего Приднепровья "иранизироваться", а не "славянизироваться" по языку - тогда украинскими ближайшими родственниками были бы осетины, а не беларусы.

Но в данном случае государственные претензии украинской нации заставляют нас следить прежде всего за судьбой украинцев, а не вообще всех, кто здесь побывал или живет. Это просто диктует мне тема - я же пишу не "историю народов Украины", меня беспокоят украинские националисты. Поэтому я строго постулирую: если нет индоевропейцев, нет славян, - то нет и украинцев.

Добавим, что после трипольцев население этой земли сменилось столь многократно, что если какая-то часть их потомков и дожила до формирования восточных славян, то это явно не сыграло какой-то четко фиксируемой роли в украинском этногенезе. Генетически трипольцы "в телах" украинцев, несомненно, присутствуют, но как и практически все народы, которые побывали на территории Украины, поскольку полного замещения населения тут никогда не было.

Да, конечно, трипольцев роднит с украинцами еще и их любовь к земледелию, хаты-мазанки у них похожие, землю любили и т. д. Это чудесно, но тут можно заметить, что образ жизни и мировоззренческие симпатии у земледельческих народов, живущих, тем более, на одной территории (климат, ландшафт, почвы), должны быть похожи в силу хозяйственной и бытовой целесообразности (вряд ли "трипольцы", если бы были не украинцы, стали бы вить гнезда на деревьях). Кстати, в древнерусский период мазанок не существовало, эта традиция в определенный момент утратилась…

Так что о "первой цивилизации" мы можем забыть. Уместно заметила археолог Наталия Бурдо:
"Это чистая правда, что трипольские протогорода лежали в руинах, когда возникли египетские пирамиды. Правда также и то, что история начинается не в Шумере, если подразумевать именно изобретение земледелия как "начало истории", первый шаг к цивилизованной жизни. Однако этот шаг был сделан тоже не в Украине. Ведь в то время, когда древние жители Анатолии (территория современной Турции) начали одомашнивать злаки и приручать диких предков овец и коз, территории нашего края процентов на 50 еще покрывал ледник".
Псевдоисторическая индустрия, развившаяся на эксплуатации наследия ни в чем не повинных трипольцев, активно растет: сооружаются частные музеи, цена на трипольские находки увеличивается (часто безосновательно), "черная археология" и подделки процветают, а частные коллекции успешно пополняются. Поэтому "трипольская наука" не может останавливаться в своем развитии.

Еще одно важное и плодотворное усовершенствование идеи об украинцах-трипольцах - это открытие в недрах трипольской цивилизации "древнейшего государства Аратта".

Частный музей в селе Триполье называется "Древняя Аратта-Украина". С горным городом-государством Аратта воевали древние шумеры и разгромили его, после чего оставшиеся жители разбрелись по округе. В древней мировой истории рассматривается несколько версий местонахождения Аратты: от Закавказья до Южного Ирана. Но бредовая мысль о походе шумеров на Украину никому, кроме отечественных "народных академиков", в голову не приходила. :fool:

Правда, в этом деле наконец-то заработало братство восточных славян: украинский изобретатель Аратты-Украины Ю. Шилов обратился к "великому открытию" московского коллеги А. Кифишина. Последний обнаружил на стенах неолитического святилища Каменная Могила (возле Мелитополя) древнейший "протошумерский архив", уходящий в прошлое на 20 тысяч лет и говорящий о том, что шумеры в Месопотамию пришли именно отсюда. Видимо, уничтожая Аратту через 15 тысяч лет, они просто заметали следы. :lol:

К сожалению, никому, кроме озаренного А. Кифишина, этот архив (состоящий из символических изображений-пиктограмм на каменных глыбах) так и не открыл своих тайн. :D

У меня есть правдоподобная версия, опирающаяся на мнение другой секты любителей Триполья и Каменной Могилы, считающей, что через эту Могилу проходит особенно сильное космическое излучение. Возможно, А. Кифишин просто "перебрал" излучения и ему открывается из космоса нечто, недоступное менее "заряженным" исследователям. :D

Возьмем еще один немаловажный аспект: если "трипольцы" - это украинцы, то украинцы принадлежат к числу самых "тормознутых" народов в истории. Подумайте сами: достигнув 5 тысяч лет назад стадии развития "почти цивилизации", они потом вообще непонятно чем занимались, если на пороге ІІІ тысячелетия новой эры не могут определить, чего хотят от себя и окружающих. Это все равно, что сказать: все то время, пока другие народы писали всемирную историю, украинцы были "в поле" или любовались "садком вишневым коло хаты". Что же тогда получается? Очень конкретно неисторический народ…

Однако последний приведенный аргумент - для меня бессмысленный, поскольку он уместен лишь в пределах ущербной логики мышления гиперпатриотов. Они всегда смогут привести в ответ список коварных врагов, которые и помешали нам достичь величия, - пойдут монголы, поляки, москали, сионисты с их всемирным заговором, американцы.

Единственное, что меня "успокаивает", это то, что подобные комплексы свойственны не одним украинцам. В России среди той же категории людей популярна теория о древней "Гиперборее" на севере России, которая создала мировую цивилизацию в эпоху ледникового периода, что это и есть самая первая и настоящая Русь, и родина нордических ариев, что Новгороду - 5000 лет (да хоть миллион., тогда почему не "Старгород"?).

В спорах убогих по обе стороны украинско-российской границы может варьироваться лишь мера исторического невежества, ксенофобии и шизофрении. Объединяет зато их всех - неприятие "официальной науки", которая скептически относится к таким формам современного шаманизма. Подсознательно все эти эпохальные открытия являются следствием комплекса неполноценности или второсортности, "отсталости".

У украинцев - потому что государство молодо и не отягощено великими свершениями в современности, их тянет в прошлое, где хочется с пеной у рта доказывать про Украину-"родину слонов" и идею "всеобщего первородства" (украинцы - первые индоевропейцы и т. д.). У россиян - страдания по поводу утраченной империи и статуса сверхдержавы. Взлелеянный блок братских славянских стран позорно и с энтузиазмом разбежался, продался врагам; поляки, чехи, словаки, болгары служат "натовским агрессорам". "Родина российской государственности" Киев оказался за границей; где искать теперь начало России - неясно (поэтому проще отрицать существование Украины), в мире главенствует "коварный Запад", ошейник НАТО все сильнее сжимается на шее свободолюбивого русского медведя. Тут уж не одну Гиперборею из лапы высосешь. Самое неприятное, что чувство "вечно осажденной крепости" (которое прямиком ведет к поиску внутренних врагов, буржуазных наймитов и безродных космополитов) лишь взращивается официальной идеологией современной России.
Не одиноки, увы, украинцы в душевных болезнях. :(

Кстати, трипольцы с большой теплотой поминаются в новейшей "Истории России" под редакцией директора Института российской истории РАН А. Н. Сахарова. Неужели россияне тоже вмешаются в раздел "трипольского наследства"? :unknown: :%)
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. Украинцы - нечистые арийцы

Новое сообщение ZHAN » 24 июл 2017, 20:26

Отступление в индоевропейские дебри вызвано тем же подозрением, что и в случае с трипольцами: что усердные поиски в этом направлении древнеукраинолюбов обусловлены не столько историческим интересом как таковым (что может быть интереснее, чем загадки глубокого прошлого?), сколько проявлением еще одной формы комплекса национальной неполноценности.
Изображение

Трипольский вариант "древность, несмотря ни на что" и "мы стали великими раньше всех", "права всеобщего первородства" является зеркальным отражением арийской темы.

Итак, еще одним объектом страсти древнеукраинолюбов являются индоевропейцы-арии. Учитывая, что "арийская проблема" утратила за последние 50 лет политическую остроту, эти изыскания могут показаться чисто академическими: проблема старая, из "любимых", по этому поводу долго ломала копья еще советская историческая и лингвистическая наука. Правда, революции не произошло: прародина индоевропейской языковой семьи продолжает блуждать от Центральной Европы до Малой Азии и Урала. Некоторые нынешние украинские авторы, ныряя в этот изрядно замутненный поток, пылко желают доказать, что Украина обязательно является именно "прародиной" индоевропейцев, а украинцы, соответственно, - самые первые индоевропейцы (поскольку они здесь - на прародине - и остались).

В трипольской и арийской проблемах откровенно слабо стыкуются данные двух наук - археологии и лингвистики, или даже трех, если добавить физическую антропологию.

Археологи могут определить некие материальные культуры (а это целый комплекс способа хозяйствования, предметов труда, быта, войны и культа, духовная культура), проследить их изменения во времени и наследование, преемственность в последующих культурах.

Антропологи - восстановить внешний вид древних.

Но если нет каких-либо местных или внешних письменных свидетельств того, что это за народ, на каком языке он говорил, то мы не можем определить его этничность. :no:

Эта простая, но важная мысль еще в 1786 г. пришла в голову английскому лингвисту Уильяму Джонсу - и как раз относительно индоевропейцев. Он озадачился тем, что общность языковых характеристик не означает совпадение материальной культуры и внешних черт людей: англичане и большая часть жителей Индостана - индоевропейцы, но они даже разного цвета!

Когда данные лингвистики не соответствуют данным антропологии или археологии, то возможны лишь предположения и гипотезы. Тогда каждая ступенька "вглубь" - это сокращение достоверности: чем глубже, тем больше иных возможных вариантов, всё становится сомнительней, и не что-то одно, а вообще все подобные умозаключения.

В принципе, если материально-культурную преемственность проследить достаточно глубоко (вплоть до неолита), то можно вывести современный этнос как неизменную величину из древности в 8 тысяч лет (некоторые псевдоученые так и делают). Когда набирается целый ряд таких гипотез, то их адепты могут разделяться по признаку большего или меньшего "археологического патриотизма" - в зависимости от того, насколько далеко они готовы экстраполировать в прошлое гораздо более поздние реалии (например, тех же современных украинцев).

Никто не спорит с аргументированным выводом археолога Леонида Зализняка о том, что можно проследить преемственность археологических культур лесной и лесостепной зоны Украины на протяжении бронзового и железного веков. Но дальнейшие выводы могут отличаться. Нам известно, что "на выходе" эта преемственность выдала нам исторически достоверных восточных славян, зафиксированных в письменных источниках середины первого тысячелетия новой эры.

Поскольку местная часть восточных славян в дальнейшем здесь оставалась и превратилась в результате последующего исторического пути в украинцев, то возникает вопрос: насколько далеко в прошлое была эта цепочка культур этнически украинской? :unknown:

Если считать, что эти древние сообщества за две с лишним тысячи лет до "официального славянства" (повторюсь: середина первого тысячелетия новой эры) вообще не изменялись, то, конечно, - это украинцы. Но ведь мы знаем, что где-то в V–IV тысячелетии до н. э. на территории нынешней Украины или "в окрестностях" стал распространяться индоевропейский язык, который начал распадаться на рубеже IV-ІІІ тысячелетий; от него впоследствии ответвились хетты, арии (восточная группа индоевропейских языков), греки, германцы, балто-славяне и проч.

Это важно, поскольку украинцев вообще выделяет изначально язык, а не материальная культура. Весь "список" народов зиждется на изначальном языковом признаке. Потом уже, за последние двести лет, в эпоху формирования современных наций, все больший интерес вызывает идентичность. Одновременное распространение демократии, грамотности и национализма с ХІХ в. сделало ключевой проблему самоидентификации и политических ориентаций широких масс населения. Язык же переходит в категорию второго по значению признака, хотя для негосударственных народов он играл порой большую роль. Факт создания нацией национального государства уже делал главными условиями стабильности именно идентичность и лояльность.

Четко "поймать" момент смены общностью людей языка мы не можем - это длительный процесс. Он не может быть строго "вычислен" на основании археологических данных, поскольку они опираются на изучение вещей. Мы можем утверждать, что индоевропейские языки действительно распространялись, их носители мигрировали и ассимилировали другие сообщества людей, это где-то происходило, но огромный "проходной двор" евразийских степей, границей которого с лесным ареалом Западной и Центральной Европы является украинская лесостепь, скрывает этот процесс где-то в своих доисторических недрах.

Древние люди были весьма подвижны и "проносились" через украинскую территорию задолго до появления скотоводства и основанного на нем кочевого образа жизни. Простой пример - днепро-донецкая культура эпохи неолита (существовала в конце 5 - середине 3 тысячелетия до н. э.), степные соседи трипольцев. Эти охотники, рыболовы и собиратели пришли из Прибалтики, а их сородичи достигли Дона и даже Приаралья. А ведь они еще пешком шли, а не ехали (кстати, их-то и подозревают современные археологи в некой праиндоевропейскости). При таком масштабе миграций определить, где ж эта точка, из которой распространились индоевропейские языки, практически невозможно.

Слои лексических заимствований в украинском языке
(источник: Тищенко К. Мовні контакти: свідки формування українців. - К., 2006)
Археология языка
Стратиграфия (описание последовательных слоев) лексических заимствований в украинском языке. Украинский язык в своем словаре содержит заимствования, показывающие, с кем и когда сталкивались наши предки. Поскольку люди на территории Украины жили и до выделения праславянского языка, то сохранились заимствования и дославянского периода. (По Константину Тищенко)
Изображение
Изображение
Изображение
Изображение

Реконструкции древнейшего общего пласта индоевропейских языков позволяют лишь определить умеренный климатический пояс (не было, например, в тогдашнем лексиконе слова "пальма"), который, как известно, достаточно протяженный.

Стоит отметить, что территория Украины - одна из действительно легитимных в науке "прародин" индоевропейцев. Индоевропейские страсти, несомненно, интересны, но, но, но… Они влекут за собой множество чрезмерно скользких допущений, спор по поводу которых, особенно на уровне "украинцев-ариев", является абсолютно бессмысленным. Тем более, что результат в переделах "православной цивилизации" всегда один и тот же: где арийцы, там и злой семит неподалеку.

Представляю себе ужас древнеукраинолюбов, если вдруг таки изыщется трипольская письменность и расшифровка покажет, что они были родственниками ближневосточных прасемитов (что весьма вероятно с учетом балкано-анатолийских корней их культуры). Тогда что ж окажется: украинцы произошли даже не от румын, а от евреев? :unknown:

Придется срочно доказывать, что коварные семиты-трипольцы угнетали арийцев-украинцев прямо на их дорогой арийской прародине. :D Зато легко объяснится "отставание" местных: если древние украинцы и славяне еще 5 тысяч лет назад оказались в тисках мирового сионизма, то все это время прошло в борьбе, а не в мирном созидательном труде.

Одно есть утешение: учитывая национальный стандарт в виде чернявого и кареглазого хлопца с усами и чубом-оселедцем, а порою даже с горбатым носом, на роль "белокурых бестий" украинцы претендовать уж точно не смогут. :lol:
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. Наконец-то явление предков

Новое сообщение ZHAN » 25 июл 2017, 23:30

Итак, поскольку сохранялась "преемственность культур" лесостепной зоны, в І тыс. до н. э. в украинской лесостепи и лесу обитали люди-земледельцы, которые жили здесь давненько, и тысячу или две тысячи лет тому назад заговорили на индоевропейском языке, в местном варианте - тяготеющим в перспективе "разродиться" славянскими.
Изображение

Рядом (если из лесу выйти) обитали разнообразные кочевые "иранцы" - киммерийцы, скифы и сарматы, которые вели энергичный и державный образ жизни, досаждая оседлым соседям от Греции до Палестины и портя жизнь внешним гостям-захватчикам типа своих арийских "родственников" - персов царя Дария.

Учитывая нрав степняков, соседние лесные жители явно чего-то им отстегивали и равнялись на них относительно престижного образа жизни. Долгое соседство могло порождать такие гибридные сообщества, как "скифы-пахари" Геродота, которые в отечественной литературе часто подозреваются в определенной "праславянскости". Видимо, это могла быть наиболее ассимилированная кочевыми иранцами группа аборигенов-земледельцев. Ее дальнейшую судьбу нам проследить сложно: развила ли она в себе большую "славянскость", или интенсивно растворилась среди ираноязычных, или ее потом "переассимилировали" готы, шедшие теми же краями, - сказать сложно.

А в лесу, тем временем, продолжали свой неспешный хлеборобский труд предки славян (в том числе и украинцев). Иногда они выглядывали из-за деревьев и интересовались, что происходит в Большом Мире? Отвечаем: там сначала происходила ротация разных иранцев, потом во ІІ в. н. э. стало еще интересней, поскольку к Нижнему Дунаю вышли римские легионы, а из Прибалтики наведались германцы-готы.

Римляне породили у древнеукраинолюбов желание приобщиться к римскому наследию. Но мы не будем комментировать интересную мысль о том, что римляне дошли до нинешнего Каменца-Подольского, построили там мост через Днестр и запечатлели его на колонне Траяна в Риме. Думаю, римляне бы тоже воздержались от комментариев. Они просто не знали о прекрасном будущем городе Каменце и что им обязательно нужно построить мост через Днестр. Не знали, потому что им это было не нужно. Просто незачем. :)

Германцев-готов в советское время рекомендовалось не замечать, поскольку они портили своей "немецкостью" славный период выхода на историческую арену "исторических славян". Наиболее впечатляет из этого периода Черняховская культура III–V вв. н. э., которая охватывала территории от юго-восточной Польши до Румынии и до левобережья Днепра. Ее можно считать одной из культур римской периферии, которые цепочкой протянулись вдоль границ Империи с варварским миром от Шотландии по Рейну и Дунаю. Этнически черняховская культура была пестрой: сами готы, сарматы, поздние скифы, гето-даки, славяне и анты.

На украинских землях готы представляли власть и контролировали племенные союзы своих данников из вышеперечисленных народов. Интенсивность готской колонизации (заселения) неизвестна, поскольку их североевропейские антропологические черты лишь слегка прослеживаются в обнаруженных погребениях той эпохи (да и то только у мужчин). Но даже если это были в основном военные дружины (хотя они мигрировали с семьями), то они хорошо "обрастали бытом", беря себе жен из местного населения. (Ведь когда вест- и остготы, изгнанные гуннами, двигались потом по землям Империи до Италии и Пиренеев, они успели стать достаточно многочисленными народами.)

Известно нам и "государство Германариха", и факт, важный для исследователей украинского прошлого, как готы расправились с антами (еще одними, согласно определенным версиям, "первыми украинцами" или даже зачинателями первой украинской государственности).

Еще один важный момент черняховской культуры для выяснения украинского этногенеза - это то, что "черняховцы" своих покойников не сжигали, а хоронили. А это полезно знать в том смысле, что до принятия христианства Владимиром мы не имеем антропологического материала восточных славян-язычников (они своих сжигали) - мы не знаем, как выглядели носители праславянских зарубинецкой, волынско-подольской, киевской культур. То есть мы знаем, как выглядели жители Руси, а вот как местное население выглядело до них, - только относительно "черняховцев". Промежуток между ними в 500 лет, как показывают данные антропологии (по Сергею Сегеде), мало что изменил во внешности того сообщества людей, которое обитало в Среднем Поднепровье со времен готов и дожило до киевских князей - то есть население этого региона первой половины І тыс. н. э. без заметных последующих примесей стало летописными "полянами". Разве что с востока на Левобережье добавилось "северянам" аланских черт, а предки летописных "уличей" и "тиверцев" успели существенно отодвинуть гето-даков (будущих молдаван и румын) на юго-запад в прутско-днестровском междуречье.

Последние исследования антропологического типа "черняховцев" вынуждают сомневаться в том, что некремированные покойники были славянами. Значит, проблема становится еще веселей: почему же неславянская часть "черняховцев" так похожа на будущих славян Древней Руси? Видимо, публика так перемешивалась и языки и культурные заимствования так вольно перемещались, что вопросы "расовой чистоты" и украинцев, и славян, и вообще всего древнего населения Украины мы можем спокойно игнорировать как большую научную иллюзию прошедшего ХХ в.

В глубине лесов, о чем без конца спорят археологи, в пределах зарубинецкой и киевской культур (или же еще севернее) происходило по пока неясному сценарию перемещение славян и балтов. К северо-востоку от тех и других земли были заняты финно-уграми. Непонятно, какие археологические культуры были "чисто" славянскими, а какие - полиэтничными.

А вот с антами проще - они были вполне заметными славянами.

Анты - это не самоназвание "ант", с тюркского - это присягнувший союзник-данник (есть еще иранская этимология - "живущие на краю"). Анты - это какая-то часть славян, которая вступила в контакты с тюрками- гуннами и выступила против господствующих готов. За смерть антских вождей, распятых готами по римскому обычаю, отомстили их гуннские союзники. Этот "союз племен" исторически возник в связи с гуннами во второй половине IV в., поучаствовал в "переселении народов" на земли Рима, особенно досаждая Константинополю в VI в., и в последний раз упомянут в 602 г. по случаю разгрома антов аварами. Археологически анты связываются с Пеньковской культурой, возникающей в Среднем Поднепровье и полосой, уходящей к Дунаю.

И археологические, и исторические данные говорят о том, что анты вступили в активную военно-политическую жизнь в сообществе черняховской культуры/готского государства, самоопределились в процессе гуннского нашествия, но "пропустили" его через себя дальше на запад. Затем они поучаствовали (параллельно с более западным потоком славян-склавинов) в нашествии на Восточно-Римскую империю (Византию), результатом чего стали богатые клады в Поднепровье. Вполне возможно, что анты были частью той среднеднепровской "группы товарищей", которая потом стала полянами и северянами, но часть из них удалилась на Балканы, на более богатые (не в смысле почв, а в смысле добычи) земли. Так что в контексте "украинскости" нужно явно "делиться" и со славянами-"болгарами", и со славянами-"македонцами". Но анты являются бесспорными предками украинцев. К их же числу относятся склавины - носители культуры Прага-Корчак, которые расселились от Днепра до Праги и часть которых тоже ушла на Балканы. Существенных различий между антами и склавинами не было, если не считать несколько различных исторических обстоятельств и точек выхода на историческую арену. Мысль о том, что анты могли быть предками "восточных украинцев", а склавины - "западных", мы можем отбросить, поскольку и с тех пор население Украины так перемешивалось, что концов уже не найти. Возникновение этих различий нам уместно перенести уже в недавние имперские эпохи - ничего древнего в них нет.

Для столь энергичной военной деятельности и миграции славянам нужно было психологически "вырваться" из "внеисторического" существования в недрах спокойного лесостепного пространства. Для этого желательны банальные социально-экономические изменения, связанные с самим фактом соседства высокоразвитой римской цивилизации. Всякая экономическая система (мир-экономика) территориально подразделяется на центр, полупериферию и периферию, разрастаясь или сжимаясь по линиям торговых путей и структурам властных связей. Влияние развитых цивилизаций состоит еще и в том, что они задают "модель потребления" элитам соседних варварских народов. (Если кто-то думает, что глобализация - процесс новый, то это неверно.) Для варваров жизнь усложняется, поскольку появляются труднодостижимые престижные вещи. Их можно или купить, или захватить. Для этого нужно перераспределить ограниченные ресурсы своего племени и организовать коллектив "заинтересованных пайщиков" (военную аристократию). Поэтому вся европейская германо-гето-дако-славяно-сарматская периферия Рима с Империей и торговала, и воевала, а по мере ее ослабления периферия превращалась из данника в союзника, а потом кромсала тело Империи и селилась на ее территории. Как сегодня люди гонятся за новейшим представительским автомобилем, так и тогда свойственная цивилизации страсть к показному накопительству пленяла славянские души, а зарытые клады - тому наглядное свидетельство. Все это - потенциально историческая черта. Аграрные лирики-"трипольцы" остаются уже точно в глубоком прошлом, поскольку когда есть стяжательство, легче всего реализуемое через право силы, значит не за горами и государственность. Наступает конец патриархального имущественного равенства.

В любом случае, история украинцев могла начаться только тогда, когда начинается история вообще, а именно - начинают происходить события, которые кем-то фиксируются. Если вы единолично не изобретаете письменность, то о вас напишут более грамотные соседи. В этом смысле у трипольцев ничего не происходило вообще. А анты втянулись в политику и войну с более развитым, уже давним историческим образованием (Восточной Римской империей, или, как мы привыкли называть, - Византией) - и сразу угодили в анналы истории. Как это ни печально для поклонников украинского и вообще славянского исторического величия, все, что было до этого, покрыто густым туманом сомнений и неизвестности.

Стоит упомянуть в этом смысле и идею Нестора Летописца в "Повести временных лет" о дунайской прародине славян (раньше они-де на Дунае обитали). Мы знаем, что края "исторических славян", т. е. на VI в., - это от Праги до Киева, а на Дунае была граница с Римом. Но история славян действительно начинается именно с Дуная - ведь именно там, на границе, все интересное, историческое, и происходило: и для римлян относительно германцев и славян, и для самих славян. Отметим: историю народов хочется, конечно, вести от того гипотетического места, где они "возникли", но гораздо легче это получается делать от того места, где с ними начало что-то происходить, впечатлять, завоевывая на века жизненно важными впечатлениями историческую память живых людей. Приднепровские и прикарпатские славяне зашевелились и, пропустив мимо себя на запад гуннов и их союзников, вышли из лесу, начали завоевывать себе новую жизнь в новых местах. То есть формировать свою активную жизненную и историческую позицию. "Дунай" для славян был тем же, что "Украина" для более поздних русинов. Но об этом - позже.

Ведущий украинский историк первой четверти ХХ в. Михаил Грушевский вел генеалогию украинцев от антов: жили там же (в Украине, Среднем Поднепровье), отличались по названию от склавинов, ставших, по идее, западными славянами. Но археология классика уже несколько поправляла, давая более ясную картину тогдашнего славянского мира. Однако в представлениях о себе и о мире у славян Руси анты ничего после себя не оставили. Их имя, прожившее 100 с лишним лет и умершее вместе с определенным политическим союзом, было не славянским. Вполне вероятно, что очевидное славянское сообщество от Лабы до Днепра (археологическая культура Прага-Корчак) порождало разные политические образования, зависимые, как и политика сегодняшнего дня, от множества ситуативных обстоятельств. "Анты" - это такое временное образование, военно-политический союз, созданный, размытый и рассеянный Великим переселением народов, образование политическое, а не чисто этническое. Их совпадение с Пеньковской культурой для дальнейшей украинской и славянской истории, похоже, несущественно, поскольку славянство "расползалось" преимущественно от конкретно названного сообщества "склавинов". И делится на западных славян, восточных и южных более чем условно (а скорее - политически и географически).
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм: ликбез для русских

Новое сообщение ZHAN » 26 июл 2017, 23:31

"Откуда есть пошла" земля Руськая и где в это время были украинцы?
Посланцы скорым шагом
Отправились туда
И говорят варягам:
"Придите, господа!
Мы вам отсыплем злата,
Что киевских конфет;
Земля у нас богата,
Порядка в ней лишь нет".
Варягам стало жутко,
Но думают: "Что ж тут?
Попытка ведь не шутка
- Пойдем, коли зовут!"
А. К. Толстой. История государства российского от Гостомысла до Тимашева. 1868

В VII–VIII вв. территории Центрально-Восточной и Юго-Восточной Европы были разделены между двумя большими каганатами - Аварским (с центром в нынешней Румынии) и Хазарским (с центром в Прикаспии). Авары контролировали западную часть Украины, а хазары - центр и восток. На Волыни или где-то рядом с ней авары, судя по летописи, "примучивали" дулебов, а более восточные племена (опять же - судя по летописи) платили дань хазарам вплоть до прихода варягов.

Промежуток времени с 602 г. (когда из текстов исчезают анты) по 882 г. (приход Олега и убийство Аскольда и Дира в Киеве) является весьма темным относительно исторической Руси - Среднего Поднепровья. Непонятно, откуда взялось слово "Русь", которым во времена Нестора (начало XII в.) уже называли потомков полян и северян (в частности - и громадное государство Рюриковичей вообще), и кто здесь учинил государственность ("начал первее правити").

Существует много гипотез, которые, как всегда, делятся согласно принципу большего патриотизма (здесь уже украинские и русские приоритеты до поры до времени совпадают). На этом поле битвы, как известно, конкурируют норманисты и антинорманисты.

Последние (это славянские "истинные патриоты") считают, что указанные в летописи варяги (скандинавские викинги) лишь захватили уже существующее сильное полянское княжество с местной династией и что слово "Русь" не имеет к скандинавам никакого отношения, коренясь где-то на югах, а не на севере. Вариантов ответов на вопросы, кто и когда тут был, что "нескандинавское" означает эта Русь (а слово - неславянское) и почему у Аскольда, предшественника Олега Вещего, тоже неславянское имя, - множество.

Норманистам спокойнее - все имеющиеся более или менее надежные письменные источники говорят в их пользу. Арабские источники отличают "народ Русь" от славян, и, описывая похороны знатного руса, живописуют (как мы знаем) скандинавский погребальный обряд (княгиня Ольга, мстя древлянам за мужа Игоря, тоже применяет его разные варианты) и утверждают, что русы правят славянами, а существует их три группы (две из которых отождествляют с Киевом и Ильменскими краями). Византийский император Константин Багрянородный в труде "Об управлении Империей" совсем уж распинает антинорманистов, приводя названия днепровских порогов на языке русов и на языке славян. Последние - вполне знакомые украинские слова, первые же - вполне переводимые слова староскандинавские. Олег - уж никуда не денешься, звал себя "Хельг", Игорь - "Ингвар", Ольга - "Хельга". С родоначальником Рюриком и так все понятно.

В общем, непонятно точно, где и когда возникло название определенной группы людей "Русь", но в ІХ-Х вв. так определенно назывались скандинавские викинги, правящие в Киеве и округе. Замечу, что ничего удивительного здесь нет: викинги-норманны успешно основывали государства на завоеванных землях от Ирландии до Сицилии, и никто (кроме непосредственно пострадавших) особо по этому поводу не горевал. Неслучайно, что в эстонском языке Швеция до сих пор называется Rootsi. Разные викинги сначала торговали, а потом осели на "восточнославянском пространстве" - одни в Полоцке, другие - в Турове, третьи - в Старой Ладоге, Белоозере и этнически пестрых балто-скандинавско-финско-славянских краях Приильменья.

Просто для гордых "восточных славян", особенно, когда была еще великая Российская империя или СССР, было обидно получить свое государство от "немчуры", хотя Российской империей правили, собственно, те же этнические немцы Романовы (они не могли остаться русскими по крови, женясь с начала XVIII в. в почти каждом поколении на немках). Но обижались государи (немка Екатерина ІІ, например), что вполне понятно, "за державу" из-за политического престижа.

Изображение
Гей, славяне!
Эта карта отражает современные взгляды украинских и польских археологов на ареал раннего славянства в III–V вв. При советской власти польские и советские археологи спорили о том, откуда вышло славянство: с берегов Вислы и Одера или Днепра. Когда социалистический лагерь развалился, оказалось, что отстаивание более западной славянской родины - результат не только понятного польского патриотизма, но и обоснование послевоенных границ по Одеру-Нейсе: важный идеологический момент. К тому же надо было дать достойный ответ псевдоисторическим представлениям идеологов Третьего Рейха о древних владениях германских племен в Восточной Европе. После 1989 г. некоторые давние тайные сомнения польских археологов вдруг стали их общепринятым мнением: Пшеворская культура центральной и юго-восточной Польши, лет сто официально претендовавшая на славянскость, вдруг оказалась никем иным как германцами-вандалами. Последние, как выяснилось, обитали там несколько столетий, прежде чем удалиться на запад для занятий "вандализмом" и овладения Африкой. До VI в. славян на территории современной Польши не было, и пришли они туда из украинской лесостепи. Экспансия из этого ареала и привела к образованию классической славянской Пражской культуры. Что ж до российских вариантов славянской родины, то таковых (из "вменяемых") предложено не было, поскольку на территории европейской части нынешней России в те давние времена упрямо проживали финно-угры.
Я, замечу, совсем здесь не навязываю Украину в качестве "родины слонов" в новой версии, - славянской на смену арийской. Это поляки сами отказались… Не знаю, - со слезами ли на глазах. Зато теперь известен важный критерий отличия славянских археологических культур от германских: "примитивность быта". Мало что изменилось с тех пор, товарищи!
:D

Вопрос установления государственности в науке уже не стоит так болезненно - это долгий процесс развития социальных институтов. Факт завоевания славянских племен другой этнической группой (скандинавами) как фактор усиления неравенства должен был, очевидно, этот процесс ускорить. То же можно сказать и о хазарах. Может, варяги просто выгнали хазар и унаследовали их систему управления и эксплуатации территории, не зря ведь киевские князья-конунги именовали себя еще и "каганами" (хазарским титулом). В общем, интенсивность и пропорции варяжско-хазарскославянского симбиоза ІХ в. установить сложно. Но вообще, по сути, говорить о территориальном государстве с попыткой учредить местную администрацию и нормы обложения населения можно лишь с Ольги, Владимира и Ярослава. До того оно было "торгово-разбойничьим" и функционировало по всем известному принципу рэкета (вымогательство дани в обмен на "защиту") на речных путях бассейна Днепра. Зимой князь ходил в полюдье (собирал дань с подчиненных племен), а в теплый сезон удалялся торговать или воевать в какую-нибудь богатую южную страну (Византию, Хазарию, Халифат). От степных булгар князь Святослав мог позаимствовать свою привычку выбривать голову, оставляя длинный клок волос (сейчас известный всем как украинский "оселедец"). С середины Х в. варяги все больше растворяются среди славян, но при Владимире и Ярославе прибывают новые шведские дружины (Ярослава вообще было тяжело вернуть из Швеции), а брак Ярослава Мудрого с Ингигердой мог вообще привести к шведскому языку общения при дворе. Хотя, впрочем, ненадолго.

Хочется спросить, а где же в это время были (пра)украинцы? :unknown:
Ответ прост: - там же, где и раньше, - от Карпат до Десны. В более западных районах радикальных перемещений населения не происходило. То есть "семь украинских племен" (волыняне, белые хорваты, древляне, уличи, тиверцы, поляне, северяне) "заняли свои места" к ІХ-Х вв. лишь условно, поскольку в действительности были прямыми потомками и наследниками местного населения первой половины и середины І тыс. н. э. Какие-то перемещения наблюдались лишь на границе степи, где местная людность была вынуждена реагировать на движения кочевников. То есть пока варяги вели свою активную "историческую" жизнь на Горе в Киеве, в округе продолжали свою неспешную жизнь древние украинцы. Они постепенно растворяли в своей среде немногочисленных скандинавов, а наиболее продвинутые из украинцев уже привыкали к новому самоназванию "Русь".

До появления написанного слова "Украина" оставалось лет двести. :)
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. "Руси" настоящие и липовые

Новое сообщение ZHAN » 29 июл 2017, 11:24

О терминах. Скажем сразу (и никто из специалистов по Древней Руси со мной не поспорит), что не использовались тогда такие термины, как: "Древняя Русь" (это понятно), а также "Киевская Русь", "Южная Русь", "Западная Русь", "Северо-Восточная Русь", введенные историками ХІХ в.

Что точно, так это то, что Русь была одна-единственная. И понималась она в двух смыслах: как непосредственно Русская земля (Среднее Поднепровье: Киев-Чернигов-Переяславль) и как вообще все конгломератное государство Рюриковичей, однако последнее - в понимании соседних государств и дальних европейских хронистов. Для самих жителей государства Рюриковичей (имею в виду тех, кто оставил после себя письменные свидетельства) Русь до середины ХІІІ в. находилась в округе Киева. Остальное было - "земли" и "волости" смоленские, суздальские, новгородские и т. д.

Географическое растягивание названия "Русь" произошло от удобства перечисления (удобнее сказать: "Южная Русь", а не перечислять несколько княжеств: Чернигов, Киев, Галич, Владимир (Волынский), Переяславль, Новгород-Северский), которое оказалось удобным идеологически - назвать "какой-нибудь Русью" то, что Русью не являлось.

Например, после этого можно было вместо "просто Руси" начать употреблять термины "Русь Киевская" и "Русь Московская", а это позволяло говорить о перенесении "центра" или "столицы" Руси из Киева (это, мол, - "Южная Русь") в "Северо-Восточную Русь".

Если бы не изобрели таких понятий, то нельзя было бы объяснить, почему Московское княжество, которого еще не существовало, когда монголы брали Киев, вдруг решило "собирать русские земли". Не из накопительских соображений, а как обиженный "наследник", желающий вернуть "отчину".

Если у нас Русь переносится поближе к Москве, то можно прекратить вспоминать о том, что соседнее Великое княжество Литовское называлось "Великое княжество Литовское, Жемаитское и Руськое". В XIV–XVI вв. "Русью" назывались нелитовские земли этого княжества, в т. ч. и все тот же Киев. То есть Русь со своего места никуда не "съехала". Но если мы забываем про литовско-руськое государство и пишем лишь о "Литве", то она - явный захватчик. Зато с момента подчинения московскими князьями других зависимых от Орды княжеств можно сразу жирно обвести новообразование и написать на карте "Русское государство", хотя те, кто жил на "правильной" Руси, по понятным причинам именовали это образование всего лишь "Московским государством". Однако если не написать на Москве "русское", то как же потом говорить о "воссоединении" Украины с Россией? Единой была Русь, и, соответственно, воссоединяется тоже Русь.

Но пусть новые слова не заменяют нам реалий тех времен, когда была просто "Русь". (В дальнейшем цитировании по вопросу "Руси и России" я часто опираюсь на работы Василия Балушка, Евгена Наконечного и Наталии Яковенко). Поэтому в Х-ХІІ вв. тот, кто был за пределами Среднего Поднепровья, не относил себя к непосредственно Руси. Если новгородцы или суздальцы собирались ехать в Киев, то говорили "еду в Русь" (примеров в летописях предостаточно), а сами они были не какие-то "русские", а "новгородцы" и "суздальцы", "смоляне" и т. д. Для жителей же Руси использовался вполне понятный и логичный этноним "русин", который в академических российских и советских переводах почему-то (интересно, почему? :unknown: ) заменяется на ""русский" или ""русский родом".
Тогда почему аналоги - "угрин", "грекин" - не переводятся как "венгр" или "грек"? :unknown:
Как тогда переводить употребляемое в XVI в. в "Южной Руси" слово "москвитин"? :unknown:
Может, просто не надо переводить, а то какие-то двойные стандарты получаются? :unknown:

Опять же в древнерусской литературе слово "русский" употребляется чаще всего в форме "руський", что вполне сохранилось в украинском языке именно относительно Руси, а не нынешних русских- великороссов, которые называются "росіяни". Это различие в употреблении говорит о том, что для украинского языка, развившегося на землях "настоящей Руси", слово "Русь" не является синонимом "России". В России же - наоборот. Если мы читаем научную монографию о "формировании российской государственности", то это не означает что ее "действие" происходит в России, отнюдь - без Киева не обойтись.

Термин "Киевская Русь" возник конъюнктурно - как обоснование того, что Русь потом, на этапе перехода к "собиранию русских земель", стала "Московской". Но "Московской Руси" быть не может, поскольку Русь находилась в очень конкретном месте - в Киеве, а если уж не в Киеве - то в Среднем Поднепровье, а если не в нем, то в "Южной Руси". И нигде больше! :Yahoo!:

Это один из болезненных аспектов прений российских и украинских историков по поводу того, кому принадлежит наследие Киевской Руси. Украинцы считают, что им, поскольку Русь - одна, и никуда не переезжала (Киев, вроде, тоже пока на месте). Россияне - что после упадка Киева в результате монгольского нашествия невыполненная ранее миссия "воссоединения древнерусских земель" была исполнена Москвой. Хотя собственно русские земли были уже в XIV в. вполне успешно воссоединены Литвой. И литовскорусское государство осуществило это объединение в основном мирным путем, а не в результате продолжительных войн - как Москва.

И когда к 1654 г. Московское государство "добралось" наконец до исконной Руси, там, оказывается, давно жили какие-то люди со своим мнением о том, где находится Русь.

И Богдан Хмельницкий позволял себе именоваться "единовладец и самодержец руський", "князь киевский и руський". Он-то думал (видимо, по наивности!), что владения Войска Запорожского, включавшие тогда Среднее Поднепровье, и есть та Русь, "единовладцем" которой он в то время действительно являлся. Он даже начал сам собирать русские земли, очевидно, претендуя на Беларусь.
Но куда ж "русские"-то с Руси подевались? :unknown:

Изображение
Закрепим советскую границу!
Карта из советского учебника 1989 г. "История СССР с древнейших времен до 1861 г.", называется "Киевская Русь в 9-начале 12 в.".
Понятно, что эта карта - не продукт творчества авторов этого, да и других учебников. Учебные карты, как и все прочие, исходили из ведомства геодезии и картографии (до Хрущева подчинявшегося НКВД), и последнюю "редакцию" для школьных учебных атласов эта карта прошла там в 1986 г. Будучи идеологически выверенной, она несет все очевидные проявления российско-советской геополитики (часть из них удобна и украинской), которые вкладывают в историю заряд "исторически обоснованных" территориальных претензий и кое-что явно перевирают.
Но особенно интересно то, что для учебника 1989 г. все-таки было внесено еще одно маленькое изменение по сравнению с атласом 1986 г.: появилось в "легенде" новое обозначение - "Границы земель, зависимых от древнерусского государства". Ранее были просто подчеркнуты названия "племен, плативших дань Древнерусскому государству". В чем причина смены формулировок? Что произошло между 1986 и 1989 гг., что понадобилось на карте быстро "закрасить" Прибалтику в "наши цвета"? Ну, все мы догадываемся… Так что "историческая картография" - увлекательное поле для исследований…
Русское государство на карте так "мощно" выходит на Черное море, как никогда не выходило. Реальной границей Руси (и славян), позволяющей хоть какой-то государственный контроль, практически всегда была граница лесостепи и степи, а вот находящийся южнее город Белгород (Днестровский) имел славянское (и не только) население. Но он не показан на этой карте, в отличие от Олешья (на Днепре), в существовании которого как постоянного поселения ученые весьма сомневаются. Уличи и тиверцы интенсивно посажены буквально на морской берег, чего за ними не замечалось. На Дону, таки да, было славянское население, потом все ушедшее от половцев к Переяславлю. Но это не означает, что славяне были в Тмутаракани, кроме русского (варяжского) князя с дружиной, нанимаемого временно местными купцами для своей защиты. Очевидно, что восточнороманские народы (будущие румыны-молдоване) просматриваются только в районе южной Румынии. Будущие прибалты и финны были обречены когда-нибудь таки подчиниться русским. Закарпатье тут входит в Киевскую Русь, чего никогда не было (был эпизод с Галицкой Русью, но ненадолго и в XIV в.). То есть, где возможно, на этой карте в Киевской Руси достигаются и преодолеваются границы СССР. Спасибо, что Суздаль и Владимир-на-Клязьме все-таки оказались между меря и мурома, но на место Москвы по возможности "натянуты" кривичи и вятичи. Хотя, может, уже и дошли… Остается также загадкой, почему Владимир-на-Клязьме на карте есть (основанный в 1108 г., в самом конце хронологии этой карты), а вот его прототип - Владимир, который на Волыни, тоже солидный город, и на сто лет старше (Владимир Святой основал), - нет. Видимо, "будущую столицу" Руси нужно было показать по возможности пораньше и без похожих более старых названий. И как же могли потом Москва и Петербург претендовать на все эти огромные земли, если столица из Киева не "переехала" во Владимир, а потом в Москву?


Чтобы меня не заподозрили в русофобии (не относительно Руси, а относительно русских), приведу цитату из монографии вполне корректного российского советского автора - В. А. Кучкина (Формирование государственной территории Северо-Восточной Руси в Х-XIV вв. - М., 1984):
"Хотя термин "древнерусский Северо-Восток" и тождественный ему термин "Северо-Восточная Русь" употребляются в литературе по истории нашей страны уже много десятков лет, географически они до сих пор точно не определены. Обычно под Северо-Восточной Русью понимают территорию Волго-Окского междуречья. Такое понимание правильно для древнейшего периода, но тогда к этому району не прилагалось понятие "Русь". Последнее вошло в употребление только после монголо-татарского завоевания. […] А к тому времени государственная территория здесь вышла далеко за пределы Волго-Окского междуречья. Следовательно, под термином "СевероВосточная Русь" в разные периоды должны пониматься различные, хотя и частично совпадающие по территории географические регионы. Характерной чертой этих регионов была их принадлежность одной определенной династии древнерусских князей, именно Юрию Долгорукому и его потомкам. Поэтому под "Северо-Восточной Русью" следует понимать ту конкретную сравнительно компактную территорию с центром в Волго-Окском междуречье, которой владели в определенные хронологические периоды Юрий Долгорукий или его потомство".
И еще, из более "свежего", из монографии: Западные окраины Российской империи. - М., 2007:
"О терминах.
В источниках X-ХІІІ вв. Русью именовали территории Среднего Приднепровья, а позднее - православные земли, входившие в состав Речи Посполитой. Исторически этот термин охватывал территории современной Украины и Белоруссии, за исключением Буковины, Закарпатья, Крыма и причерноморского побережья междуречья Днестра и Дуная. В отношении этих земель Константинопольский патриархат в первой половине XIV в. впервые стал употреблять термин Micra Rosia ("Малая Русь") для обозначения земель киевского церковного престола вплоть до вхождения Киевской митрополии в состав Московского патриархата в 1686 г., в отличие от Megale Rosia ("Великая Русь") в отношении территорий, которые образовались после распада Киевской Руси, т. е. Галицко-Волынского княжества, Владимиро-Суздальских земель и Новгородского княжества. Из официальных документов терминология проникла в церковную письменность. "Руським воеводством" в составе Польской Короны называли только Галицко-Волынское княжество (с начала XV в.). Топоним "Украина" вошел в обиход лишь в конце XVII в. для обозначения земель Киевского и Брацлавского воеводств. Помимо терминов "русинские" и "руськие", для территорий современной Беларуси в период XIV–XVII вв. было также характерно употребление самоназвания "литвины", исторически обусловленного вхождением этих территорий в состав Великого княжества Литовского. Дабы не запутаться в дебрях исторических топонимов и самоназваний, наиболее корректным по отношению к XIII–XVII вв. будет употребление терминов "Русь" и "русинский"".
Как видим, вне официальных учебников российской истории (да и советских учебников аналогично) далеко не все так просто и очевидно в вопросе, где же у нас Русь. Следует отдать должное авторам последней цитируемой книги за смелый переход на корректную терминологию, ведь слово "руський" или "русинский" вместо "русский" и столь четкая локализация Руси вне Московского государства может оказаться для российской читающей публики несколько неожиданными. Факты-то в основном давно известны, а вот с терминологией до сих пор проблемы. Надеюсь, что вненаучных санкций это за собой не повлечет.

Пятисотлетнее присвоение наследия Руси Московским государством/Россией не должно особо беспокоить украинцев, поскольку Киев действительно пока на месте. Хочешь пользоваться своим наследием - пользуйся. Это более существенно беспокоит украинцев в другом смысле - государственно-правовом: вот была Русь, а на ее государственное наследие и традицию претендует Россия, поскольку она "воссоединяла русские земли". В этом смысле Украина выглядит не совсем естественно, поскольку связка Русь-Россия для тех же русских в обыденном восприятии очевидна. А это означает, что Киев - часть России. Что, собственно, и легко усмотреть в некоторых российских учебных пособиях.

По поводу проблемы дележа Руси со свойственной ему иронией высказался киевский историк Алексей Толочко:
"Киевская Русь умерла, не оставив завещания и не разобравшись с делами. Умерла, когда дела были в наихудшем состоянии, а имущество как раз описывали для конфискации. Добрые люди растянули то, что осталось, да и зажили себе, беспечально проматывая остатки когда-то значительных владений. Наследники появились позднее, с сомнительными бумагами и неясной степени родства с покойным. Как всегда бывает в подобных случаях, выяснение прав превратилось в долгую тяжбу между претендентами. Хватало взаимных обвинений в самозванстве, апелляций к крови, земле, особой любви к покойному. Пока продолжался процесс, имение превратили в руины".
:Bravo:
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм: ликбез для русских. Об "Украине"

Новое сообщение ZHAN » 31 июл 2017, 22:05

Название "Украина" употребляется впервые в Ипатьевской летописи под 1187 г., когда говорится о преждевременной смерти переяславльского князя Владимира Глебовича: "Плакашася по нем вси переяславци… О нем же Украйна много постона".

Двумя годами позже князь Ростислав прибыл "ко украйне и взя два городы Галичкыи".

В 1213 г. вспоминается "Волынская Украина" и "вся Украйна".

То есть понятие, подразумевающее "край", "окраину", применялось как к западным, так и восточным частям Южной Руси. Нужно учитывать, что "центр" и "окраины" были недалеки друг от друга: от Киева или Галича, или Переяслава до некоторых "окраин" было не более полусотни километров.

С XIV–XV вв. понятие "Украина" из просто "окраины" трансформируется по смыслу в "край", "краину" [сов. укр. "страна"]. Уж больно велики были окраины. В XIV–XV вв. так называли Северщину и Переяславщину, в XVI в. - Нижнее Поднепровье, Подолье, Полесье, Холмщину, Закарпатье.

Упоминаются такие земли, как "Украина Руськая" (вся Западная Украина).

Нельзя утверждать, что все упоминания слова "Украина" касаются исключительно территории нынешней Украины, ведь окраин было много. Например, Новгород для Москвы был "немецкой украйной".

Впоследствии возникает стойкая ассоциация, связывающая "Украину" и казаков.
Изображение

С XVI в. Украина была местом основных Интересных Событий для населения Среднего Приднепровья. Казачество и Запорожская Сечь, обосновавшиеся на границе Дикого Поля, могло бы вызвать у нас ассоциации с тем самым, стоящим на границе половецких степей Переяславским княжеством, впервые упомянутое как "украйна". Всеобщее распространение термина "Украина" поэтому логично относится ко второй половине XVII в., когда вся Надднепрянщина становится казацкой Украиной.

В фольклоре Украина обычно ведет себя крайне эмоционально, точно так же, как и в 1187 г.: стонет и плачет, по ком-то горюет.

Малороссия стала отечеством официальным (она фигурировала в православном восприятии Киева, повлиявшем и на восприятие светских образованных людей), охватывая земли Левобережья. А Украина с XVII в. становится отечеством эмоциональным, не ограниченным узкими рамками Гетманщины. Как во всем, связанном с эмоциями в восприятии отчизны, сложно четко ограничить в географии "пределы" этого чувства. Можно любить одну шестую часть суши, можно любить село или область.

Но в целом Украина стала региональным народным названием для Надднепрянщины, попав в официальные названия до ХХ века лишь однажды - в виде Слободско-Украинской губернии, просуществовавшей до 1835 г. и ставшей потом Харьковской.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Re: Украинский национализм: ликбез для русских

Новое сообщение ZHAN » 03 авг 2017, 22:41

Были ли украинцы "пассионариями" и случались ли в их истории циклы? :unknown:

Добавлю тут несколько слов относительно "энергетических теорий этногенеза" (самая известная - Льва Гумилева) и теорий циклов. Они предполагают, что появление новых народов связано с какими-то "энергетическим толчками" и "микромутациями", вследствие которых появляется большее число "пассионариев" - людей, заряженных на реализацию каких-то сверхценных идей вопреки самосохранению. :%)
Изображение

Возникают большие войны, "героические эпохи" и т. д. То, что иногда происходят какие-то большие события, а потом случаются долгие спокойные времена, наводит на мысли о том, что этот энергетический заряд исчерпывается, народ приходит в упадок, а дотоле величественный Рим гибнет. То же чередование во времени больших событий и спокойных времен является аргументом и в пользу теории исторических циклов, или, как это называют относительно украинцев (у Ярослава Дашкевича), - "осцилляций" (колебаний). Осцилляция - это такая синусоида "национальной активности": при Руси - вверх, при Литве - вниз, при казаках - вверх, при России - вниз, в ХХ в. - вверх.

Скажу сразу, что с теориями исторических циклов я пока категорически не согласен, поскольку единственными доказательными циклами для общественной жизни пока являются лишь циклы экономической конъюнктуры Николая Кондратьева и электоральный цикл, если договорено, что выборы каждые N лет. Иные циклы, кроме природных, - от лукавого.

Каждому человеку отмерено прожить определенный достаточно короткий срок, и за это время он может проявить свою пассионарность, сдержанность или пассивность. Во всякое время хватает пассионариев, только формы для их самовыражения в разные времена возникают по-разному.

Кто-то идет на Сечь и в казаки, кто-то - в армию короля (царя), кто-то - в пожарные и космонавты, а кто-то - в вечные революционеры. Возникший кризис или война дает им возможность развернуться более заметно для историков и они (историки) говорят: "Опа, пошел цикл подъема!".

Изучение истории в общих чертах, как это, увы (но вряд ли возможно иначе), принято в школе или вузе, создает упрощенную картину - для изложения оставляют лишь "этапные моменты". На самом деле каждый год происходило огромное количество событий, очень важных для людей, живущих в том году. Им было все равно, какой тогда был цикл, эпоха, формация и прочее.

И вообще, как можно, оставаясь в переделах науки, верить в теории типа гумилевской, которая хоть и блестяще изложена, имеет одно существенное "но": эти "пассионарные толчки" или "микромутации клеток", на которых все строится, пока не обнаружены представителями профильных естественных наук. Например, генетиками или геофизиками. :%)

Даже если сейчас не происходит "пассионарный энергетический толчок" (Гумилев так и не определился - это из недр земли или из космоса :lol: ) и его нельзя зафиксировать с помощью приборов, то люди- пассионарии же, согласно этой же теории, есть всегда, и они должны отличаться на клеточном уровне, эти качества должны входить в их генетический код. Но пока - увы… Не обнаружено. А без доказательства пассионарности, запускающей процесс этногенеза, все последующие обобщения уважаемого историка остаются обычной интеллектуальной спекуляцией на темы циклов, чем до него занимались и древние греки, и иные интересующиеся. Нет ничего нового. И остаемся мы с банальным объяснением: да, Гитлер был пассионарием (это модное слово), но объяснить мы это можем также, как тысячи людей до нас: определенные социальные обстоятельства, политическая ситуация, некоторый талант, некоторые проблемы с головой. А результат - ого! Ничего нам нового не объяснено Львом Гумилевым.

Вообще же этому популярному автору можно возразить (не углубляясь в "микромутации"): все явления, которые он пытается объяснить некой "энергетикой", имеют более простые и понятные объяснения.

История происходит каждый день, и только происходящие сегодня события и являются окончательной исторической реальностью живого нормального человека. Ему все равно, что сейчас - придуманный умными историками цикл "спада" или "подъема", ведь захочет человек - будет подъем, не захочет - будет спад. И вопрос лишь в банальном желании изменить течение жизни.

Иногда наступают кризисы и случаются "революции", и каждое событие остается загадкой для науки: почему, какие факторы, сколько в этом случайности, а сколько закономерности? Теории циклов, как и теории прогресса и исторических формаций, являются лишь попыткой придать хоть какой-то смысл хаосу социальной жизни в истории. Для человека ключевыми в истории являются только те семьдесят или около того лет, в которые он живет. И "смысл истории" - человек в данный конкретный момент, смотрящий в прошлое и ищущий в нем ответы на вопросы современности. Сменится эпоха - сменится смысл.

Кто попадал в действительно критические обстоятельства, понимает (обычно post factum), что теоретически повернуть ход событий можно в разные стороны… Хорошо сидеть в кабинетах и сочинять "циклы", "схемы" и т. п. - а вот выйти и изменить историю? :unknown:

Кстати, некоторым это действительно удавалось.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. Русь и ее народность

Новое сообщение ZHAN » 04 авг 2017, 23:43

Государство Русь было коллективной собственностью рода Рюриковичей, "семейным бизнесом"; его стабильность зависела преимущественно от состояния внутрисемейных отношений. К сожалению (для подданных государства), у Рюриковичей не существовало обычая строгого наследования верховной власти старшим сыном. Поэтому приходилось все время делить на всех сыновей, а им - спорить из- за старшинства.

С учетом высокой плодовитости князей приходилось делить на все большее и большее число пайщиков. Поэтому понятие "феодальная раздробленность" к Руси имеет весьма отдаленное отношение. Ведь тогда можно заметить, что (за исключением сильных боярской аристократией Галича и Новгорода) всюду мера раздробленности была прямо пропорциональна росту поголовья Рюриковичей.

Такие же проблемы стояли все время перед франкскими королями из династий Меровингов и Каролингов. Каждый член рода имел право на долю в наследстве, поэтому королевство все время дробилось, а консолидация зависела от того, удастся ли кому-то из братьев-дядей-племянников убедить других родственников в своем подавляющем превосходстве. Для этого приходилось родственников или истреблять, или "делать им предложения, от которых они не могли отказаться". В западной Европе это называют "долевым королевством".

Но на Руси, в отличие от Франции, не сформировалась феодальная система в ее классическом варианте. То, насколько "древнерусский феодализм" непохож на "настоящий", ставит под сомнение необходимость вообще употреблять этот термин относительно наших тогдашних реалий. Но это уже вопрос не ко мне.

Повторюсь: на Руси князья или вырезали кровнородственных конкурентов, или достигали временного консенсуса - "триумвирата Ярославичей" или чего-то подобного. Члены рода мигрировали в зависимости от ситуации по городам и весям. Иногда случалось, что части Семьи "пускали корни" на определенных землях, что укрепляло эти территориальные образования. У них получалось с обзаведением "отчиной". Святославичи в Чернигове, "Рогволожи внуки" в Полоцке, Ростиславичи в Перемышле и Прикарпатье, младшие Мономаховичи в Ростове-Суздале-Владимире.

Но не было стабильной династии в Киеве. Киев был полем для военной игры в "высшей лиге" старших князей, которые опирались на свои ресурсы в регионах.

Заметим, что Русь не имела официальной столицы в узком значении этого слова.

Это отнюдь не является чем-то уникальным для тех времен, когда у государей были в основном различные резиденции. К Парижу как к столице древние французы привыкли лишь к концу ХІІ - в ХІІІ в., когда там начали "застревать" разные органы администрации - те, которые раньше мигрировали вместе с королем по стране.

Киев, как "мать городов русских", имел статус некоего исторического старейшинства. Оно и переносилось на князя, который сидел в Киеве, даже если он совсем не старейший по возрасту. Эта система действовала до последней трети ХІІ в. После, чтобы считаться самым главным, уже было необязательно находиться непосредственно в Киеве. Но это отнюдь не значит, что кто-то мог "перенести столицу" куда либо. Скорее начали возникать новые столицы, отвечающие реалиям фактического распада единого политического пространства.

Киевское государство, начиная с ХІ века (и уж точно с 1132 г.), стало лишь конгломератом меньших более крепких территориальных образований - тоже по сути государств, которые имели свою власть и администрацию, армию, внешние сношения и союзы. Пребывание в Киеве тешило самолюбие князя, но не давало ему гарантированных шансов на продолжение своей "великокняжеской" династии в стольном граде Владимира и Ярослава. Конкуренты выгоняли его в среднем через пару-тройку лет, а за это время он терял свои более надежные владения в регионах. Как переносили эту чехарду, сопровождаемую часто разграблением города, тогдашние киевляне, не берусь судить, но сочувствую. В любом случае Киев был безусловной религиозной столицей, священным центром, и оставался таковым до монголов, несмотря на многочисленные попытки создать альтернативные престолы.

Изображение

Найдите отличия. Тут мы схематически изобразили то, как официально видели историческое развитие восточных славян в Российской империи ("тюрьме народов") и в СССР ("решившем национальный вопрос"). Не думаю, что довольно бурное развитие этнографии, языкознания, антропологии и научных теорий национализма за сто лет внесли что-то новое в эту удобную картинку. Такой взгляд "для массового употребления" всегда пригодится - и в 1910, и в 2010, и в 2110, если официальная Россия склонна расширять свои границы за счет соседей. А если еще и соседей приучить к этой картинке, то вопрос вообще упростится. Смотрите российские телеканалы, самые правдивые в мире!

Исходя из вышесказанного, нельзя утверждать, что кто-то из последующих князей мог или желал "перенести столицу". "Старейшинство" нельзя перенести на "молодое" место. Наиболее увлеченные своими региональными интересами князья могли просто оставить в Киеве после себя "выжженную землю" (как намек конкурентам не лезть в их дела) и марионетку, представляющую их интересы, но они не могли утвердить "центр государства" в каком-либо ином месте - там они могли создать уже свои, новые "столицы". Киевская Русь все более превращалась в конфедерацию разбросанных по огромному пространству волостей с князьями. Их эфемерное единство было лишь сомнительной солидарностью чрезмерно разросшейся за 200 лет семьи, ведь князья вели обычную жизнь космополитической аристократии, роднясь и вмешиваясь в другие семейные дела и конфликты (половцев, поляков, венгров, скандинавов, вплоть до связей с Германией, Австрией и Англией).

Изображение

Смутные образы. На картинке мы видим расплывчатые образы великокняжеской киевской семьи на фресках Софии Киевской (ХІ в.), которая разъехалась по Руси и зачала все дальнейшие провинциальные династии - от Владимира (на Волыни), Галича и Чернигова до Ростова, Суздаля и Владимира-на-Клязьме. Что пишут о Руси современные российские историки? Кроме параноидальных явлений, отраженных в творчестве директора Института российской истории РАН академика Сахарова, бывают (что приятно) и вполне вменяемое изложение. Вот, например, "Очерки истории России", изданные в Украине по договоренности украинской и российской Академий наук в 2007 г. (Нариси історії Росії / за ред. А. О. Чубарьяна. - К., 2007.) Правда, почему- то это - продукт Института всеобщей истории РАН… С учетом состояния души "профильного" института, приятно знать, что бывает и лучшее. Процитируем.
"Очевидно, однако, что житель Киева, а тем более Новгорода, не говоря уже о других городах и селах Восточной Европы Х - начала ХІІ в., был бы страшно удивлен, если бы внезапно узнал, что он - подданный Древнерусского государства.
Во-первых, он вряд ли представлял себе, что такое "государство". Само это слово появилось в источниках только в XV в. […] Русское слово "государь" стало употребляться в современном значении только при Иване Грозном.
Во-вторых, даже если бы ему пояснили значение этого слова, он все равно не знал бы, что означает название государства, в котором он живет. Словосочетания "Древнерусское государство" и "Киевская Русь" ему ни о чем не говорили.
Представления тогдашнего человека о месте го проживания определялись тем, в какой "земле" он пребывал. Прежде всего, человек мыслил себя в масштабах одного города. Характерна в этом смысле титулатура князя по названию или стольного града, или центра земли, которой он управлял.
Патриотические чувства древнерусского человека были обусловлены его принадлежностью к тому, что сегодня называют "малой родиной". Вместе с тем каждый житель Древней Руси, как справедливо заметил Борис Флоря, знал, что он живет в Русской земле. Другой вопрос, была ли она для него государством. К тому же само понятие "Русская земля" неоднозначно. Мы помним, что пространство "Русской земли" имеет очень разные размеры - в "узком смысле" и в "широком", в политическом, в конфессиональном и т. д.
"Сегодня уже вполне понятно, что в этническом плане население Древней Руси нельзя представить как "единую древнерусскую народность". Оно довольно четко делилось на несколько этнических групп - с различной внешностью, языком, материальной и духовной культурой. Вопреки всей воображаемой близости, они отличались системами метрологии [мер и весов] и словообразования, диалектными особенностями языка и любимыми видами украшений, традициями и обрядами. Не менее сложно на формально-логическом уровне пояснить, как события, которые происходили в IX–XVII вв. в Киеве и Чернигове, Владимире Волынском и Переяславле Южном, Минске и Берестове, могли касаться истории России, которая разворачивалась преимущественно на периферии и далеко за пределами той Руси (аж до Дикого Поля, Заполярья, Урала, Сибири и Дальнего Востока).
Однако российские историки с нерушимой уверенностью начинают отсчет времени существования нашего государства именно от этого мгновения и от этих территорий. При этом чаще всего основываются на убеждении, что и та земля, и наша - в принципе - Русская земля.
Для украинской же публики, достаточно наличия некоторых "сомнений" в оценках людей, которые изучают Древнюю Русь гораздо дольше и профессиональнее, чем автор данной темы, - может, они все-таки не зря во всем сомневаются?


Мы знаем из школьных учебников, что упомянутая раздробленность угнетала все прогрессивные умы того времени, и вопрос заключался лишь в том, когда же кто-нибудь "прозреет" и возьмется за восстановление единства. Но этому процессу воспрепятствовали татаро-монголы. Потом миссию "собирания русских земель" взяло на себя дотоле никому неведомое Московское княжество. Была Русь Киевская, стала Русь Московская. Но о "липовых" Русях мы уже поминали…

Вопрос в следующем: а какого лешего она должна была непременно стать "единой", если она таковой практически никогда не являлась? :unknown:
Для нее естественным состоянием был конгломерат князей, земель и волостей. Тогда надо писать о том, что Московское государство с таким же основанием "собирало" и земли распавшейся Золотой Орды, как наследник и борец за единство - и ведь собрало. И уделять этому в учебниках столько же места, как и "собиранию" Руси, поскольку было собрано существенно больше.

В нашем обыденном понятии Русь представляет собой некое единство не только Рюриковичей, но и народа. Мы слышали о "древнерусской народности", которая является "колыбелью трех братских народов - русских, украинцев, белорусов".

Но мне (и не только мне) очень сложно представить, как население полиэтнической империи, - объединяющей вперемешку племена славян, тюрков, балтов и финно-угров, будучи неграмотным, не говоря на общем языке, имея отдельные племенные, городские (а скорее - просто местные, волостные) самосознания, традиции и религиозные представления, ориентируясь на местную власть, а не на какой-то абстрактный и далекий Киев, - могло ощутить свою целостность не на уровне элиты, хоть как-то способной это единство вообще ощутить, а на уровне народа.

Как можно стать древнерусской народностью, если живешь так, как твои предки за тысячу лет до тебя, и с опозданием на год-два узнаешь, что в ближайшем городище сменился князь/наместник, который 100 лет назад был варягом или хазаром, а сейчас русин. Разве что раз в год появятся власти - зайдут дань собрать - и все…

Что могло породнить балтийско-североморского новгородца с жителем карпатских горных долин? :unknown:
Словене новгородские считаются пришедшими из ареала западных славян, т. е. они весьма отдаленные родственники каким-нибудь околокиевским полянам. У них даже не было общего телеканала и любимого сериала. И программы новостей, где бы им рассказывали, "что происходит в столице, а что - в регионах". Как великий князь киевский принимал отчет "младших князей" о социально-экономическом развитии разных частей государства и журил их за бездеятельность в деле объединения Руси? :D

Посему, короче: если и была "древнерусская народность", то в нее входили лишь представители княжеской, боярской, дружинной и торговой элиты, а не "народность", в которую запихивают широкие народные массы. Народ - отдельно, а элита - отдельно.

Это - абсолютная норма, т. е. банальное правило для досовременного общества. Даже если мы говорим о "современной французской нации" (а не какой-то средневековой "народности"), то сначала она - это монархи, аристократы, дворяне и частично священнослужители (с учетом того, что католическая Церковь - наднациональное образование), с конца XVIII в. (Революция!) - буржуазия, и лишь с рубежа XIX–XX вв. добавилось к ней крестьянство (результат всеобщего обязательного образования и службы в армии). И это последние 200 лет одного из самых развитых европейских государств!

Ну куда тут совать Русь с ее "единой народностью"? :unknown:
Она была такой, какой была, - со всеми присущими ей чертами общества той эпохи и того месторасположения. Не хочу ее унизить, но и не хочу "придумать" Русь такой, какой она быть просто не могла.

Кто-то думает, что древние русичи осознавали себя единым русским народом, но все, что мы о них знаем, - это летописи и документы, написанные на церковнославянском книжном (в основе - староболгарском) языке представителями этой самой элиты в рукописях времен существенно более поздних. Эта "документация" обслуживала идеологические претензии определенных князей на более высокий статус (то есть, имеем древнерусские PR-технологии) или функционировала в рамках общерусской православной церкви, жившей интересами церкви православной вообще и интересами Константинополя в частности.

Мы почти не имеем свидетельств о том, на каком языке обычные люди говорили. (И странно, никто в берестяных грамотах не написал: "Аз есмь представитель древнерусской народности".)

Древнерусская народность - это выражение, по своей логике идентичное понятию "кавказской национальности". Нет такой национальности: есть Кавказ и множество его народов. Точно также есть огромная Русь - и множество ее составляющих.
И говорили эти люди Руси на разных диалектах, которые сейчас относятся к разным языкам. Поскольку диалекты (живые локальные языки) - существа очень живучие, то они и сейчас регионально весьма близки группам древнерусского населения (кроме индустриальных регионов и областей целенаправленной ассимиляции). Например, кривичи четко прослеживаются на языковой карте и через тысячу лет от Полоцка через Смоленск и дальше на северо-восток.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. Беларуский фронт

Новое сообщение ZHAN » 06 авг 2017, 13:06

Пока заочно выясняют отношения российские и украинские историки, уместно спросить: а как дела в Беларуси? :unknown:

В колыбели трех братских народов, как известно, был еще кто-то третий - хотя о его существовании "два старших брата" при дележе наследства обычно склонны забывать. :D
Или его уже "выплеснули" из колыбели? :unknown:

Картографически нам отобразит ситуацию "Атлас истории Беларуси в средние века. 6 класс" (Минск, 2005). Оценку событий мы осветим по "Очеркам истории Беларуси" для студентов высших учебных заведений авторства П. Г. Чигринова (Минск, 2007). И первое, и второе издания легко и просто приобрести в Беларуси, и я не знаю, насколько они отражают официальную или неофициальную "историческую политику". Тем не менее, нельзя игнорировать голос третьего соучастника единой колыбели.
Но оказывается, что этот участник даже не успел в данную колыбель и прилечь. :no:
Изображение

"В общем же во второй половине ХІІ - начале ХІІІ в. на территории Беларуси складывалась группа земель-княжеств (Полоцкое, Минское, Туровское, Пинское, Новогрудское, Гродненское, Брестское), которая явилась основой выделения белорусской народности, формирования белорусского языка и общебелорусской государственности.

Таким образом, Полоцкое княжество является первым из известных нам государственных образований белорусов. Оно возникло в конце первого тысячелетия н. э., еще до образования Киевской Руси как сильного централизованного государства. Полоцкое княжество в результате военно-политических усилий сохраняло независимость на протяжении ряда веков и даже тогда, когда непродолжительное время входило в состав Киевской Руси".


То есть, беларусы так и не успели толком полежать в нашей общей колыбели. :) И далее:

"Каждому из этих княжеств, как и в целом всей белорусской земле, угрожала опасность извне. С севера все более зловеще нависала угроза со стороны ордена меченосцев. С запада им угрожали князья польские. Определенная опасность (прежде всего для белорусских земель) исходила и от владимиро-суздальских земель с востока, черниговских - с юговостока, галицко-волынских - с юго-запада. Сопротивляясь этим экспансионистским устремлениям, белорусские земли-княжества проводили гибкую внешнюю политику, вступая в соглашения и союзы, зачастую и с языческими Литвой и Ятвягией".

Конечно, в данном случае мы видим попытку создать "группу княжеств", "подтянутую" к современным границам Беларуси. Брест, например, тяготел обычно к Волыни, а не к Полоцку. А Смоленск, на всех российских этнографических картах до 1917 г. относящийся к беларусам, тут почему-то не упоминается… Однако просто отметим тенденцию выпасть из "колыбели".

Упомянутые выше "Очерки истории России" российских авторов не особо с этим и спорят: "Так, земля Полоцкая после смерти Изяслава Владимировича [в 1001 г.] фактически вышла из состава Древнерусского государства, превратившись в суверенное княжество. Интересно, что эту территориальную потерю вполне лояльно восприняли и киевский князь и его потомки".

И что теперь делать с государством, которое "объединяло восточнославянские земли"? :unknown:

Т. е. Полоцкая земля побывала в составе "колыбели" всего лишь 20 лет, в 980-1001 гг. И все! :Yahoo!:
И когда же мы успели произвести на свет "древнерусскую народность"? :unknown:

Все: беларусы уже не участвуют… :no:
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Сюда тоже могли "перенести столицу" Руси

Новое сообщение ZHAN » 07 авг 2017, 21:46

Галицкая и Волынская земли в XII–XIII вв. Источник: "Енциклопедія історії України" (т. 2, К., 2004).
Заметьте, - наступили времена то ли политкорректности, то ли большей "исторической правды". Если советский учебник просто нахально приписывал определенные земли Киевской Руси, то украинская энциклопедия вместо того, чтобы воспользоваться этим "подарком", называет эти территории "землями со значительной частью славянского населения вне государственной территории Руси" (вертикальная штриховка).
Изображение

Сторонники теории "древнерусской народности" настаивают на значительных миграциях населения "внутри" народности, общности материальной и духовной культуры, языка.

Миграции были, но эту самую диалектную карту они не меняли, поскольку мигрировавшие растворялись в той среде, в какую пришли. Иначе южнорусские названия вокруг Москвы (Владимир, Галич, Звенигород, Дорогобуж) давали бы нам сейчас украинский язык посреди России - а ведь этого нет. Население может смешиваться на таких огромных территориях и иметь общую культуру только в современном обществе, но не в средневековье.

А, кстати, сразу уточню: популярное в художественной литературе и исторической публицистике слово "русич" не встречается в документах той эпохи, кроме "Слова о полку Игоревом" (неизвестный автор мог его "изобрести" из поэтических соображений). Так что "русич" - это неологизм (новое слово), не имеющий при том женского рода, - не могли же древние русские быть исключительно мужчинами? :D

Если была древнерусская народность, то почему Нестор, писавший в начале XII в. после более чем 200 лет власти Рюриковичей над Средним Поднепровьем, сообщает, что поляне - "мужи мудри и смыслени", а вот древляне - вообще народ дикий и ведет себя неприлично.

Стоит заметить, что древлянская земля начиналась километров за 50 к западу от Киева, в котором писал Нестор, и если, по мнению летописца, с полянами и древлянами за 200 лет никакой "интеграции" не случилось, то почему это должно было успеть произойти со всем огромным разноплеменным древнерусским пространством? :unknown: Ведь уже через 130 лет после Нестора пришли монголы и прервали "естественный процесс развития древнерусских земель".

Итак, с общей древнерусской идентичностью, выходящей за пределы элиты, есть большие проблемы. То есть мы о ней почти ничего не знаем, а точнее - никто не может доказать, что она была.

В похожих по структуре франкском государстве и империи Карла Великого почему- то тоже не образовалось "древнефранкской народности", и в середине ІХ в. сформировались государственные отдаленные прототипы будущих Франции и Германии - западно- и восточнофранкские королевства с промежутком в виде Лотарингии и Италии.

Согласно этой логике немцам нужно было бы во время двух мировых войн просто объяснить французам, голландцам, бельгийцам, итальянцам и швейцарцам, что немцы-де "собирают" древнефранкские земли, которые должны "воссоединиться" (порой и объясняли…). Но эту аргументацию на Нюрнбергском процессе никто не оценил по достоинству. :no:
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. О "восточных славянах"

Новое сообщение ZHAN » 08 авг 2017, 19:12

Одним из аргументов любителей древнерусской народности является утверждение о том, что Русь объединила "восточных славян", которые, очевидно, определяются по лингвистическим критериям, - поэтому-то славяне и должны были тяготеть жить вместе и ощущать свое единство. Но само понятие "восточные славяне" - результат не лингвистических и не исторических исследований, а определенного политического заказа для нужд российского и советского государств, пытавшихся объяснить невозможность отдельной жизни украинцев, русских и беларусов.
Изображение

Если уж идти на принцип, то куда в таком случае девать из древнерусской народности ильменских словен - новгородцев и псковичей, - которые по языку были ближе к польским говорам, т. е. к полякам, и тогда их нужно было бы отнести к "западным славянам". И определили это не украинские националисты, а русские лингвисты. Правда, в российских учебниках истории об этом почему-то не пишут - неудобно как-то… Потом уже, после захвата Новгорода и Пскова Московским государством, в результате репрессий и депортаций XV–XVI вв., этот край "обрусел".

Кроме того, если была "восточнославянская народность", то почему тогда не образовалась "западнославянская народность", ведь степень взаимной близости западных славян была такая же, как и восточных. То же можно спросить и о южных.

А теперь - о том, как можно делить славян. Я особо углубляться не буду (поскольку не лингвист), но некоторые принципиальные моменты укажу, опираясь на консультации языковедов.

Делить языки на группы в пределах языковых семей можно, используя разные критерии - фонетические, морфологические, грамматические, лексические.

К примеру, то мнение, что русский язык относится к восточнославянским, опирается на его грамматическую близость к украинскому и беларускому, но лексически (по словарю) русский ближе к болгарскому (южнославянскому). В этом - наследие использования в деловодстве православной (церковнославянской) лексики.

Украинский от беларуского отличает практически лишь фонетика (произношение). Есть поэтому и спорные области в Полесье и на Брестчине (Берестейщине).

Если брать в качестве критерия использование фрикативного (взрывного) "г", то русский делится на северорусский, где "г" - звонкое, и на южнорусский - где "г" взрывное (как у украинцев).

Все эти признаки разделяют славян на множество разных групп, поскольку чего-то "эксклюзивного" в каждом славянском языке, такого, что бы не объединяло его с другим славянским, - крайне мало. Например, украинский язык выделяется среди славянских наличием простого будущего времени (как в латыни - "ходитимемо", "робитимете", "читатиме").

Изображение
В славянской семье. Расстояния между лексиконами славянских языков (несовпадения словарей в процентах, дается по А. Шайкевичу, М. Эченике) показывают, насколько искусственно порой разделение на восточных, западных и южных славян. Обращает на себя внимание, например, объем заимствований (или степень близости) в русский язык из "южнославянских". Напомню, что лексический критерий - лишь один из нескольких.
Пояснения: укр - украинский, рос - русский, пол - польский, біл - белорусский, болг - болгарский, ма - македонский, срб - сербский, хр - хорватский, слн - словенский, слц - словацкий, чес - чешский, вл - верхнелужицкий, нл - нижнелужицкий.


Если брать древнерусский книжный язык, освящающий своим единством древнерусскую народность, то в нем мало общего с украинским (хотя писалось на этом языке много среди живых украинских диалектов) и много общего с русским, хотя носители этого книжного языка оказались на территории современной центральной России гораздо позже, чем в Киеве.

Если же судить обо всем комплексно, то сейчас более адекватным и научно корректным представляется разделение на центральнославянскую группу языков и периферийные. К центральным относятся: украинский, беларуский, чешский, словацкий, верхнелужицкий, малопольские (южнопольские) говоры, а к периферийным: велико(северо)польские говоры и русский. У центральной группы - максимальное совпадение многих критериев и общих исторических факторов. Причем, не следует в этом видеть какое-либо предубеждение автора относительно того, кто "главный", а кто "периферия" - речь идет о совершенно других нюансах. Центральные языки - менее архаичные, они больше изменялись за историческое время, а вот "периферия" - она древняя, то есть русское и великопольское произношение получаются старше украинского.

Основным историко-лингвистическим критерием для центральной группы является иранское степное влияние - от взрывного "г" до множества лексических заимствований. Если не принимать во внимание разницы в произношении, то носители языков этой группы понимают друг друга без перевода, поскольку их словари максимально близки.

Когда дружинники Ярослава Мудрого "задирали" дружинников польского князя Болеслава (окончательно присоединившего, кстати, Краков и носителей малопольских говоров к Польскому государству), интересуясь, не влияет ли лишний вес Болеслава на его способность влезть на коня, то они делали это без переводчика. Читать и понимать по-польски для украинца, нормально знающего украинский язык, - не проблема. Это сейчас, когда часть украинцев знает русский как родной, кому-то может казаться, что украинский и русский необычайно близки, - но так кажется лишь потому, что они только эти два языка и знают. Если бы знали (как это было в XVI–XVII вв.) польский в тех же объемах - выбор был бы не в пользу русского.

Вспомним еще, что в XVII в. в Москве для переговоров с малороссами и литвинами (беларусами) держали толмачей (переводчиков) - странно, правда? :unknown:

Сейчас не держат из экономии - поскольку все украинцы могут говорить по-русски. А вот в XVII в. не могли… :no:
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм: ликбез для русских. Край Залесский

Новое сообщение ZHAN » 10 авг 2017, 21:33

Несомненно и очевидно, что роднят Древнюю Русь и будущее Московское государство династические связи. Осевшие на северо-востоке, или, как тогда говорили, "в Залесье" (за Брянскими лесами, отделявшими северо-восток государства от Киева), младшие Мономаховичи (от Юрия Долгорукого) были по всем параметрам Рюриковичи и могли вполне на что-то претендовать в общесемейных выяснениях отношений на остатках бывшей империи.
Изображение

Но лишь до 1598 года, когда их род прервался. Романовы сами по себе к древнерусскому наследию имели очень сомнительное отношение. У многих из литовско-русской аристократии было среди Рюриковичей гораздо больше корней, чем у Романовых, поскольку роднились не только с младшими Мономаховичами, но и со старшими.

Еще один вопрос: имело ли само государственное образование, сформированное на основе некоторых северо-восточных княжеств с центром сначала во Владимире-на-Клязьме, а через некоторое время - в Москве (и вообще на территории современной Центральной России), право претендовать на все древнерусское наследие? :unknown:

Как мы уже упомянули, в самой Древней Северной Руси эти территории Русью не считались. Например, в 1213 г. летописец говорил об одном из князей, отправившемся в командировку в Киев: "Он же иде из Москвы в Русь". Вообще северорусские летописи считают Русью юг этого большого государства, а не свою "малую" родину.

Но мы можем, наверное, поговорить об этногосударственном наследии - сохранившемся в лихолетья монгольского ига восточнославянском государственном образовании.

(Можно лишь подозревать, что Русь после культурной ассимиляции варягов стала неким восточнославянским государством, хотя была, по сути, такой же пестрой средневековой империей, как Германская или наследие внука Карла Великого Лотаря, включавшее Лотарингию и Италию. Разговоры об "этнической принадлежности" раннесредневековой и средневековой государственности - дань автора дурным условностям этого "спора о наследстве". Русь была политическим образованием, полиэтничным по своему составу, порождением властной элиты, а не народным, этническим или "национальным". До Нового времени правящая элита по всей Европе считала себя отдельной космополитической нацией, отличающейся от подданных по происхождению (иначе - почему это они правят?). Рюриковичи невозможны без "призвания варягов", для них это основание законности их власти в земле, где царил беспорядок. Совпадения династических и государственных интересов были достаточно случайны. Вряд ли интересы Испании и Австрии совпадали потому, что и там, и там правили Габсбурги).

Но для Центральной России и земель вблизи Москвы существует проблема их славянскости, поскольку мы не знаем в Волго-Окском междуречье летописных славянских племен; поблизости были кривичи (они еще долго не могли потом определиться между своими московскими и литовскими симпатиями) и вятичи в верховьях Оки. Основным же населением в тех краях были финно-угорские племена (летописные меря - предки мордвы), а древние городские центры, такие как Ростов и Суздаль, изначально были не славянскими, а финно-угорскими. Конечно, младшие Мономаховичи, с некоторой обидой получившие в наследство эти далекие и бедные края, построили там свои форпосты, названные по городам-аналогам с южной родины (но с приставкой "Залесский"), привели с собой какое-то количество челяди и дружины, способствовали миграции туда населения из центра государства (вспомним южнорусские названия вокруг Москвы) - но это, собственно, и все. Строили города, а во Владимире - аналог киевских Золотых ворот, - это был важный статусный момент в самоопределении от Киева. Но со славянами все равно были проблемы. Как пишется в "Словаре Брокгауза и Эфрона",
"В начале российской истории, в Х столетии, мы видим, что еще вся область позднейшей Ростово-Суздальской земли, колыбели великорусского государства, была заселена финскими племенами".
Развивает эту мысль "Советская историческая энциклопедия":
"Колонизация этого края, которая началась в конце Х века, привела к обрусению мери и формированию тут впоследствии великорусской народности".
Замечу: я не вижу ничего обидного в наличии финно-угорских предков у будущих москвичей. Правда, надо признать, лучше всего живут сейчас те западные финские народы, которые сумели избежать ассимиляции славянами (а именно - финны и эстонцы). Финно-угорскими являются такие названия, как Суздаль, Москва, Рязань, Кострома, Пенза, Вычегда, Вятка, Вологда, Онега, Кама, Холмогоры, Тамбов и многие другие.

Повторимся: полно и славянских названий, дублирующих названия южнорусских городов - от Владимира до Переяславля, но это - города, а не деревни, реки, озера и проч. составляющие каркас местности и территории. Не буду перечислять сотни названий рек и озер - это еще в 1871 г. сделал граф Уваров, исследуя наследие мерянских племен.

Кроме того, в Волго-Окском междуречье были неизвестны и многие общеслаславянские языческие праздники и обычаи. Видимо, у местных были иные традиции.

Известный русский историк-государственник ХІХ в. Константин Кавелин писал об этом так:
"Обрусение финнов составляет интимную, внутреннюю историю российского народа, которая до сих пор остается как-то в тени, почти забыта; однако, именно в ней и лежит ключ ко всему ходу российской истории".
Кавелина к русофобам явно не отнесешь. :no:

Славян-земледельцев юга, столетиями живущих на украинских почвах и в украинском климате, вряд ли что-то могло заставить массово энергично мигрировать на север - в холод, болота и бедные земли (сейчас, смотря российские сериалы, с удивлением видишь жизнь дачников на рыжей земле, мы же, надднепрянцы, знаем, что земля - в основном черная). Поэтому поминаемые часто версии о массовом бегстве населения из Среднего Поднепровья на север от половцев или от татар - необоснованны.

Что мешало уйти от набегов крымских татар украинцам в XVI в.? :unknown: Ведь эти набеги случались не реже, чем половецкие. Или жителям Северо-Восточной Руси от татарского трехсотлетнего ига - дальше на север, в Сибирь, в тундру? :unknown: Проще приспособиться к обстоятельствам, чем срываться на неизвестные места.

Мнение российского советского историка, уже цитированного В. А. Кучкина (1984):
"Земли Верхнего Поволжья и Волго-Окского междуречья, с течением времени ставшие географическим ядром русской государственности, а также центром формирования русской народности, были заселены славянами в сравнительно позднее время. Работы археологов выявили три основных направления славянской колонизации этой территории: с северо-запада по рекам Мсте, Мологе, Волге и далее по правым притокам Волги и левым притокам Клязьмы шла колонизационная волна новгородских словен, ославянившейся веси и, возможно, чуди; с запада, с верховьев рек Днепра и Волги, сюда двигались смоленские кривичи; со стороны юго-запада и юга по Оке и далее вверх по ее левым притокам расселялись вятичи. Начало проникновения словен в междуречье рек Волги и Оки приходится на рубеж IX и X вв. Примерно в то же время началась и кривичская колонизация этого региона. Вятичи появились здесь несколько позднее - в конце X - начале XI вв.".

Как замечает современный гимназический учебник по истории Эстонии, "северные русские являются нашими [эстонцев] братьями по крови, забывшими о своих корнях, поскольку они являются потомками исчезнувших финно-угорских племен".

И еще о формах отношений Южной Руси и Северо-Восточной (того же В. А. Кучкина):
"Иными словами, верховными собственниками северовосточных земель были южнорусские князья. Последнее выражалось также в праве южнорусских князей на получение дани и суд населения Ростовской области, как это прекрасно иллюстрирует летописный рассказ о пребывании Яна Вышатича на Белоозере. Право на дань осуществлялось, по-видимому, различно. С одной стороны, князья "Русской земли"отдавали подвластные им территории в кормление представителям южнорусской знати (пример с тем же Вышатичам), с другой - дань с таких территорий поступала непосредственно на Юг. Строительство южнорусскими князьями на Северо-Востоке городов и церквей показывает, что от этих князей исходило и наложение соответствующих повинностей на местное население".
Сказанное заставляет признать прекарный (Прекарий - условное земельное держание, которое крупный земельный собственник передавал в пользование другому лицу в обмен на исполнение определенных повинностей) характер княжений в Ростовской земле сыновей Владимира Святославича, Всеволода Ярославича и Владимира Всеволодовича. Высшая власть принадлежала отцам, княжившим в Киеве, Чернигове, Переяславле. Факт поездок в конце 90-х годов XI в. и начале XII в. в Ростовскую землю Владимира Мономаха, думается, к сидевшему там Вячеславу, - проявление такой власти.

Со смертью Владимира Мономаха прекратилась зависимость Ростовской земли от Южной Руси. Юрий Долгорукий стал суверенным князем. Он - первый самостоятельный князь Ростово-Суздальской "волости". Политическая независимость последней, ее существование как отдельного государственного целого нашли выражение в фиксации и укреплении ее границ с соседними русскими княжествами.

То есть, когда род Рюриковичей разросся, то нашелся хозяин и на "Северо-Восточную Русь", и с этого момента возникает некий местный "суверенитет". И нет здесь места для "общерусского единства": есть новое государство, которое, прямо скажем, не было обязано переживать за судьбу "Южной Руси" или Киева. Но российская и советская историческая наука, исходя из последующей истории и обоснования расширения Московского государства, всегда оставляла за Северо-Востоком право на все наследство.

Хотя чем Северо-Восток в этом плане лучше Юго-Запада, Запада или Севера? :unknown:
В Новгородские земли варяги и "Русь" пришли раньше, чем в Киев. Пусть бы уж Новгород "собирал". :D

Москва, как считается, - слово финское ("медведица"), но можно уточнить, что исторически ниже (т. е. древнее) финского слоя географических названий идет балтский слой, а если обращаться к балтам, то Москва в переводе - "мокрая". Для реки - название вполне естественное.

Уточним также, что на середину ХІІ в., когда Юрий Долгорукий типа "основал Москву" (это если принимать во внимание пышные московские юбилеи, а если быть точнее - то тогда было лишь первое упоминание о "Москве", а не рассказ о том, что кто-то чего-то "основал" или "заложил"). На то время была известна (как уже существующая) лишь деревня Кучкино (собственность боярина Кучки), стоящая на месте будущего Кремля на реке Москве. И в 1147 г. Юрий Долгорукий, если опираться на историю из "Повести о зачале царственного града Москвы", подтверждаемую другими источниками, убил этого самого боярина Кучку, поскольку хотел завладеть (и завладел) его женой, а Кучкину дочку отдал ведущему столь же активную половую жизнь своему сыну Андрею (будущему Боголюбскому, канонизированному Русской православной церковью).

То есть, в 1147 г. Долгорукий не только ничего не основал, но и убил основателя (или потомка основателей) Москвы, если считать Кучкино будущим городом Москвой, что вполне справедливо. Если так, то Москва явно старше своих юбилейных 850 лет, да и археология это подтверждает. А Кучкино она перестала быть потому, что "основателю" Юрию, видимо, не хотелось бережно сохранять в названии укрепленного потом его людьми поселения имя убитого Кучки.

Просто очень хотелось считать основателем Москвы именно Рюриковича и Мономаховича (иначе шапка-то известная откуда? Не все же знают, что до изготовления в Средней Азии "Шапки Мономаха" нужно было подождать еще 200 лет :D ).

Если же считать основателем Москвы боярина Кучку, то могла смущать и его национальность, ведь "Кучка" может быть не просто славянской "кучкой", а вполне солидным для боярина из местных жителей мордовским словом "сокол" ("кучкее"). Так что будущий взлет Москвы может вполне соответствовать песне "взвейтесь соколы орлами".

Все это совсем не мои открытия, но если меня осудят за русофобию, то скажу, что слово "Киев" тоже не тянет на доказуемую славянскость. Чем хуже не от легендарного Кия, а, например, от финского "крутой берег"? :unknown: Хотя есть варианты и других "национальностей". Есть и в Украине старый финский слой названий (см. таблицу о слоях лексических заимствований в украинском языке). Поэтому оставим идеи о необычайной чистоте "славянской расы".

Еще одним важным занятием Юрия Долгорукого, Андрея Боголюбского и их многочисленных потомков было окрестить упрямых в своем язычестве местных жителей, организовать церковные структуры. Поэтому аборигенов, т. е. простой народ, называли здесь не "селяне" (жители села), как на юге, где в городах и вокруг них жил один народ, а "крестьяне", т. е. христиане. На христианизацию потрачены были энергичные усилия с середины ХІІ в. Через сто лет пришли монголы, при которых обращение в веру Христову продолжилось - монголы не были противниками православия, пока через сто лет не приняли ислам.

Что успели местные жители "поймать" и усвоить в тех новоколонизированных краях из древнерусского наследия за древнерусский период - понять сложно. Как утверждает Николай Ключевский, до середины ХІІ в. какая-либо регулярная связь Киева с Залесьем отсутствовала, и мы знаем, что эта территория до того была не отдельным уделом, а далекой периферией Черниговской и Переяславльской земель. Понятно, что вряд ли эта "связь" могла окрепнуть после середины ХІІІ в.

Зато эти самые младшие Мономаховичи (Долгорукий, Боголюбский и потомство) там неплохо прижились, "обросли бытом" и уже без особого энтузиазма смотрели на борьбу за далекий киевский стол. Долгорукому это еще было интересно, но его страсть к Киеву обернулась для него отравлением и смертью в стольном граде.

Украинские авторы последние 100 лет считают моментом появления "русских" или "великороссов" как отдельного национального образования 1169 г., когда войска Андрея Боголюбского жестоко разграбили Киев. Описания летописца весьма печальны: это и сжигание, и разграбление церквей (православных, кстати!), и угон в рабство населения, убийство женщин и детей - короче, кощунство на кощунстве, поведение иноземных захватчиков, а не своих людей. Боголюбский, правда, канонизирован Русской православной церковью (осталось подождать скорой канонизации Ивана Грозного).

Однако если приобщиться к фактам, не было тогда в Киеве самого Боголюбского. Была тут небольшая дружина его брата, а Киев громила коалиция южнорусских князей, половцы, венгры, поляки, литовцы и даже чехи. То есть можем сказать, что активное участие в этом всем принимали свои же "украинцы".

Черниговские князья мало чего оставили в Киеве и в 1236 г., за четыре года до Батыя. Это свидетельство в пользу того, что главным врагом Киева был не Владимир-на-Клязьме, а соседний Чернигов. Это же были просто разные государства. Интенсивнее всего и чаще воюют друг с другом именно соседи.

И не были разбросаны по городам и весям Рюриковичи ни русскими, ни украинцами. Они - властители земель, и роль их в истории заключается в том, сколь успешны они были в этой роли, сколь крепкое государство создали, как жилось народу под их властью. Если мы выберем критерий именно властный (сейчас бы сказали: политический режим), то идеалом деспотизма стал бы Северо-Восток, а демократии - Новгород и городские олигархии Галича, Киева и вечевых городов. Этот подход весьма успешно отражен в российском школьном учебнике Игоря Данилевского.

Впрочем, вернемся к Боголюбскому. Известный российский историк Василий Ключевский считал Андрея Боголюбского "великороссом, который впервые вышел на историческую арену". Что можно сказать о Боголюбском наверняка, так это то, что он первый нашел способ, как не связывать юридическое "старейшинство" на Руси с непосредственным обладанием Киевом. Проще поставить марионетку в Киеве, а самому держать свой Владимир-на-Клязьме. В этом смысле он действительно - первый "великоросс". Хотя либерал Ключевский имел в виду, скорее всего, не этническую характеристику, а все тот же властный критерий: деспотизм, свойственный будущему Московскому государству.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

Украинский национализм. Галицкое продолжение Руси

Новое сообщение ZHAN » 11 авг 2017, 22:17

Теперь хочется поинтересоваться мнением южных летописцев, которые (как и северные) начинали свое изложение истории с повторения начальных киевских летописей. Для автора Галицко-Волынской летописи второй половины ХІІІ в. его государь имел следующую титулатуру: "Данилови Романовичю князю бывшу велику, обладавшу Рускою землею, Кыевом и Володимером, и Галичем".

То есть земельный комплект из Среднего Поднепровья, Волыни и Галиции считался летописцем "Русской землей". Здесь не упоминается украинское Левобережье (потому что в Чернигове был другой князь), но зато есть ничтоже сумняшеся "Руская земля". Это является результатом того, что в конце ХІІ в. и в ХІІІ в. название "Русь" распространяется на запад и юго-запад от Киева, совпадая с процветанием волынской династии Романовичей, присоединением к ней Галича, а в 1240 г. - Киева.

Наиболее выдающимся представителем волынской династии стал Даниил Галицкий, получивший от Папы титул "короля Руси".

Иные коллеги связывают эту "смену проекции Руси" с перемещением южнорусского летописания из Киева в Галич и Владимир (Волынский). То есть если кто-то продолжал свои писания вслед за киевским летописцем, то невольно претендовал вместе со своим князем на все "руськое" наследие. Иными словами, похоже, претензии на Киев возникли не только на северо-востоке, но и на югозападе Руси. Но о юго-западе в советских учебниках крайне не любили упоминать, некритично поверив "великорусским" летописцам.

С изложением событий ХІІ-ХІІІ вв. "начинаются" споры украинских и русских патриотических историков о том, куда же была "перенесена столица Руси": на северо-восток или юго-запад. Новые образования на руинах воображаемого древнерусского единства, возникшие на основе региональных ресурсов и политических традиций, нуждаются в некоем обосновании лишь для далеких потомков, строящих свои "великие державы" или просто независимые государства.

Даниил Галицкий считался и воспринимался в свое время на юге как вполне "естественный" властитель Руси, точно так же, как Александр Невский на севере не нуждался в том, чтобы заявлять какие-то претензии на "Русь". Он был занят делами Севера, от исконной Руси далекого. Каждому хватало своего хозяйства и своих сложных отношений с Западом и Ордой. Правда, север мог бы, конечно, придумать для себя и свое название, но впоследствии воспользовался чужим. Южным.

Большинство людей на постсоветском пространстве имеет несколько извращенное представление об истории, поскольку училось в советской школе по советской исторической схеме. Эта схема еще очень и очень влияет на политику начала ХХІ в. - когда мы ее преодолеем, тогда и изменится наша современная жизнь. А кто не сможет или не захочет расстаться с теми старыми представлениями о прошлом, тот сильно рискует не перейти в будущее, оказавшись в заколдованном кругу извращенных понятий и украденных имен.

Приведу пример того, на чем воспитывались все советские люди. Речь идет, в принципе, о мелочи, причем о мелочи древней. Заглянем в Древнюю Русь.

Начнем с вузовского учебника (он ведь подробнее школьного): "История СССР с древнейших времен и до 1861 г." под редакцией Н. И. Павленко (1989). Ничего не хочу плохого сказать в адрес лично Н. И. Павленко (он специалист не по Руси, а по петровским временам). Но мне хочется показать, что при советской власти было легко забыто и практически не упомянуто об украинской древней истории на протяжении всего лишь 100 лет. Понятно, что это учебник по истории всего СССР и не все в украинской истории, возможно, заслуживало внимания, но давайте посмотрим на логику советского изложения - и вы поймете, почему это важно.

Икона украинских патриотов - этот самый, вышеупомянутый, Даниил Галицкий, "король Руси", наиболее выдающийся правитель Южной Руси ХІІІ в., как и его брат Василько, - герой Галицко-Волынской летописи. Как он фигурирует в учебнике? Возникает он всего лишь на один абзац в параграфе о Галицко-Волынском княжестве.

Изображение
Картографическая дедукция - 1: страна обозначена, но не названа. Открываем секрет: как обнаружить остатки Галицко-Волынского государства на карте в моем любимом советском учебнике.
Ответ: проследите, где начинаются загадочные недомолвки.
Мы имеем странное противоречие в "легенде" (условных обозначениях) карты. Есть "Русские, украинские и белорусские земли, захваченные литовскими феодалами в XIII–XV вв.". Мы не обращаем внимание на фантастических "литовских феодалов", мы смотрим ниже: "Украинские земли, захваченные польскими и литовскими феодалами в XIV–XV вв.". Обратите внимание: если в смысле Литвы, то это абсолютно вписывается в предыдущее обозначение: и выше Литва, и ниже Литва, выше XIII–XV вв., ниже XIV–XV вв. (первый период поглощает), и там, и там есть "украинские земли". Добавляются только "польские феодалы". Что мешало просто покрасить окончательные литовские захваты в один цвет, а польские - в другой? :unknown:
Но случайно вышло, что в качестве "украинских земель"? подпавших именно под конкретный польско-литовский раздел, мы и наблюдаем забытое в тексте учебника Галицкое княжество, оставшееся спорным в смысле принадлежности после прерывания династии Даниловичей. Оно на советской карте обозначено диагональными полосами слева внизу от Бреста (о ужас: в "украинские земли" почти попала Берестейщина!) до Каменца на Подолье. Я, на всякий случай (не знаю каким выйдет качество печати), обвел это пространство тонким пунктиром. Причем я тут не обвожу Волынь, полученную литовскими князьями законно династическим путем в наследство. Обведено лишь то, за что поляки и литовцы воевали, - "галицкое наследство".
В современных российских учебниках выводы из мною сказанного уже сделаны. Там или отсутствует такая карта вообще (не Россия же!), или присутствует, но без выделения этих "смутных земель". Или же они указаны как "территории, бывшие в течение XIV в. спорными между Литвой и Польшей", - что исторически бесспорно, но все-таки лишь полвека, - с 1349 г., ведь до этого в борьбе участвовала и местная "третья сторона"…


По тексту учебника с началом "феодальной раздробленности" становится ясно, куда "перемещается" история Руси: в рассказе о причинах этой самой раздробленности на двух страницах упоминается Киев, на двух - Галицко-Волынское княжество, о Ростово-Суздальской земле - больше пяти, о Новгороде - аналогично. Ведь они - это великорусские земли, которые гораздо более важны для "истории СССР".

В единственном абзаце Данило устраняет боярскую оппозицию ("жирная" дата 1238), потом скромно и "нежирно" сообщается о том, что в 1245 г. в битве у Ярослава он разбил "объединенные силы Венгрии, Польши, галицких бояр и Черниговского княжества, тем самым завершив борьбу за восстановление единства княжества. Боярство было ослаблено, многие бояре истреблены, а их земли перешли к великому князю. Однако Батыево нашествие, а затем и ордынское иго прервали экономическое и политическое развитие этой земли".

Молодец Данила! Уже после Батыева нашествия, "прервавшего в его земле всяческое развитие" (напомню, Батый совершил нашествие на эти земли в 1241 г.), разгромил такое сонмище врагов! Потом в главе о борьбе народов СССР с Чингисханом и Батыем читаем: "монгольские войска двинулись в Галицко-Волынскую Русь. Взяв Владимир Волынский, Галич, в 1241 г. Батый вторгся в Польшу". И дальше пошла заграница.

Итак, по тексту "русичи" Северо-Востока подробно и весьма героически борются с монголо-татарами вплоть до будущей российско-украинской границы на протяжении целой страницы, а вот потом - в объеме одного предложения героически поборолся Киев, а дальше героизм, видимо, не достоин упоминания, а может, его и не было.

Отметим, что Даниил одолел армию двух соседних стран, своих бояр и еще одного княжества за одно предложение в тексте, в то время как Александр Невский терзал шведов и немцев (авторы забыли упомянуть псковичей) в одной точно уж сомнительной битве (Невской) целые две страницы. В подробном рассказе о том, откуда и куда немецкие рыцари организовывались, двигались, кто им сопротивлялся, как в разных ситуациях действовал Невский и т. д., есть упоминание о том, что в 1236 г. немцев разбили литовцы и земгалы, а вот о том, что в 1238 г. их побил также и представитель Руси Данило Галицкий (отбив у них волынский город Дорогичин), - ни слова…

Видимо, законное право защищать русскую землю и быть упомянутым в учебнике имел только Александр Невский.

Дальше - веселее. Мы снова встречаем Данила, но крайне кратко: "В Орду за ярлыком съездил и галицкий князь Данило Романович". А на еще одной странице за него выдал замуж свою дочь основатель Великого княжества Литовского Миндовг. И все, хватит, Данила. Хотя умер он в 1264 г., выступая в роли непосредственного охранителя края Европы от татар, оставаясь вассалом татар, но достаточно самостоятельным правителем, а государство, основанное им с братом Васильком, несмотря на все коллизии, продержалось еще 100 лет после монгольского нашествия.

Но об этом в учебнике нет ни слова. 8)

Это понятно, ведь экономическое и политическое развитие этой земли было "прервано" в 1241 г., а раз прервано, значит не о чем писать. Хотя зачем тогда упомянули победную битву 1245 г.? :unknown:
Наверное, оплошность или случайная описка, а может, надо было указать "братским странам социализма" их место в истории. А то, понимаешь, социализм им не нравился. :)

В рассказе о последующей героической борьбе с Ордой было бы уместно упомянуть, что в 1252–1258 гг. Даниил воевал с монгольским военачальником Куремсой и разбивал его, что после первого нашествия он построил новые крепости, среди которых такие немаловажные города, как Львов и Холм.

Вместо этого описывается то, как Александр Невский в 1257–1259 гг. вопреки сопротивлению своих соотечественников помогал монгольским баскакам "описывать" Новгород (а монголы сами до Новгорода не дошли) и, "считая невозможным открытое столкновение с Ордой, жестоко расправился с восставшими". Причем в адрес товарища Александра Ярославича Невского (кстати, святого Русской православной церкви) ноль критики, а упоминаний о его брате Андрее (союзнике Даниила в борьбе с Ордой, вынужденного из-за интриг своего проодынского брата бежать в Швецию) - нет вообще. Видимо, потому что он эмигрировал на "империалистический Запад"? Понятно, что лучше уж служить Орде. :D

О монгольском коллаборанте Александре Невском - в учебнике (и не только) информации сколько угодно, он может себе позволить все, ибо он русский герой, а о тех, кто хоть иногда воевал с монголами, - ни слова. И так исторически достоверно написан весь учебник, с древнейших времен до 1861 г. (а есть еще продолжение, там еще веселее…). :lol:

Надеюсь, логика авторов постижима: хоть и, возможно, негодяй, но лишь бы "русский", а "нерусские" не стоят упоминания.
И если у будущих великороссов "Монголо-татарское иго" длилось до 1480 г. (а дань крымскому хану перестали платить уже после Петра І), первый раз толком побили татар в 1380 г. (когда Дмитрий, будущий Донской, выступил против татарского узурпатора Мамая в защиту законного хана Тохтамыша), то нельзя же было писать, что кто-то от "ига" избавился быстрее, да и воевать-то начал раньше. Возможно, русским от этого тяжело? :unknown:

Вполне может быть, но это не повод давать награды героев антигероям.

При этом я не хочу сказать, что Даниил - идеал: он и сам от монголов удирал в Венгрию, и ходил как их вассал (в лице своего сына) против Литвы. Куремсу он побил, потому что у того орда была слабее, чем у Бурундая, которому Даниил потом уступил. И организовать крестовый поход ему все-таки не удалось, поскольку у соседей поляков и венгров были свои проблемы. Но он вообще продолжал еще жить после 1241 г., он был. Его государство существовало еще долго и достойно упоминания.

Кто ж виноват, что потом там, где он правил, образовалась не Россия? Так уж вышло, извините, дорогие товарищи. :pardon:
А как же история СССР? :unknown:

Обращусь, по случаю, к идеям современной российской исторической науки, а не к выдумкам русофобов. Опять к Невскому: и ранее было известно, что этот самый швед Биргер, побитый "в славной битве" на Неве в 1240 г., вообще в этих событиях не участвовал. И совсем это не была жуткая агрессия Швеции на Русь… И совсем не узнал никто больше в мире об этой битве, кроме позднего летописца, нежно любящего своего князя Александра…
Ну не знали шведы об этой своей агрессии, не знали… :no:

Зато когда сначала Иван Грозный, а потом Петр І начали отбивать выход к Балтике, тогда вспомнили об Александре Невском - и стал он героем. А уж когда в две мировые войны с "германцем" схлестнулись, то тут уж и Чудское озеро пригодилось. Но об этой битве опять никто, кроме позднего летописца ничего не знал!

В учебнике читаем: "Многие рыцари потонули в Чудском озере, многие оказались в плену". Главные силы Ордена в это время воевали в Литве, и рыцарей на Чудском озере было убито поэтому 20, а 6 попали в плен (по свидетельству "Ливонской хроники"). Ведь "рыцарь" - это не любой мужик в железе, а знатный человек с определенным статусом. Их по всей Западной Европе набралось бы вряд ли больше нескольких тысяч, а в Ордене - не больше сотни. Остальные - кнехты-солдаты или более дешевые союзники из ливских, латгальских, литовских, славянских и других соседних земель.

Поскольку Ливонский орден (Ливонская ветвь Тевтонского ордена образовалась в 1237 г. вместо потерпевшего в 1236 г. поражение от литовцев Ордена меченосцев.) раньше не завоевал Псков, а был им приглашен, то среди "немецких рыцарей" на Чудском озере находились и "русские люди", о чем писать почему-то не любят. Именно "русские люди" привели немецких рыцарей. А дальше? Сколько ни искали на дне Чудского озера во всех предполагаемых местах этой великой битвы хоть чего-то, но увы. Где же то железо, под весом которого лед ломался? :unknown:

Но вернемся к Даниилу.
В чем логика "древнерусской народности"? :unknown:
Если Галич и Волынь - ее составляющие, то Даниил должен быть таким же героем "советской истории", как и Невский - представитель северной, т. е. русской, а не украинской части этой самой народности. Но получается, что Южная Русь ценна лишь тем, что Киев - "мать городов русских" (без него - не обойтись в поисках исторических корней Московского государства), а вообще, вместе с южнорусской округой, - не заслуживает добрых слов.
Да правит миром любовь!
Аватара пользователя
ZHAN
капитан
 
Сообщения: 43678
Зарегистрирован: 13 июн 2011, 11:48
Откуда: Центр Европы
Пол: Мужчина

След.

Вернуться в Политические идеологии

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Majestic-12 [Bot] и гости: 1